Глава 17

Марк.

Я выдохнул и сказал ей:

— Дарья, я должен… Нет, я хочу... извиниться перед тобой. Извиниться, что понял тебя неверно. Я заблуждался на твой счет. Прости мне это. Если бы я знал, то никогда не вел бы себя с тобой, как гад, позволяя себе вещи за которые я еще не раз попрошу прощения у тебя.

И мне жаль что ты сейчас в этом номере. Тебе, детка, здесь не место. Прости, что все зашло так далеко. Это абсолютно неподходящее место для такой малышки как ты. И я, тем более, последний человек, который достоин того, чтобы ты доверилась мне. Ничего не будет. Прости.

Я не могу позволить этому случиться. Я нехороший человек с очень плохой репутацией о которой тебе известно. Я точно не тот человек которой будет у тебя первым мужчиной. У меня есть принципы через которые я не переступаю. Если бы я знал раньше, поверь, я никогда не позволил бы тебе и на километр подойти ни к этому номеру, ни ко мне.

Если бы я знал, что ты девственница, то ни за что, не предложил бы тебе прийти сюда как какой-то…. Никогда. Ты, точно не должна быть, здесь. Ты заслуживаешь самого лучшего. И это не я. Я втянул тебя в это и постараюсь максимально оградить тебя от моей персоны. Я дурно влияю на тебя. Теперь я это вижу. Поэтому, я подожду пока ты оденешься и после, отвезу тебя домой…

— Марк, посмотри на меня.

Повернулся к ней. Малышка приникла ко мне и обхватила мое лицо ладонями.

Я замер от этого неожиданного жеста. Никто не обнимал меня так уже очень давно.

Дарья посмотрела на меня и сказала:

— Я уже здесь! Я хочу этого. Хочу чтобы ты стал моим первым мужчиной. В чем проблема? Ты все усложняешь… Мне решать, где и когда это случится. Я ценю, что ты щепетилен и уважителен ко мне, но сейчас мне нужен ты, а не твои слова. Неужели какие-то дурацкие правила важнее живого человека? В конце концов это просто какая-то девственность…

Я закрыл глаза и отстранился.

— Не для меня, Дарья. То что ты девственница, это очень круто. Это невероятно, я потрясен и сожалею, что вел себя как последний мудак с тобой.

Но ты, чистая, юная девочка и твоя невинность, это черта через которую я не переступлю. Между нами это возводит непреодолимую стену. Не воспринимай, прошу, это на свой счет, но я не трахаю девственниц. Я не настолько порочен. Но дело не только в этом. Заняться с тобой сексом, и стать твоим первым мужчиной, для меня, автоматически означает взять на себя определенные обязательства к которым я не готов… Мне эти сложности не нужны.

— Обязательства, принципы, нерушимые стены… Все это, ерунда! Марк, это просто секс...

— Не для меня… Дарья, я не допущу этого. У нас тобой, ничего не будет.

— Но я хочу этого, именно с тобой. Ты достаточно, меня знаешь, Марк. Мне не нужна, ни твоя опека, ни обязательства… Только не говори, что ты не хочешь меня сейчас! Переступи, через свои принципы один раз. Это же в твоем стиле — секс на один раз, без обязательств. Какое тебе дело, девственница я или нет? Перестань говорить ерунду и займись со мной сексом… Трахни меня уже и мы забудем об этом!

Последняя пара фраз была брошена ею с такой показной уверенностью и цинизмом, что я пришел в себя и снова взглянул ей в лицо. Настороженный взгляд выдавал ее чувства. Дарья смотрела на меня выжидая, как хищник в засаде ждет свою жертву.

Отстранился от нее выдыхая, потому что мне ситуация была предельно ясна. Я спросил довольно холодно:

— Это все? Или есть еще, пожелания?

— Да. есть. Как только это произойдет, Марк, мы оба сделаем вид, что этого никогда не было и продолжим жить своей жизнью.

Мне потребовалась секунда, чтобы схватить ее руки в свои и прижать ее к себе не выпуская из этого капкана, пока она меня не выслушает.

— Думаю, что с меня хватит! Ты… просто избалованная маленькая сучка, которая не понимает, о чем говорит. Ты понятия не имеешь, каково это когда тебя трахает настоящий мужчина. Возиться с девственницей, тем более такой сумасшедшей как ты — я пас. Так, доходчиво говорю?!

