Глава 20 · (Настя)

Прощание с Богданом вышло скомканное. Он привез ее домой, проводил до квартиры, но больше не прикасался. Просто провел ей по щеке своей огромной горячей ладонью, развернулся и ушел не оборачиваясь. Настя же на автомате открыла дверь и зашла в прихожую. Она совершенно запуталась. Мысли хаотично скакали перепрыгивая с одного на другое. Ее размеренная, спокойная жизнь превратилась в невероятный аттракцион с сумасшедшими виражами.

Настя разделась, зашла в комнату и осмотрелась. Как будто ее не было тут не один день, а несколько лет. Утром она уходила на работу, все было просто и понятно, сейчас же, как будто она попала в зазеркалье. Та же комната, те же вещи, но она другая. Как так получилось, что в одно мгновение привычный мир? Богдан поставил ее на перепутье. Перед ней три дороги и в конце каждой из них—неизвестность.

Зинаида Петровна смотрела свой вечерний сериал, из гостиной доносилось бормотание, прерываемое громкой рекламой. Беспокоить ее Настя не хотела, но и сидеть одной в комнате было не комфортно. Стены давили, сжимая ее в тиски, душили. Хотелось плакать и смеяться одновременно. А еще поговорить…Поделиться всем, что с ней произошло. Хотелось материнской ласки, участия, возможно совета…Именно от близкого человека, кто переживает за тебя от всего сердца.

Может действительно позвонить маме? Нет, у них уже глубокая ночь…И брату не набрать…как же одиноко…Насте вспомнилась бабушка, ее тихий голос, нежные объятья, безоговорочная поддержка…

Нередко Настя приходила домой в слезах, бабушка обнимала ее и просто баюкала ее как в младенчестве, шепча на ухо утешающие глупости.

— Милая, моя, маленькая девочка Тася! Никто не стоит твоих слез! Ты у меня умница и красавица.—Морщинистые руки, с узловатыми пальцами, нежно гладили русые косы. И так становилось легко и хорошо, что все обиды мгновенно забывались. Материнских рук Настя почти не помнила, только постоянные придирки. Она никогда особо не задумывалась, почему для братьев у матери находились ласковые слова и прикосновения, а для нее нет?

Время, когда они жили с мамой вдвоем, Настя помнила смутно. В ее памяти сохранились только обрывки, яркие вспышки, которые задержались в памяти благодаря тому, что были очень важны для маленькой девочки. Самое раннее воспоминание, ей было года три, она разбила коленку. Упала на детской площадке на осколок стекла, кровь текла ручьем, она сидела на земле и громко ревела. Мать подошла не сразу, а когда увидела, что случилось, сильно ругалась.

— Я же говорила не бегать! Настя, никогда ведь не слушаешься!!! А ну, прекрати реветь! Сейчас протрем коленку, и все. Подумаешь царапина! В следующе раз не бегай!!

А ей хотелось объятий, поцелуев и жалости…Потом было много подобных ситуаций, но неизменно было одно: сама виновата! Возможно, такое отношение исковеркало бы детскую психику, но спасла бабушка. Своей заботой, безграничной любовью и доверием. Интересно, что бы сказала мама, если бы Настя могла сейчас с ней поговорить? Сама виновата, привлекла внимание непростого мужчины, а теперь жалуешься. Говорила тебе не лезь, куда не просят!

До детского сада Настя не задумывалась, что у них не полная семья, только когда других детей забирали папы, она поняла, что у нее его нет. На все расспросы, «где ее папа?» мама только закатывала глаза. Несколько раз Настя загадывала на день рождение, что бы папа ее нашел. Конечно, желание так и не сбылось, зато однажды мама привела сурового мужчину и сказала, что теперь они будут жить все вместе. Он безразлично смотрел сверху вниз на маленькую Настю.

— Папа?—Робко спросила она.

— Зови меня Данила Сергеевич! Надеюсь, ты послушная девочка?—Скорее всего ответ он не ждал. Но Настя все же ответила.

— Я стараюсь, но у меня не всегда получается…

Данила Сергеевич удивленно вскинул брови.

— Значит старайся лучше! Я не люблю непослушных детей!

Настя старалась, ведь послушных то любят! Но отчиму она была не интересна. Настя это быстро поняла, когда родились братья. Именно тогда ее забрала бабушка и любила за всех. Однажды, лет в тринадцать, Настя решилась спросить бабушку об отце. Она не стала отмалчиваться, как мама, а посадила на табурет, села напротив и рассказала, что знала сама.

