Глава 84

После чего Дамреби поспешил обмыть успех своего мыслительного процесса. Только связываться с наливанием вина в бокал уже не стал, предпочтя просто присосаться к горлышку только что открытой Арроноратом бутылки.

Видя, что расставаться с бутылкой Дамреби, судя по всему, не намерен, Айнвор обречённо вздохнул и отправился за добавкой. Вернулся он с ещё двумя бутылками в руках. Это было уже не Муаранское столетней выдержки, а всего лишь тридцатилетнее Ниво́рское. Однако отведать лучший сорт дамангских вин Арронорат тоже был не против.

Дамреби продолжал лакать из горла Муаранское... и лил при этом слёзы.

— Что ты ему сказал? — осведомился Айнвор.

— Ни единого слова, — заверил его Арронорат.

— По-моему, ему уже хватит.

Айнвор откупорил бутылку и налил вино только в два бокала. Отбирать остатки Муаранского у Дамреби, впрочем, не стал. И правильно сделал – следующим глотком виконт как раз прикончил бутылку.

Поставив пустую бутылку на стол и тут же свалив её на пол, Дамреби с четвёртой попытки поднялся с дивана. Арронорат и Айнвор в недоумении наблюдали за его действиями.

— Кирт, куда вы? — всё-таки спросил вирг, когда виконт, шатаясь из стороны в сторону, направился к двери.

— Надо! — последовал более чем лаконичный ответ.

Дверь за собой виконт не закрыл. Неверные шаги зазвучали в направлении лестницы.

— Он же себе шею свернёт! — воскликнул Арронорат, вскакивая с кресла.

Вирг догнал Дамреби как раз вовремя – чтобы успеть предотвратить его спуск вниз кубарем. Они вышли из донжона. Арронорат подумал, что Дамреби решил пойти помириться или хотя бы поговорить с женой... Но, оказывается, «надо» ему было всего лишь справить малую нужду. Конечно, отправиться за этим на мороз было более чем странной идеей, и хорошо бы, чтобы вандализм командира видело как можно меньше его подчинённых. Но зато, освежившись на крепком морозце и пару раз упав лицом в снег, Дамреби хотя бы немного пришёл в себя.

Во всяком случае, подняться по лестнице он сумел почти самостоятельно. Правда, как только вернулся в свою натопленную гостиную, его снова развезло. Тяжело плюхнувшись на диван, он обвёл столик ищущим взглядом. Пустой третий бокал, кажется, возмутил его до глубины души. Айнвор не стал вступать с ним в спор и всё-таки наполнил бокал. Дамреби тут же схватил его.

— А знаете, виконт, в чём основная проблема?— произнёс вампир.

— В чём? — Дамреби посмотрел на него, и на мгновение его взгляд даже показался Айнвору вполне осмысленным.

Он решил не упускать нежданный момент просветления, хотя до этого собирался сказать совершенно другое:

— По-настоящему вы любили Итель-варитку, а не то пустоголовое недоразумение, на котором женились по дурости или от одиночества. Именно она – женщина, которая нужна вам, которую вы искали в Итель, да так и не нашли. Она дала вам счастье любить и быть любимым. Она понимала вас с полуслова, поддерживала во всём, делила беды и радости. Она осталась с вами в ледяной пустыне, в то время как Итель собиралась бежать без оглядки. Да, она убийца, но, если вспомнить, в каком обществе была воспитана, не так уж плоха по своей сути. Для клавров нормально убивать людей и захватывать их тела – другой морали ваша варитка до сих пор попросту не знала. Однако здесь, рядом с вами, сумела многое переосмыслить. Она изменилась – в корне изменилась, уверяю вас, виконт. Подумайте сами. Она ведь порвала со своими, пожертвовала ради вас всем, хотя могла бы сейчас блистать в королевском дворце рядом с Солси. Если это не любовь – тогда любви не существует вовсе.

— Бред! — изрёк Дамреби и, допив бокал, потянулся за бутылкой. Но его рука хватанула воздух – Арронорат успел забрать бутылку раньше. — Что ты, вампир, вообще можешь понимать в любви?! Вы... ик... паразиты – как и эти вариты! Ик... Живёте... ик... за счёт... ик... убивая других! Ик... Да дайте же, бестии Тени, ик, выпить человеку! — вскричал он, не в состоянии побороть накатившую вдруг икоту.

Махнув рукой, Арронорат отдал ему початую бутылку. Больше для того, чтобы он наконец заткнулся и не довёл до бешенства Айнвора, помрачневший взгляд которого уже совсем не нравился виргу. Дамреби удовлетворённо прильнул к горлышку.

Но, не допив примерно треть, виконт сам уставился на вампира взглядом лютой ненависти.

— Ах, ты тварь! — взрычал он и, на удивление быстро нащупав стоявший в ножнах прислоненным к подлокотнику дивана меч, ринулся на Айнвора.

Тот едва успел отскочить в сторону. Дамреби пробежал в угол комнаты, где со всей дури рубанул мечом, прямо в ножнах, по ни в чём неповинному шкафчику.

— Тварь! Тварь! — рычал он, пытаясь зарубить мебель насмерть.

Айнвор с Арроноратом еле оттащили его, пока он окончательно не разломал несчастный шкафчик.

— Так вы с ним заодно?! — решил Дамреби, теперь попытавшись проткнуть ножнами уже именно Айнвора.