Меня переполнял гнев, смешанный с раздражением от нереализованного возбуждения. Я оттолкнул ее к креслу и отошел к бару. Налил себе коньяк и выпил залпом. Чудом сдержался и рад, что сгоряча не наговорил ей еще больше, действительно злых и жестоких вещей. Я не мог перестать думать о том, что мне придется ее отпустить, сейчас. Она возненавидит меня и больше мы не увидимся.

Я уже сожалел о каждом грубом слове, что вылетели из моего рта… Снова, подошел к ней, но она оттолкнула меня после тех моих слов…

Я встал позади нее и сказал ей:

— Прости... Я не хотел грубить тебе… Сорвался, но да, я такой. И поэтому, это должно прекратиться. Сегодня, здесь… Дарья, я не хочу и никогда не хотел говорить с тобой подобным тоном. Все что хотел, я сказал. Прошу, оденься, я отвезу тебя домой и мы закроем эту тему.

Я говорил это и старался не смотреть на нее. Потому что ее гнев, уже давно являлся для меня триггером, что заводил меня с пол оборота… И чем больше она закипала после моих слов, тем сложнее мне было сдерживать себя, находясь так близко от нее.

Ее зардевшиеся щеки, ее искреннее негодование, то как от злости она кусает свои чувственные губы. Я едва держался, чтобы не завалить ее здесь и сейчас. Глядя в ее полные ярости глаза, я чувствовал, что мое тело жаждало обладать ею. Как я хотел продолжать ласкать ее всю, покрывать поцелуями, терзать ее пухлые чувственные губы, а затем накрыть ее своим телом. Сжать ее в своих объятиях и хорошенько трахнуть, послав подальше все свои принципы.

Да, она не ошибалась, я хотел ее. Хотел ее всю, без остатка. Стать ее первым мужчиной, я даже и не мечтал о таком…Теперь, когда я знал об этом — я безумно хотел этого. Но быть ее первым мужчиной, это недостижимо. Я не позволю себе зайти так далеко. Я сам, давным-давно провел эту черту, мне не нужны проблемы. А проблемы обязательно возникнут, если эта избалованная сумасшедшая девственница, получит свое от меня.

Она зависнет на мне, а я на ней. Это станет огромной проблемой. Мне нельзя к ней приближаться. Я потеряю покой и лишу ее свободы. Я не умею владеть наполовину. Захочу быть не только первым у нее, но и последним.

Я зависну на ней и это не то, что мне нужно. Дарья, роскошная малышка. Она сводит меня с ума. Но она совершенно неуправляемая. А у меня нет времени ждать когда она повзрослеет.

Я и до этого дня, ни о ком не мог думать кроме нее, одержимый своим нереализованным желанием к ней. А получив ее всю, я стану еще более невыносимым, подозрительным собственником.

Дарья, слишком свободная и дикая. Она не вынесет этого и сбежит от меня. Дело времени. Это уничтожит меня. Если я впущу ее в свою жизнь, то выпущу ее обратно только с дырой в сердце. Не хочу этого. У меня нет выбора, мне придется оттолкнуть ее. Она должна уйти.

Да, я осознаю, что мой отказ толкнет Дарью в руки другого мужчины. Может не сегодня, но завтра или когда-то еще, она решит так же дерзко ворваться в чужой номер и переспит, но уже с кем-то другим.

Только от мысли, что она будет с другим мужчиной у меня в глазах потемнело. Новое чувство страха потери завладело мной. И в этом проблема. В моей жизни нет места для такой молоденькой и взбалмошной девушки, как Дарья. Я гораздо старше и у меня совершенно другая жизнь.

Думаю, ей тоже, меньше всего нужен человек с моим прошлым. У нас с ней нет будущего. Все это безнадежно с какой из сторон не посмотри.

Я стоял и сквозь поток своих мыслей наблюдал, как Дарья надела свое платье и взяла телефон.

Подошел к ней и хотел уже пойти за машиной, но она остановила меня.

Прежде чем она начнет возражать, я сказал ей спокойно:

— Я не могу допустить, чтобы ты ехала домой одна, я отвезу тебя.

