Глава 6 Незнакомец

Клара

Воздушный змей, расплескивая фиолетово-голубые искры, что быстро тонули в темноте вечера, летал над площадью, то снижаясь и едва не касаясь голов людей, то, наоборот, поднимаясь в высоту и выписывая смертельные петли в воздухе. Дети, пришедшие вместе с родителями, стояли раскрыв рты и смеялись каждый раз, когда змей делал очередной непредсказуемый кульбит.

Человек, создавший и управляющий этой марионеткой, сидел прямо на асфальте перед раскрытым небольшим чемоданчиком, его губы шевелились, непрерывно произнося заклятия.

Видя, что представление подходит к концу, я поднялась с лавочки и подошла к парню. На вид он был примерно моего возраста, но в реальности, скорее всего, чуть младше. У меня довольно высокий уровень магии, что повлиял на долготу жизни.

— Вы не здешний? — спросила я, когда змей исчез и незнакомец перестал шептать заклятия.

— Как вы догадались? — Подняв голову, он улыбнулся.

Очень приятный голос…

— У вас на чемодане сине-золотая лента. Такие раздают в Рошасе на празднике в честь королевской семьи. — Меня заинтересовало не только его происхождение, но и магия. Некоторые заклятия столь редки, что их держат в секрете, и за них способны убить. Заветные слова всегда записываются в гримуары, обычная бумага их не принимает и сгорает. Но и магические фолианты имеют свой нрав, открываясь далеко не каждому.

Конечно, колдовство этого парня не столь важно, оно создано специально для представлений, но все равно вызывало восхищение.

— Вы бывали там? — удивился незнакомец, поднимаясь на ноги. У него были черные волосы, перчатки на руках, а в складках одежды скрывалось маленькое, но острое лезвие. Последнее я узнала, еще сидя на лавочке. Когда есть время присмотреться и воспользоваться силой, узнать подобное не составляло проблем.

Впрочем, ничего удивительного в том, что путешественник имеет оружие, в дороге случается всякое. Но лучше всего для защиты использовать артефакты — так поступал мой отец.

— Да, приходилось. В детстве с родителями я много путешествовала.

— Значит, у вас было очень интересное детство, — заметил парень, его пристальный взгляд бродил по моему лицу. Незнакомец обворожительно улыбнулся: — Мне было бы любопытно послушать.

Он флиртует со мной?

— Можно. Только для начала покажите лезвие из вашего пиджака. — Я должна была проверить, не проливалась ли на металл человеческая кровь.

Незнакомец насторожился.

— А вы…

— Никто. Я просто обучалась в магической академии и многое знаю. — На лице парня не было паники, что уже говорило в его пользу.

— Вы очень занимательная девушка. — Повозившись во внутренних карманах, он протянул мне ножик, который даже оружием не назовешь — рукоятка как таковая отсутствовала, вместо нее намотали кусок некогда белой ткани. — Я много путешествую. И иногда специально забредаю в леса в поисках редких растений, чтобы подзаработать.

Он говорил правду. Лишь взяв лезвие в руку, я поняла, что крови оно никогда не видело.

— Спасибо. — Я вернула вещицу хозяину. Теперь можно было расслабиться. — Мне понравилось ваше представление.

— Зовите меня Джо. — Он протянул мне руку. Его ладонь была теплой и сухой, а сам парень располагал к себе.

— Клара.

— Красивое имя, Клара. — Джо использовал обаяние на полную. — Научился во время путешествий. Втерся в доверие одному магу-фейерверщику. Это было сложно.

— Ну, оно того стоило.

Джо оглянулся по сторонам, будто раздумывая о чем-то.

— Может, ты покажешь мне город?

Интересно, как часто он просил девушек провести экскурсию, и чем это заканчивалось?

— Эм-м, — протянула я, размышляя, как вежливо отказать. Все же этот вечер принадлежал Дарлингу, который вот-вот должен был явиться на площадь Великого чародея.

— Дорогая, кто твой новый знакомый? — Мужская рука собственнически обвила мою талию, притягивая к себе. А я едва подавила рефлекс, чтобы не ударить Макса. Годы тренировок говорили сами за себя.

Повисла неловкость. Джо выразительно посмотрел на руку Дарлинга и потом на меня. Я будто услышала его мысленное «о-о-оу».

— Это Джо.

— Макс, — представился Дарлинг и со скупой улыбкой добавил: — Муж Клары.

Показушник! Он наверняка делает это назло мне.

Выдержав минуту бессмысленного разговора, мы вскоре попрощались и отошли прочь от парня, устроившего представление. Утешало одно — мы больше не увидимся. Столица огромная, случайные встречи здесь происходят редко.

— До свидания, Клара, — услышала я, когда расстояние между нами превысило несколько метров. Я обернулась лишь на мгновение и инстинктивно улыбнулась.

— А ты время зря не теряешь, — строго заметил Дарлинг.

— Это тебя не касается. И убери руку с моей талии. — Он до сих пор вел меня, прижимая к себе, и я чувствовала запах его кожи — хвоя и дерево. Со скрипом в душе пришлось признать, что его аромат мне очень нравится.

Когда мы находились так близко друг к другу, я понимала, насколько меньше него. Дарлинг словно большая неприступная стена, что ограждала меня от враждебного мира. Только это иллюзия, физическая сила мало что значила в мире магии, и пока его уровень ниже моего, я главная. Только, к сожалению, так бывает не всегда.

— Мы пара, не забывай. Тебе надо привыкнуть к моим прикосновениям. Если ты будешь каждый раз вздрагивать, как несколько минут назад, это может показаться странным, — монотонным голосом лектора сказал Макс.