— Тасечка, малая, ты уже достаточно взрослая девочка, не буду тебя обманывать и выдумывать красивую историю. Твоя мама…она была хорошей девочкой, домашней, покладистой, но так случилось, что очень рано влюбилась. Ярко, безумно, как можно любить в первый раз, но не в того человека. Твой отец был намного старше ее. Умный, взрослый, состоявшийся мужчина. Красиво ухаживал, водил в рестораны, много ли надо в восемнадцать лет? Я была против их отношений, ну не может мужчина за тридцать полюбить юную, наивную, глупенькую девочку…Оля взбунтовалась, наверное в первый и последний раз. Ушла к нему, не стала поступать в институт, решив, что будет «за мужем». Через полгода выяснилось, что мужчина женат…он приехал в наш город просто в командировку. Когда вскрылся обман, Оля уже была беременна тобой. Он настаивал на аборте…

— Бабушка…значит он никогда меня не хотел?

— Нет, милая…у него уже были дети. Командировка закончилась, он уехал, а Оля…она надеялась до последнего, что вернется. А потом уже было поздно что-то решать. Родилась ты, мое солнышко! Я так радовалась! Ведь ты продолжение меня! И если бы дед дожил до твоего появления, никого счастливее было бы не найти! Мы с твоим дедом очень любили друг друга и хотели много детей, но не вышло…я с трудом родила Олю и больше детей иметь не могла. Наверное самой большой нашей ошибкой был полное погружение друг в друга. Оля видела наши чувства, отношения, заботу друг о друге и мечтала о том же. Мы не объяснили ей, что такие браки, как наш, большая редкость.

— А каким он был?

— Дед? Он был моей опорой, моим тылом, лучшим другом, самый заботливым и преданным мужем. Он был очень хорошим человеком, Тася. Такие люди встречаются редко, но если тебе посчастливится и ты встретишь такого человека, твоя жизнь будет наполнена светом!

— А как понять, что встретила именно такого человека?

— Слушай свое сердце, Тася, оно подскажет. Никогда не соглашайся на компромисс, только что бы мужчина был рядом.

— Как мама?

— Олю сломил обман. Она безоговорочно поверила первому мужчине, который ей говорил то, что она хотела слышать, а когда поняла, что ее просто использовали—разочаровалась. Оля была максималисткой, очень юной, с ребенком на руках без образования. Любые обиды притупляются, но не всегда можно починить сломанное. Одиночество, не реализованная жажда любить и быть любимой в конечном итоге толкнули ее на отношения с Данилой Сергеевичем. Он полная противоположность твоему отцу. Простой, временами грубый, но понятный, Оля посчитала, что лучше так, чем одной.

— Получается, мама не любит меня из-за папы?

— Милая…не вини ее, я тебя люблю за нее! А Оля…ты для нее вечное напоминание о предательстве…

Тот разговор сильно повлиял на Настю. Она стала более осторожной, что ли, недоверчивой. С одной стороны пример ее мамы, с другой бабушки. Не то что бы она боялась повторить судьбу мамы или мечтала о таких отношениях, как у бабушки были с дедом, нет. Она избегала крайностей, избегала сильных эмоций, как-будто заморозила себя изнутри. Все силы Настя вкладывала в достижение цели—кардиохирургию.

Сейчас, сидя в одиночестве в маленькой комнатке на окраине огромного города, она чувствовала себя потерянной. Столько всего перемешалось внутри, что мозг отказывался анализировать и структурировать информацию. Еще недавно, все было просто и понятно, цели, задачи, все определено и разложено по полочкам. Сегодня Богдан одним взмахом огромных рук снес все полки, перемешав содержимое.

Думала ли она, что когда-нибудь такой мужчина обратит на нее внимание? Нет. Она, всю жизнь избегавшая излишне настойчивого внимания противоположного пола, неопытная и стеснительная, что могло в ней привлечь Богдана? Настя осознавала, что красивая, но есть гораздо более красивые женщины, более уверенные, более раскрепощенные в своей сексуальности, почему она? Что в ней есть такое, что привлекло Богдана?

Она могла объяснить себе, почему ее тянет к нему. И это не только внешние данные, природная харизма и сила. Это внутренний стержень, цельность характера и прямота. Богдан не был высокомерным или заносчивым, как тот же Костя. В нем не было пустоты, которую маскирует красивой оберткой. Наоборот, за красивой оберткой скрывался целый мир, сложный, местами пугающий, местами ироничный, но очень притягательный.

Решится ли она изучить этот мир? Или мир погубит ее?

Откуда вообще Богдан может знать, что их возможная связь навсегда? Разве такое бывает? Жизнь непредсказуемая, люди встречаются, влюбляются, а потом расходятся или живут вместе всю жизнь. Но ведь никто и никогда не знает наперед, как оно будет. Все в этом мире рискуют начиная отношения, так чем же они отличаются? Почему Богдан абсолютно уверен, что для них все известно заранее?

Как это, с самого начала знать что он будет у нее первым и единственным мужчиной? Пугает ее или притягивает такое знание? Сложный вопрос со многими неизвестными.