Дарья подняла на меня глаза и я увидел, что в них стоят слезы. Все во мне перевернулось. Молчу.

Она сделала глубокий вдох и произнесла едва слышно:

— Марк, услышь меня… С этого момента я запрещаю тебе говорить со мной и подходить ко мне. Запрещаю считать, что ты можешь или имеешь права распоряжаться моей жизнью или моими решениями… После этого вечера, у тебя больше нет права что-либо предлагать мне. Не смей идти за мной!

Она медленно открыла дверь и вышла.

Я остался стоять где был, пока моя душа медленно погружалась во тьму. Все это зашло черт знает куда…

Проклинал себя за этот взгляд Дарьи на меня, полный разочарования и боли. Никогда я не видел ее такой. Лучше бы она ненавидела меня, злилась или ругалась… Только не разочарование. Его мне не преодолеть…

Да, я вовремя остановился. Я прав. Я все сделал верно. Я не дрогнул.

"Но почему я снова чувствую себя мертвым без нее?"

Я стоял посреди темной комнаты и не двигался с места. Она исчезла, ушла. Думаю, навсегда. Я освободился. Но для чего, мне эта свобода?

Я почувствовал такую тяжесть в сознании, что рухнул в кресло, не имея возможности вздохнуть.

Провел ладонью по лицу и закрыл глаза. Вспоминал жар ее губ, ее нежные ласковые объятия, ее тихие стоны...

Она ушла, но я осознал слишком поздно — эта маленькая ведьма отравила меня. Своими нежными ласками, трепетом своей молочной шелковой кожи, вкусом сладкого поцелуя, что дарил ее чувственный рот, прикосновением ее разгоряченных губ, которыми я стал буквально одержим…

И все это я разрушил, поселив в ее душе такую стойкую ненависть ко мне, которую не прошибешь ничем.

Я подошел к окну и увидел ее. Смотрел в окно на маленький силуэт этой малышки, что снова удивила меня.

“Девственница… Какого черта, она девственница?!”

Это одновременно и самая ужасная новость этого вечера и самая прекрасная. Я чувствовал это в ней, этот огонь не раскрытый никем. Такая гневная, страстная, откровенная и… девственница. Как ей удалось сохранить себя?

Понял, что сделал ошибку, отпустив ее одну. Я должен был настоять и отвезти ее, она не должна стоять там одна…

Я поспешил взять ключи от машины и вышел. Спустился вниз. Но когда шел через холл, то через прозрачные двери гостиницы я увидел Калена Шумера. Увидел как он уводит Дарью в свою машину.

"Она позвонила ему, а не в такси..."

Горячий огонь ревности и ужаса от происходящего, выжег все у меня в груди. Чувствую себя так, словно меня огрели по голове.

"Кален Шумер, сегодня, своего не упустит. И я всеми своими действиями, очень ему помог..."

Если раньше, у меня были сомнения в том, что они спят, которые не подтвердились. То теперь, Дарья не будет сомневаться, я сам толкнул ее в руки Шумера, мне некого винить.

Я совершенно потерял голову от увиденного и то что я сделал после, было еще безумнее. Я поехал за ними. Клял себя за это и не мог не ехать.

Если он войдет в ее дом с ней, тогда, все...

Вижу его машину, они становились у ее дома, но не вышли. Кален поднял все окна в машине. Теперь мне стало ясно, все.

Я закрыл глаза.

"Они и не собирались идти в дом… Они в машине и прямо сейчас между ними…"

Мир вокруг утратил цвет, став черно-белым. Я хотел уехать, сто раз пытался. Но не смог.

Сколько раз я порывался ворваться в этот долбанный, проклятый автомобиль и разорвать Шумера на куски, чтобы он не смел касался ее.

Но ничего не сделал. Все. Мне некого винить. Я сам толкнул ее к нему.

Когда спустя недолгое время дверь машины открылась, я увидел то, что разрушило меня в один миг.

Дарья на нетвердых ногах неторопливо вышла из его авто, поправляя свое спущенное на плечах, задравшееся платье. Затем, я увидел Шумера, обнаженного до трусов, что-то говорящего ей вслед… Дарья спокойно ответила ему и ушла в дом, а он уехал.

