Глава 10

Марк

Привязанность…

Я бежал от нее как от огня, отсекая любой намек на близость. В какой момент на моих руках, снова оказались оковы привязанности?

Я отъехал от дома Дарьи. Голова не соображает. Еду, не контролируя скорость, не понимая куда. В темноте ночных улиц я вижу ее лицо. Ее глаза... Они не обманут меня. Когда я коснулся ее губ, она прикрыла глаза и полностью отдалась нашему поцелую. Ее руки касались меня, чтобы оттолкнуть, но ее взгляд в этот момент был растерян.

"Я отравил ее сознание не меньше, чем она мое. Что ж, если таковы правила игры— я согласен."

Вошел в квартиру и не стал включать основной свет, оставил только ночник в гостиной.

Стоял у окна и смотрел на ночные огни города.

“Она никогда не полюбит, такого как я… Черт. Хорошо сказала. Разозлила меня за секунду..."

Такого, как я…

Я усмехнулся, но думал сейчас, не об этих ее словах. Налил себе коньяк и сел в кресло. Из всего, что произошло между нами, мне был интересен только один, самый чистый и самый сладкий эпизод. Когда Дарья, сама подошла и поцеловала меня.

Ничего к этому не вело. Не было ни атмосферы, ни обстоятельств. Все было против этого. Обычный вечер. Много таких же вечеров было у нас с ней. С десяток раз я произносил ей подобные банальные фразы…

“Я здесь, узнать, все ли у вас в порядке…”

Разумеется это была ложь. Но сегодня, я лгал потому, что хотел ее видеть. Вернулся в гостиницу и не застал ее…

Задержался в номере. Как идиот, сидел и смотрел на оставленные ею плед и подушку, что касалась ее лица…

Моей записки нигде не было. Она забрала ее с собой. Никому не сообщила о себе. Просто ушла.

Но она была здесь и теперь, я знаю. Знаю каково это, когда она есть и насколько становится тусклым свет, когда ее нет… Именно поэтому, я хотел ее видеть. Сейчас.

Это глупо, ведь я увижу ее на моих занятиях, в понедельник.

Но, видимо, это цепи привязанности на моих руках тянут меня к ней. Я слышал их тревожный звон, когда нес ее на своих руках, в свой номер...

Надо было оставить ее там, на пороге. Не подходить к ней вечером в холле. Не смотреть на нее бегущую, сквозь толпы улиц... Отвернуться, уйти и спастись от нее. Хм...

И вот теперь, я нарушил все, что обещал себе. Стою на ее крыльце и жду, когда она выйдет.

Она открывает дверь и я вижу ее. Смотрю на ее белоснежные стройные ноги в этом коротком халате. Она явно не была готова видеть непрошенных гостей, наверное собралась идти в душ.

Дарья в душе... Что ж, я подумаю об это позже.

Но в тот момент, я с таким голодом смотрел на нее. Ее роскошные густые волосы откинуты назад на бок, оголяя ее шею. Она перебирает пальцы, на ее лице все эмоции разом. Мне очевидно, что в ее душе не все спокойно. Ее взгляд не здесь.

Я говорил какую-то ерунду, “на автомате” выдал то, что надо было сказать.

Когда Дарья подняла на меня глаза, я понял, что она не слышала ни слова из того, что я ей говорю.

Этот ее взгляд, словно второй диалог между нами.

Ее губы не ответили мне. Но глаза — ответили. Ее глаза здороваются со мной и сегодня иначе, чем обычно. Вижу в ее взгляде нечто новое. Она впервые не смотрит сквозь меня, раздраженная, с желанием отделаться от навязанного ей диалога... Нет.

Ее взгляд касается моей кожи, словно она скользит по ней своими пальчиками. Я буквально, слышу ее прикосновение. Замер и стараюсь не пропустить ни одного “слова” что говорит мне ее взгляд.

Ее взгляд встречается с моим, но не теряется. Нет. Она следует дальше, скользит по моей щеке, задерживается на моих губах, шее, груди и следует все ниже.

И я пьянею, пьянею просто от ее взгляда. От этой секунды, этого мгновения ее осознанного интереса ко мне. Интереса не как к Марку, бывшему боссу ее сестры, но как к мужчине.

Дарья рассматривает меня откровенно, не стесняясь и не пряча своего интереса. Скользя пристальным взглядом везде и беспрепятственно.

Я пожалел в этот момент, что на мне была одежда. Хочу повторить этот момент, когда я буду стоять обнаженным перед ней. И почему то мне кажется, что этот момент у нас с ней еще будет. Теперь, я это четко осознаю.

Но вот, она словно очнулась. Отвечает мне что-то. Ее слова странные, но я не хочу тратить на них свое внимание. Нет.

