7. Лера

Миновав с мужем проходную, мы разделяемся. Отдел логистики, в котором работает Егор, расположен на первом этаже рядом с погрузкой, мне же необходимо подняться на третий — в царство офисного планктона, как в шутку называют административные отделы работяги.

Я на ходу расстегиваю пальто и спускаю его с плеч. До начала рабочего дня каких -то пара минут — в глазах моей начальницы Алины Игоревны это уже страшное опоздание. Она никогда не говорит это вслух, но очень четко дает понять, что приходить на работу позже нее и уходить раньше — непозволительно. Сама же Алина Игоревна приезжает на предприятие как минимум за полчаса...

Она вообще... Та еще сука.

Но до поры до времени меня это мало волновало из-за невидимой, но ощутимой протекции бывшего свекра, ведь навредить мне по-настоящему она никак не могла. Сейчас же...

О, я пока без понятия что будет сейчас, но внутренняя смутная тревога не отпускает. Я хороший работник на самом деле, в этом плане я в себе уверена, но вот отношения с непосредственной начальницей у меня всегда как-то не складывались.

В основном из-за того, что Алина Игоревна любит вешать на меня свои ошибки, а успехи забирать себе. Да, я знаю, что это обычное дело и надо просто смириться и махнуть рукой, как поступают те же Лиля и Оксана, но... Не могу.

Характер не позволяет — я сразу вскипаю и дико бешусь, узнав от мужа, что Воронова вновь свалила что-нибудь на меня на очередной планерке, куда мне, как более низкому по рангу сотруднику, вход заказан.

Глаза кровью наливаются, стоит представить, как ее еще и начинают жалеть, ведь ей приходится выносить такую нерасторопную клушу как я. Я точно знаю, что именно так ей и говорит парочка человек, а Воронова при этом мило лицемерно улыбается и снисходительно возражает, что «ничего, Лера в принципе хорошая девочка».

Да, конечно хорошая!

Вот позавчера например я ей правила весь квартальный отчет, который она потом заму директора понесла как результат собственного непосильного труда. И о моем участии сказала бы только, если бы там нашлась ошибка. Как всегда.

Черт, и зачем только вспомнила сейчас об этом — рабочий день еще не начался, а внутри уже загудело глухим раздражением. Наверно потому, что я так и вижу в своем воображении недовольно поджатые губы Алины Игоревны и осуждающий молчаливый взгляд: «Явилась наконец-то. Еще и вчера раньше ушла. Совсем совести нет».

И то, что мы с Егором попали в пробку, пока завозили Ладу в школу, а на часах еще нет девяти и мой рабочий день фактически не успел начаться, конечно, никого не волнует...

— Привет, — распахиваю дверь нашего отдела.

Мои девчонки уже за мониторами. У обеих по большой кружке кофе на столе. Рассеянно здороваются, отрывая взгляды от моноблоков. Торопливо вешаю пальто в шкаф и переобуваюсь. Поймав Лилин взгляд, киваю на дверь в кабинет Алины Игоревны, задавая молчаливый вопрос. Тут?!

— На совещании она, не переживай,— улыбается та, — Хотя, когда уходила, поворчала, конечно. « Где это Савченко носит, совсем уже работать не хочет» — Лиля закатывает глаза, передразнивая капризные интонации Вороновой.

Мы с Оксанкой хихикаем. Я расслабленно выдыхаю. Получается, только зря накручивала себя.

— А что так рано совещание? — спрашиваю, убирая уличную обувь в шкаф.

Подхожу к своему столу и включаю моноблок, затем сворачиваю в крохотную комнатку, служащую нам небольшой кухней. Здесь у нас умывальник, кофемашина, запас всяких сладостей и небольшой диванчик с журнальным столиком.

— Так вроде это... Сын Жарова прилетел. Бывший твой. Я думала, ты знаешь, — кричит мне Оксанка из кабинета.

Я застываю на месте, так и не нажав кнопку на кофемашине. Я знаю, но... Вот это я идиотка! Ну конечно...