— Всё! Спать! — разозлился вампир.

Они с Арроноратом дотащили Дамреби до спальни. До пути он продолжал вырываться, кричать, что они предатели, и клясть их последними словами, как прихвостней Солси.

Швырнув разбушевавшегося командира заставы на кровать, Айнвор тут же усыпил его.

— Фух, — выдохнул вампир. — До галлюцинаций, придурок, допился.

— Мда, напоить его, кажется, было не лучшей идеей, — произнёс Арронорат.

— Неужто он правда видел Солси вместо шкафа?

— Ну, очевидно. Но я-то поначалу решил, что он на тебя кинулся.

— Так и я тоже.

Они вернулись в гостиную.

— Давай, что ли, снимем стресс, — предложил Айнвор, сразу наполняя бокалы.

Арронорат возражать не стал.

— Всё-таки недаром трист-леронские вина числятся самыми лучшими, — заметил он, потягивая Ниворское. — Хотя само по себе это тоже более чем недурно́.

— Да, Муаранское восхитительно! — поддержал вампир. — Но, например, Арзорское или даже Ниворское мне нравятся больше, чем Суарское из того же Трист-Лерона.

— Согласен, Суарское кисловато и на мой вкус, — поддержал его суждения вирг.

— Дело даже не в кислоте, букет у Суарского бедноват.

— У Суарского – действительно бедноват. Зато у Круарского – что надо.

— О, это да! Скажи, ты тоже считаешь нас паразитами? — неожиданно сменил тему Айнвор.

Арронорат ответил не сразу, задумавшись на какое-то время.

— Ты знаешь, если смотреть чисто по факту – конечно, можно счесть вас паразитами... Пускай, на самом деле, вы не живёте за счёт чужой крови, однако всё же пьёте её ради своей магии, забирая жизни других. Но иногда при этом ваша магия спасает тысячи жизней. Взять тех же контуирских троллей или Блонвур. И если вспомнить, что представляет собой ваш корм – вот кто настоящие паразиты! – убийцы, бандиты, разбойники, насильники, грабители, не сделавшие ничего хорошего в своей беспутной жизни. По сути, получается, что вы выполняете работу палачей – естественно, не без выгоды для себя. Но ведь и палачи, в своё время, не казнили бесплатно. Короче говоря, нет, я вас паразитами не считаю. И то, что, благодаря договору Норбернта, многие преступники уже не выходят из тюрьмы, чтобы совершать новые преступления – не так уж плохо для всего остального мира. Возможно, во времена вольной охоты я бы сказал по-другому...

— Во времена вольной охоты, — перебил его Айнвор, — тоже далеко не все пили доноров до смерти. Хотя, не спорю, идиоты среди нас встречались. И именно благодаря им мы заслужили репутацию безжалостных убийц. А между тем пить кровь сверх меры вообще вредно для психики. Любители излишеств в итоге и съезжали с катушек окончательно. Но не было закона, нормировавшего потребление крови, его ввёл только мой прадед. Недовольных законом хватало. А тут ещё Норбернт подсуетился с договорами. Вот так власть и перешла к династии Адельвурта.

Ладно, дело прошлое. Отец дал слово больше не претендовать на трон, и я не собираюсь этого делать. Элестайл толково правит. Пускай всё остаётся как есть. А сейчас нам вообще главное с клаврами разобраться.

— Вот это точно, — кивнул Арронорат. — Но, знаешь, от нашествия клавров есть даже некоторая польза. Общая проблема сплотила разные расы. Раньше мы были разобщены и совершенно закрыты друг от друга, а теперь действуем плечом к плечу. И, как мне кажется, это не плохо.

— Пожалуй, соглашусь тобой, — улыбнулся Айнвор. — Хотя скажи мне это кто-то ещё год назад... За дружбу! — поднял он бокал.

— За дружбу! — ответил вирг.

За разговорами они успешно усидели полную бутылку. И ту, что не допил Дамреби, тоже. После чего решили всё-таки отправиться спать.

— Завтра нашему виконту будет очень нехорошо, — заметил Айнвор, выйдя на мороз.

— По-моему, не только ему, — «оптимистично» возразил Арронорат.

— Действительно. Зачем же это мы-то с тобой так напились?!..

В обнимку, с заносами и падениями, они кое-как добрались до вампирской казармы.

— Пожалуй, провожу тебя, — решил Айнвор. — А то ещё свалишься где-нибудь по дороге и замёрзнешь к бестиям Тени.

— А как же ты теперь доберёшься обратно? — обеспокоился Арронорат возле дверей казармы виргов. — Я провожу тебя от греха подальше.

Так вирг с вампиром провожали друг друга ещё трижды. Но в конце концов нашли оптимальное решение – разойтись на середине пути. Героически добравшись до дверей своего жилища, каждый убедился, что его товарищ тоже не заснул на снегу в очередном падении, и только после этого оба одновременно зашли внутрь.

Немало утомлённый мотаниями туда-сюда по территории заставы, Айнвор сразу же рухнул спать, даже не подумав раздеться.

— Ты что, совсем сдурел?! — возмутился Лиссант, спихивая с себя брата. — Да от тебя разит хуже, чем от винной бочки! Где ты так нажрался?!

— Ты это... иди спать, — промычал Айнвор и тут же отрубился.

Осознав бессмысленность борьбы с братом за своё ложе, Лиссант молча перебрался на его кровать.