Он прав.

— Ладно, — опустив взгляд, произнесла я.

Дарлинг криво улыбнулся.

Некоторое время мы бесцельно бродили по улице, перекидываясь ничего не значащими фразами. А чуть позже обсуждали нашу легенду, обогащая ее подробностями, и, в конце концов забредя в район богатых домов, присели на низкое каменное ограждение, притаившись в тени, вдали от света фонарей.

— Как много Дарлингов в столице? Все же твой отец… — Начальство, конечно, не глупо, они бы не назначили нам это задание, если бы оставался хоть шанс того, что нас раскроют. В противном случае они отправили бы нас к мастеру маскировки, как уже поступали однажды. Только подобная магия болезненна, уж мне-то не знать, и прибегают к ней редко.

— Предостаточно. И поверь, мой отец мало распространяется обо мне, — отозвался Макс, лицо его застыло. Видимо, мы затронули не самую приятную для него тему.

Неужели то, о чем болтали в академии, правда?

— Ясно, — отозвалась я, не собираясь лезть в его душу.

Звезды загорались на небе, и, несмотря на осень, ветреную и неугомонную, в душе воцарилась зима — холодная и спокойная. Я с легкостью могла представить себя в теплом доме около камина, наблюдающей, как за окном кружат сверкающие хлопья ледяного снега.

— За что ты ненавидишь меня больше всего? — неожиданно спросил Дарлинг.

Внимательного посмотрев на него, ответила:

— Я тебя не ненавижу. — И это была чистейшая правда. — Просто ты меня раздражаешь. Часто. Очень часто.

— Почему?

— Сам знаешь.

Почему его потянуло на откровенность?

— А что тебе запомнилось больше всего? — не унимался Макс, он выглядел одновременно хитро и серьезно.

— Знаешь, если я начну все вспоминать, то правда могу тебя возненавидеть, — резко отозвалась я. Посмотрев на носки своих туфель и на миг растворившись в разразившейся тишине, негромко и безрадостно добавила: — Моя подруга, Макс. Четвертый курс. Второе полугодие. Ты перешел черту.

Он сложил ладони лодочкой, чтобы потом сплести пальцы в замок. Задумался.

Неужели Дарлинг стал терпимее, чем в академии? Раньше его не волновали мои чувства. Хотя нет, они его все же интересовали, но лишь с одной целью — отыскать мою слабость и ударить побольнее.

— Энн? — с сомнением спросил он.

Боже, да он с трудом вспомнил ее имя!

— Да! — На мгновение былая злость взяла надо мною верх. Хотя теперь я понимала, что не имела права злиться. Если мы с ней разбежались из-за такой мелочи, как парень, то она никогда не была мне подругой.

— Объясни. Я не понимаю. — Дарлинг хмуро уставился на меня. Похоже, он не врал.

Пусть невежество не оправдание, но я остыла.

— Ты провел с ней ночь, — сказала терпеливо. Макс кивнул. — А потом делал вид, что не замечаешь.

— И как это связано с тобой?

— Мы жили вместе и дружили три года. Но спустя месяц после этого она съехала. Сказала, что не может общаться со мной. Что из-за меня она не может забыть тебя. — Даже сейчас при воспоминаниях о той ситуации мне было обидно. — «Я для него пустое место, когда тебя он видит издалека» — вот что она мне сказала. Я еще подумала тогда, что за бред она несет? Самое прискорбное, что ты отобрал у меня близкого человека, даже не подозревая об этом.

— Ну, я не знал. — Что бы он ни говорил, но сожаления в его голосе не звучало.

— А если бы знал?

— Знаешь что, Раженская? Ты сама помнишь, ко мне часто липли девушки. Я никому не врал и ничего не обещал, в том числе и твоей подруге. Поэтому моей вины здесь нет.

— Понятно, — отозвалась я, не желая спорить. Неожиданно почувствовав себя измотанной, я захотела как можно скорее оказаться дома.

— Что ж, — протянул он, поднимаясь на ноги. — Думаю, на сегодня с нас обоих достаточно.

— Это уж точно, — согласилась я, наблюдая за тем, как Дарлинг, вскинув руки, потягивался.

Никогда еще не видела, чтобы это делали с таким уверенным и самодостаточным видом. Все же сразу заметно, что он благородных кровей, пусть даже в нынешнем мире это не играет большой роли.

— Пока? — попрощалась я с какой-то вопросительной интонацией.

— Так не хочешь расставаться, Клара? — не упустил возможности поддеть меня Макс.

— Ну да, — саркастично ответила я. — Я мечтала об этом моменте весь день.

— Неужели кто-то ждет дома?

Вопрос не застал меня врасплох. И даже почти не встревожил. А ответ сам сорвался с губ:

— Да. — Я соврала не задумавшись. Макс окинул меня взглядом с головы до ног, а по моей спине прошел холодок.

— Ясно. Ну, тогда положусь на тебя. Смотри, чтобы никто не пришел ко мне с разборками. — Дарлинг наверняка вспомнил нашу вчерашнюю беседу в столовой, когда я допытывала его вопросами о девушке.

— Не беспокойся.

— До завтра, Раженская, — попрощался он, прокручивая перстень на пальце. Макс носил его еще со времен академии.

— До завтра, Максимилиан, — попрощалась я, прекрасно зная, что он ненавидит свое полное имя.

Его взгляд метал молнии. Уверена, я отвечала ему тем же. Напряжение, недовольство и необъяснимая злость всегда сопровождали наши отношения. Даже теперь ничего не изменилось. По крайней мере, я хотела на это надеяться…