Если завтра она скажет, что не принимает его условия, все закончится, так и не начавшись. Она многое теряет. Готова ли она у тому, что они больше не будут работать вместе, что ей придется потерять год и заново искать место ординатора в другом месте, готова ли она больше никогда не почувствовать его прикосновения и поцелуи? Не познать, каково это, быть с ним, спать с ним, жить с ним?

Нет! Не готова!

Если на чаше весов все или ничего, глупо выбирать пустоту. В конце концов, есть время до Нового года…Или это самообман и выбор есть только в эту ночь? Ведь потом, через полгода, они уже точно не смогут существовать параллельно на одной территории.

Пусть так…но даже полгода лучше, чем ничего!

Настя услышала шаркающие шаги Зинаиды Петровны, сериал закончился, она готовилась ко сну. Надо выйти, поздороваться, уже несколько дней она избегала встреч с ней. Раньше такого никогда не было. Она всегда интересовалась здоровьем Зинаиды Петровны, а та ее успехами. Хоть парой слов, но перекидывались. Настя переоделать в домашнее и вышла из комнаты, хозяйка сидела на кухне с вечерней кружкой чая.

— Добрый вечер, Настенька. Как дела?

— Добрый вечер, все хорошо, Зинаида Петровна, как ваше самочувствие, как давление?

— Спасибо за заботу, самочувствие сносное, а вот давление что-то шалит…

— Вы не забываете принимать таблетки?

— Нет, что ты, но сердце что-то неровное какое-то.

— Может вас записать к кардиологу?

— Да что он скажет? Старость? Так это не лечится, милая.

— Не шутите с этим, Зинаида Петровна, лучше показаться врачу.

— Конечно, милая, покажусь…

— Не тяните…Спокойной ночи, пойду я!

— И тебе, милая! Иди, а то бледная, уставшая…совсем загонял тебя твой Давыдов!

— Что вы, нет конечно…устала просто, день был суетный!—При упоминании фамилии Богдана нутро сладко сжалось. «Мой Давыдов». А ведь это может стать правдой.

— Иди, отдыхай!

Настя быстро помылась и пошла к себе. Мысли немного упорядочились. Решение, что она примет условия Богдана, согревало. Она представила, как придет завтра в больницу, как вновь увидит его, сможет продолжить работать, учится и будет постепенно все ближе узнавать его. Лежа в кровати, Настя смотрела в темный потолок изучая причудливые тени.

В их разговоре о будущем, точнее в монологе Богдана, не прозвучало ни слово о любви. Как странно, что обсуждая возможную дальнейшую жизнь, он абсолютно ясно озвучил, что они безраздельно будут принадлежать друг другу, но вот будут ли они любить друг друга, заботится, поддерживать? Перерастет ли обоюдная страсть в нечто большее… Что она чувствует сейчас? Интерес—безусловно, притяжение—однозначно, можно ли назвать это влюбленностью? С ее стороны—да! Без чувства влюблённости Настя не смогла бы испытать даже малой части тех эмоций, который есть сейчас. Что это? Любовь с первого взгляда? Такое бывает? Опять вопросы, море вопросов без ответов.

А Богдан? Ведь он говорил, что она сразу привлекала его. Но мужчины могут испытывать возбуждение без влюбленности, простая физиология.

Хватит ли ей, что Богдан будет желать ее, как женщину, но не любить?

Ответ—нет!

Надо спать, у нее будет полгода на попытки найти ответы…А дальше…Дальше неизвестность! За полгода ее влюблённость перерастет в нечто большее, а что если ее чувства останутся безответными? Как быть тогда? Компромисс невозможен, как бы она не относилась к Богдану, отношения, где любит только один—ущербные!

Настя никогда не задумывалась о детях. Представляя свое будущее она всегда думала о том, как станет хорошим хирургом. Все ее мечты, желания и стремления были связаны именно с профессий. Она вообще туманно представляла свою жизнь вне профессиональных интересов.

Безусловно, как и любая девочка, она хотела семью, мужа, детей, но это было абстрактно, как на картинке в женском журнале. Счастливые мама и папа, обнимающие пухлощёкого малыша, витрина без содержания, картонная экспозиция.

Надо спать, ничего она сейчас не решит, только вконец измотает себя. Богдан предоставил ей выбор, а это немало! У ее матери его не было. Да и у многих, кто бросается в отношения, как в омут, без оглядки, выбора нет, есть только последствия, с которыми надо смирится и жить дальше. Пан или пропал. Кому-то везет, кому-то нет.

Настя еще недолго покрутилась, устраиваясь по-удобнее, но усталость и нервное напряжение взяли свое, она постепенно погрузись в сон. Без сновидений, просто небытие, дающее передышку перед следующим днем.