Я хочу поставить на паузу момент, который произойдет через секунду и повторять его в своей памяти, снова и снова…

Дарья опустила глаза, делает вдох и снова, смотрит на меня.

И вот того, чем полон этот ее взгляд, никогда не видели мои глаза. У нее — никогда.

Желание.

Такое хрупкое, едва ощутимое. Словно родившееся в этот самый момент. Впервые Дарья смотрит на меня с откровенным желанием. Мне кажется она это даже не осознает.

Делает шаг ко мне, приподнимает голову и не сводя с меня глаз, приближается к моему лицу.

Ее губы касаются меня.

Этот ее порыв, не был случайным. Это не была робкая попытка. Дарья не колебалась.

Она точно знала, что хочет поцеловать меня. Поцеловать. А не робко и по-девичьи прикоснуться ко мне, к моим губам в смятении. Нет. Смятения не было. Вся она, сейчас, сама решимость и само желание.

Непреодолимое желание почувствовать меня на вкус.

Вот в этом она вся. И эта тлеющая в ней страсть, рвет меня на части. Я никогда не могу предсказать, что она решит сделать в следующий момент…

Но сейчас, ее губы прикасаются ко мне. Дарья целует меня, проникая горячими влажными губами в мой рот, касаясь своим языком моих губ.

Я едва удержался на месте. Хотел в тот же момент прижать ее к себе, продлить этот поцелуй. Но так же, мне очень хотелось продлить ее инициативу и не перебивать ее желание, своим.

Все, что я мог, это принять ее поцелуй, захватить ее губы своим ртом, отвечая на ее поцелуй, на ее желание, но не тушить его моим жаром в ответ.

Пара секунд и она отстранилась. Я молчал.

Ее рассеянный взгляд, встревожил меня. На ее лице не было ни очарования, ни увлеченности. Ничего. Ее взгляд не лгал. Я тронул ее губы, но не сердце...

Смотрю на этот ее равнодушный взгляд и чувствую, что под моими ногами разверзлась пропасть и я лечу вниз, очень-очень быстро.

Дарья смотрит мне в глаза, открыто, прямо. Говорит свои слова так просто и жестоко. И она, искренне верит в это. Я вижу по ее глазам, она не играет.

Как это работает у судьбы? Как же часто я смотрел также холодно и отстраненно, на всех тех женщин, безликих и не волнующих меня. Своим отношением к ним, своей холодностью я говорил им эти же слова, что сказала мне Дарья, сейчас.

Она сказала это и не дрогнула.

И в этот момент я понял, что не было никакого поцелуя.

Дарья не целовала меня. Она, своими горячими губами, коснулась моего сердца и поняла, что оно холодное и не любит никого.

А ее сердце, оно горит. Ни для кого-то конкретного. Но горит. Она вся, сплошной огонь и ей, точно не нужен я — человек с умершим сердцем.

Эта девчонка хочет гореть и я, лишь помеха на ее пути.

После ее слов, я словно почувствовал свой собственный лёд и равнодушие, настолько, что замер на секунду, словно оцепенел.

Смотрел, как она отвернулась и понял, что если я позволю ей уйти, скрыться сейчас за этой дверью, то она закроется от меня навсегда. И у меня не будет шанса достучаться до ее сердца. Я разобьюсь, развеюсь на тысячу осколков и больше, не соберу себя. Так и останусь, равнодушным, холодным и одиноким.

А сейчас, пока во мне еще есть тепло от ее прикосновения к моим губам, я не хочу мириться с тем, что для меня нет надежды.

Я схватил ее за руку, прекрасно осознавая, что уже в этом жесте, в этом насилии — ошибка. Против своей воли, Дарья, моей не станет, но в тот момент я был зол... Нет. Я был в отчаянии.

Я хотел ее поцеловать, так давно. С той первой встречи на улице, когда не мог оторвать взгляда от ее губ.

Я не проверял, не исследовал, не анализировал, мне не нужны были ответы и я не был растерян.

Я мог дать ей только это. То, чего у нее нет и никогда не было до встречи со мной.

Мой поцелуй. Хотел ее поцеловать и желал забрать тепло ее поцелуя с собой.

Я захватил ее губы, накрыв ее рот своим. И в этот момент, её тело, что прильнуло ко мне, ответило на этот поцелуй и не только губами. Дарья, вся прильнула ко мне, поддавшись порыву.

Я ликовал.

Ее слова обманывают и запутывают меня. Но ее тело — нет. Ее тело отвечало мне, словно давно ожидало, именно этого нашего поцелуя. В тот момент, она была только моя. Не только ее губы, она вся горела в моих руках.

И это произошло. Она подожгла его. Мое сердце

Если до этого, оковы привязанности на моих руках еще не крепко держались, то в этот момент, я сам застегнул их покрепче и выкинул ключ.