Андрей раньше никогда не показывался у нас на предприятии, всегда только его отец прилетал. Но Валерий Павлович умер — логично, что теперь со всякими проверками будет являться Андрей.

Да, это логично. И я тут совершенно не причем. Остынь, Лера…

Судорожный вдох, длинный дробный выдох — я потихоньку отмираю, убеждая себя, что в моей жизни ничего не поменяется.

Андрей сейчас познакомится с местным руководством, представится сам и улетит домой. Его отец всегда прилетал лишь на пару дней. Жарову тоже нет смысла задерживаться дольше.

— А, да, знаю, — рассеянно кричу девчонкам, наконец делая себе кофе, — Просто не думала, что он всех на ноги поднимет с самого утра.

Слепо смотрю, как тонкая горячая струйка заполняет кружку. Когда беру свой кофе, мои руки подрагивают. Девяноста девять процентов, что на работе мы с Андреем не встретимся — что ему делать в нашем кабинете? А выходить из него я сегодня принципиально не собираюсь после таких новостей. Но...

Но меня все равно перетряхивает оставшийся последний процент.

Сажусь за свой ноут, ставя на стол кружку. Кабинет будто сужается, давя. Стены кажутся ближе, до духоты.

Они в конференц зале сейчас? Это всего несколько метров...Мысль, что Андрей опять так близко, забивает все пространство в голове. Быстрее бы уехал...

— Вы так и не общаетесь? — любопытствует Лиля, и ее взгляд при этом кажется мне до неприятного липким.

— Нам не о чем, — глухо отзываюсь, запуская рабочую программу.

— А Лада?

— А что Лада? — пожимаю плечами, — Захочет с ней погулять — пусть забирает. Это не требует длинных разговоров.

— Ясно...— задумчиво тянет Лиля, кажется, собираясь спросить что-то еще, но я показываю ей знак, чтобы помолчала, и звоню на отгрузку проверить доложили ли те несчастные полкоробки докторской сегодня утром.

Лучший способ обрубить эти неприятные мне расспросы — начать активно работать.

Девчонки тоже погружаются в свои дела. На какое-то время время наш небольшой кабинет заполняется телефонными разговорами, клацаньем клавиатуры и шутливыми, мало что значащими фразами, когда общаемся между собой.

И я почти забываю о том, кто сейчас находится в конференц зале буквально в нескольких метрах от меня. Почти, потому что ровно через полчаса мне вновь об этом грубо напоминают.

Распахивается дверь в смежный кабинет, где сидят оптовики, и в проеме появляется белобрысая голова Кира, их старшего менеджера.

— Девчонки, там всех в конференц зал вызывают. У нового какое-то объявление.

Черт...! Я страдальчески прикрываю глаза и мешкаю, в то время как Оксана с Лилей, гонимые любопытством, резво вскакивают со своих кресел.

Ну за что?!

— Лер, сказали всем офисным прийти, — играет бровями Кир, видя, что я приросла к месту.

Тяжело поднимаюсь, смиряясь с неизбежным. Ноги по ощущениям наливаются свинцом. Лиля подхватывает меня под локоть и буквально вытаскивает из кабинета. В коридоре уже стоит гул и так просто не пройти. В конференц зал стекаются сотрудники со всего этажа. Озираюсь по сторонам, немного успокаиваясь. Да мы даже туда не поместимся толком — забьемся как селедки в банку. Андрей захочет — меня не увидит в этой толпе, тем более, что во мне какие-то скромные метр пятьдесят семь, так что достаточно будет просто встать за тем же Кириллом.

— Надеюсь, он сейчас не объявит, что мы закрываемся, — фыркает тихо Лиля себе под нос.

Я на это нервно смеюсь. Вообще от Андрея можно ждать чего угодно, но оставляю свое мнение при себе.

В конференц зале и правда не протолкнуться. Прижимаемся с Лилей к стеночке у самого входа, она так и висит на моем локте. Тянет шею от любопытства, пытаясь разглядеть Андрея, сидящего во главе длинного офисного стола, занимающего добрую часть огромного кабинета.