Все кончено. Теперь, точно…

Я знал, что это лишь вопрос времени. Но не подозревал что она окажется настолько глупой и мстительной, что сделает это немедленно…

Здесь, меня больше не интересовало ничего, я развернул машину и уехал.

Не помню сколько километров и часов я кружил по городу, пока не вернулся в свой номер. Что я пил в тот вечер и сколько, я не считал, но очнулся я только к вечеру следующих суток.

Я был разрушен. Я бесконечно ненавидел всех и вся. И больше всего я ненавидел себя, за то что отпустил ее. И ее, за то что она даже не подозревает, что сделала со мной.

Я и не заметил когда она успела вырвать мне сердце. Ведь я держал ее на расстоянии. Не подходил ближе. Сделал все, чтобы она не задержалась в моей жизни. Но я снова упал на дно той же ямы и на этот раз не уверен, что выберусь.

Я ненавижу ее и себя. Что же... Я снова стал собой. Ничего не осталось внутри, только злость и пустота.

...

Неделю спустя или чуть больше, не помню, но я все еще пребывал в мрачном, дурном расположении духа. Я шел с работы, когда мне позвонила Альбина. Я знал, что она родила две недели назад. Она попросила об одолжении. Попросила отвезти Дарью в аэропорт, сегодня ночью. Она летит к ней в Европу. Альбина не хочет, чтобы сестра вызывала такси ночью. Спросила, могу ли я. Ответил ей, что сделаю. Но когда отключил вызов, понял, что не смогу.

Все еще не могу ее видеть. Позвонил своему помощнику и отправил ему сообщение с адресом. Сказал ему, чтобы он приехал гораздо раньше. Я знал Дарью, ее еще нужно будет уговорить. Но это была просьба Альбины и она должна была согласится.

Ожидаемо, он прислал мне сообщение, что Дарья отказалась ехать с ним и вызвала такси. Я сказал ему уезжать, сел в машину и поехал к ней. Когда-то нам все равно пришлось бы пересечься...

Подъехал к ней. Вижу как она вышла из дома. Заметила меня и ускорилась, направляясь к такси.

Я преградил ей путь. Она оттолкнула меня, но я удержал ее за запястье, не позволяя отойти. Дал таксисту две сотни и сказал чтобы он уезжал. Он исчез через секунду. Дарья высвободила руку и сказала, что не поедет, тогда, вообще.

Я молчал.

Но когда она решительно направилась к своему дому, я не позволил ей это. Догнал ее и в одно касание, подхватил ее на руки, забросив ее к себе на плечо. Так и нес ее к машине. Пока шел не мог не отметить кайф от тепла ее тела, запаха ее кожи, прикосновения ее волос, что касались моей щеки.

Я усадил ее в кресло и захлопнул дверь. Она села и больше не пыталась сбежать. Это удивило меня, ожидал что мне придется еще не раз возвращать ее. Но она послушалась. Сел за руль и мы поехали в аэропорт.

Я стоял рядом с ней в зале аэропорта и молчал. Взял себе кофе. Стоял и пил, глядя в окно. Когда объявили ее рейс я передал ей пакет с подарком от меня Альбине и ее малышам. Дарья молча взяла подарок из моих рук и пошла на посадку.

Я смотрел ей вслед и ненавидел ее за то внезапное чувство нежности к ней, что обжигало сердце внутри моей груди.

Дарья уже достаточно отошла, но в последний момент, она внезапно обернулась и взглянула на меня.

Я не отводил взгляда. Она тоже.

Какое-то время, мы просто смотрели друг на друга. Это было нечто странное и необъяснимое. Я не собирался анализировать. Просто не мог перестать смотреть на нее.

Наш с ней молчаливый диалог вернулся. Это был именно он. Она снова говорила со мной этим взглядом. Не оттолкнула меня. В этот раз, нет.

Дарья исчезла за дверью, а я продолжал стоять и смотреть в пустоту. Сбитый с толку, минутой этой вернувшейся близости между нами.

Ее взгляд, не был ни ненавистным ни раздраженным. Она словно хотела запомнить мое лицо перед долгой разлукой…

Жар надежды снова наполнил меня и впервые за десять дней мне стало легче на сердце…