Мое сердце вновь горело. Я выпустил его на волю. Понимая, что у меня нет ни надежды на будущее, ни возможности повернуть назад, чтобы вернуться к себе прошлому и все остановить.

Это уже нельзя остановить или отменить.

Нет.

...

Утром в понедельник я неторопливо шел через университетскую стоянку. Мой семинар в группе Дарьи был позже. Времени достаточно.

За прошедшие сутки я немного снизил градус своей истерики по Дарье и сегодня чувствую себя почти как раньше. Может это было наваждение или последствия травы которую я курил накануне. Не знаю. Но мое сердце, сейчас, бьется ровно. Я все тот же бесчувственный, самовлюбленный гад и меня это вполне устраивает.

Заметил пикап Дарьи на парковке. Значит, она в университете. Хорошо.

У меня была тревожная мысль, что после всего случившегося, она может избегать меня. Но это не подтвердилось. Подойдя ближе, я заметил осколки стекла вокруг ее машины. Здесь явно что-то произошло и серьезное. Первой мыслью была авария.

Я подошел и понял, что повреждения эти, не последствия аварии, а результат нападения. Джип Дарьи разбит в хлам и это произошло недавно. Стекла от фар, валяющиеся повсюду, не задержались бы долго… Кто-то расцарапал кузов. Ей разбили лобовое стекло, все фары, а внутри, в багажнике какой-то умник высыпал целую гору презервативов…

Мои кулаки непроизвольно сжались. Не знал, что за одну секунду могу стать таким злым. Пожалел, что не застал тех, кто сделал это с ее машиной. Было тяжело, просто наблюдать последствия. Хочу оградить Дарью от этого. Не знаю, видела ли она все это. Не хотел, чтобы это ее ранило.

Я позвонил ректору и через пять минут он и начальник охраны университета были на стоянке. Сказал им, что мне нужны записи с камер наблюдения, но не заметил охотной и спешной реакции с их стороны.

Невнятно мычат, что подобное происходит не в первый раз. Это студенты. Ерунда. Очередной отвергнутый любовник расквитался или может чья-то злая шутка? Ректор сказал, что они разберутся с этим, со временем. Но на их лицах, читалось другое. Им было все равно.

Дарью открыто “травят” и ее некому защитить. Я растерялся, идей было много. Осталось решить, что предпринять.

Начал с малого. Дал сотню парням с парковки, чтобы они убрали стекло и презервативы.

Затем, направился к декану. Пустая трата времени. Разговор с ним ничего не дал. Ответил, что это вне его компетенции. До тех пор пока студентка сама не подала официальную жалобу, университет не будет вмешиваться.

Спросил о камерах. Ответил те же слова. "Пока нет жалобы...".

Я понимал, что он мне врет и дело серьезное. Декан, явно в курсе, что происходит. Тот, кто все это организовал, выживает Дарью из университета.

Мои догадки, подтвердились позже. Дарью исключили из базы лучших студентов на получение грантов, стажировки или работы. Существовал "А-лист", лучших студентов, которые могут претендовать на оплачиваемую стажировку и приоритет в получении работы с рекомендацией от университета. Одной из них была Дарья, лучшая студентка курса. Ее имя всегда было вверху списка. С сегодняшнего дня ее имя отсутствовало и все баллы были сняты. Даже на моем курсе, а я точно ее не исключал.

Снова пошел к главному декану и спросил его прямо, кто преследует Дарью и чей это “заказ”?

Он отнекивался какое-то время, но потом сказал, что Дарья “перешла дорогу” не тем людям. Они настолько влиятельные, что им нельзя отказать ни в чем, ибо чревато. Университеты зависят от щедрости спонсоров. Ради одной студентки, всем образовательным заведением рисковать никто не будет.

Я настаивал, чтобы он восстановил ее в моем списке, но он отказался.

“Лично, от своего имени, вы можете делать все что пожелаете, но ваш курс это часть программы университета, поэтому ее имя в базе не появится.”

Я не стал тратить на него время. До занятий оставалось совсем немного времени. Шел к аудитории сам не свой. Хотел оградить Дарью от всего этого, защитить, утешить... Но кто я ей? Никто. Даже подойти не могу к ней.

Сегодняшняя тема, сценография и архитектура. Я ее и без записей хорошо знал и это к лучшему, потому что сознание мое горело злостью и гневом. Мне сейчас не до лекции.

Вошел, осмотрелся. До начала лекции минут десять. Смотрю на настроение среди студентов.

Дарьи, еще нет в аудитории. Но на том ряду, где она обычно сидит, так же как в джипе — гора презервативов. Это явно месть. Но чья и за что?