Я в отличие от нее туда не смотрю — мне хватает один раз взглядом мазнуть по Жаровской черноволосой коротко стриженой макушке, чтобы ощутить подкатывающую к горлу нервную тошноту. Так что вместо этого нахожу глазами мужа, сидящего в самом конце стола. Егор тоже меня замечает. Коротко улыбается и моргает, но взгляд при этом почему-то напряженный.

Спрашиваю у него глазами «что?», но он не успевает никак среагировать, так как в этот момент Жаров на другом конце стучит ручкой по глянцевой столешнице.

— Прошу минуту внимания, — его резкий, низкий голос, звучащий как наезд даже когда он просто что-то говорит, заставляет всех заткнуться за секунду.

Лиля непроизвольно сильнее вцепляется в мой локоть. Сглотнув, медленно перевожу взгляд с нынешнего мужа на бывшего.

Я четко его вижу между плечами двух стоящих впереди мужчин. Андрей в темной рубашке, идеально сидящей на его поджаром теле. Без галстука, воротник расстегнут и виден шнурок, на котором, я знаю, висит крупный крестик из белого золота. Он гладко выбрит и выглядит таким свежим, что я будто улавливаю запах его геля для душа и лосьона после бритья, хотя это конечно же физически невозможно.

А еще я ловлю на себе его тлеющий углями взгляд, когда он, качнувшись в директорском кресле, пружинисто встает. И это уже мне не кажется.

Всего какую -то секунду, но он смотрит в упор только на меня. Так, будто за эту секунду вся эта комната, весь этот чертов мир исчезают.

У меня закладывает уши. Сердце бьется, захлёбываясь в густой, нагревающейся крови.

— Наверно представляться нет необходимости, и все же...— ровно и твердо начинает Андрей, сканируя присутствующих.

Слышу сквозь вату. Смотрю на него, стоя за чужими спинами, и почему-то до мельчайших деталей вспоминаю прошлую ночь, проведенную с мужем в реальности и в фантазиях с ним.

Эти фантомные ощущения настолько острые, что даже на ладонь Жарова, которую он то и дело убирает в карман брюк, притягивая взгляд к своим узким бедрам, я не могу смотреть спокойно. Вижу вены, темные волоски около манжеты, подвисаю на том, как двигаются пальцы…И протолкнув ком в горле усилием воли, перевожу взгляд на проектор за спиной Андрея — хоть что-то безопасное тут.

—...Вы знаете, что в прошлом квартале мы существенно увеличили объем поставок в две крупнейшие сети гипермаркетов Северо— Запада...— продолжает Андрей говорить в полнейшей тишине, — И со следующего полугодия договорились об увеличении этих цифр еще на двадцать процентов, для чего планируется расширить производство в Отрадном...

Раздаются одобряющие аплодисменты. «Все-таки будут новый цех строить» — на автомате отмечаю про себя, на данный момент совершенно не способная по-настоящему вовлечься в рабочие вопросы.

—... И, так как в итоге Северо-Запад выходит на первое место по рентабельности и объемам, — говорит Андрей, упираясь одной рукой о спинку своего высокого кожаного кресла, — Мною было принято решение о переносе головного офиса сюда.

Бах. Это как динамитная шашка, брошенная в озеро. А я — та самая беспомощная, застигнутая врасплох рыба. Меня оглушает. Приоткрыв рот, снова впиваюсь в бывшего мужа ошалелыми глазами в то время, как вокруг начинают одобрительно шуметь.

Андрей не смотрит в мою сторону, его взгляд лениво скользит по лицам присутствующих, губы кривит полуулыбка. Он продолжает говорить о том, что это решение зрело давно, так как рынок Северо — Запада оказался для «Колбасного цеха» самым прибыльным, к тому же удаленность нашего родного города от столицы часто мешала оперативно вести дела. И еще что-то говорит, и еще...

Но я дальше уже вообще мало что могу воспринимать. Ведь как шмель в моей голове истошно гудит только одна жалящая мысль — Андрей переезжает сюда.

И он прекрасно знал об этом еще вчера вечером. Просто не посчитал нужным сказать.