Я смотрю на студентов и заметил, что настроение одной из них, особенно выделяется.

Сия, эффектная блондинка с лисьей мордочкой. Запомнил ее только потому, что она откровенно предлагала мне себя в первый же день занятий.

Я пристально смотрю на ее вальяжные жесты, на ликующее лицо и самодовольный смех ее подруг. Мне стало ясно, что это они устроили ей травлю...

Вошла Дарья. В худи, джинсах и ботинках. Одета как пацанка. Сердце оттаивает, когда заметил ее.

На ее голове капюшон, ее прекрасные волосы скрыты. Поднялась к своему столу. Голову держит высоко. Не прячется. Спокойная, решительная, гордая. В моей опеке, она если и нуждается, то этого ни словом, ни жестом не показывает.

Дарья даже не взглянула на презервативы. Ее, это не удивило. Значит, она все видела и знает кто это устроил.

Смотрю как она спокойно отодвинула рюкзаком презервативы в сторону, не обращая внимая, что они посыпались на пол.

Сия была очень довольна. Радостно улыбнулась, когда звук сыплющихся презервативов донесся до нее. Подруги стали шушукаться и смотреть назад, иронично пожимая плечами.

Да, женщины, бывают адским созданиями.

Тем дороже мне была эта девочка, что сидит одна в углу, но так достойно переносит все это. Следом за ней, в аудиторию зашел ее друг, Ильяс. Он сел рядом, старательно ограждая свою подругу от всех.

Я решил поговорить с ним, после занятий. Как ее лучший друг, он точно в курсе того, что здесь происходит.

Провел лекцию. Все было как обычно, но и не совсем так.

Дарья, впервые молчала всю лекцию. Не задавала вопросов. Вообще, не смотрела в мою сторону. Записывала, слушала, изредка общаясь с Пикселем. Не дожидаясь, когда я попрощаюсь со всеми, как только занятия подошли к концу, они оба ушли.

Я не заметил, когда она ушла. Смотрел на ее пустой стол и чувствовал себя так же.

Вышел в коридор и возле стенда, где всегда толпились студенты, заметил Дарью. Ее лицо было взволнованным и бледным. Она только что обнаружила, что ее вычеркнули из всех списков.

Обернулась на меня. Заметила мой взгляд и поняла, что я тоже знаю об этом. Почти сразу отвернулась и ушла.

Ее стройная фигурка в этом худи, ее волосы выглядывающие из под капюшона, эти смешные ботинки на ней… Ничего в ее фигуре, в ее жестах или в ее поведении ко мне, не было ни соблазняющим, ни откровенным. И тем не менее, вся она была магнитом для моих глаз…

Я заметил в коридоре Пикселя и подошел к нему. Он посмотрел на меня подозрительно и хмуро. Сразу видно, что это и есть настоящий друг Дарьи. Он знает все о ней.

Я прямо спросил его, что случилось и в какую беду попала Дарья.

К моему удивлению он не был рад ни моим расспросам, ни моему интересу к этому делу. Отрицательно закивал, давая понять что от него я мало что узнаю.

— Хм... а зачем мне вам что-то говорить? Извините, конечно... Вы наш педагог и все такое… Знаю, что вы с ее сестрой дружите, но я вам ничего говорить не буду. И знаете, что? Лучше бы вам, держаться от Дарьи подальше. Все это, происходит.... из-за вас!

Я был удивлен его резким ответом.

— Что значит, из-за меня?

Ильяс ничего не стал объяснять. Закатил глаза, пожал плечами и закинув рюкзак за спину, молча ушел.

Я выдохнул и огляделся. Задумался.

Сия мстит Дарье и если верить тому, что сказал ее друг, виноват в этом я… Но почему?

Фамилия Сии Уилсон, была мне известна. Ее семья влиятельная и богатая. Они на слуху. Ее отец миллиардер, телемагнат.

Я позвонил к себе в офис, дал задание узнать больше о них. Через два часа, ничего нового из того, что я уже и так знал, мне не сообщили. Сказали, что у них связи повсюду и с ними лучше не ссориться.

Такой ответ меня не устраивал.

Мне нужен был кто-то ядовитее, Сии Уилсон.

И... Такой человек у меня был. Альбина.

Я взял телефон и тщательно продумывая каждое слово, набрал ее номер, надеясь, что нынешняя миссис Горцег, не утратила своего ядовитого запала.

Я хотел узнать все, что ей известно о семействе Уилсон, не раскрывая причины моего интереса. Упоминать Дарью и то, что ее пытаются выжить — нельзя. Иначе от гнева Альбины океан выйдет из берегов и Годзилла разнесет все. Ее реакцию трудно предсказать заранее. Риск есть. Но Альбина профи, всегда знает все обо всех и ее совет мог стать решающим...