Глава 25

Лера

Мы занимались любовью ещё три раза: дважды здесь, в комнате, и один раз в душе. Если честно, я вообще не думала, что так много – это законно. Но мне все понравилось. Честно.

Правда, успокоилась я только сейчас, когда мы улеглись обратно, уставшие и довольные. Мы вновь лежим на одной кровати в квартире Влада, и можно подумать, что я словила дежавю, но теперь все по-другому. И дело не темно-синем постельном белье, которого на другом диване не было. Тогда я даже прикасаться к себе не позволяла, а прямо сейчас Крайнов меня обнимает. Ласково и легко, но по-собственнически.

Избавиться от своих страхов было тяжело. Даже когда Влад сказал, что так легко я от него не отделаюсь, мозг все равно посылал картины, как в клипах: когда парень с утра выпроваживает девушку со всеми вещами из своей квартиры, чтобы этим же вечером привезти другую. Вижу, что Влад не такой, но до последнего сомневалась.

Вот такая я ужасная. Не была уверена, но Крайнов убедил, что я не зря доверилась ему вчера вечером.

- Ты больше не будешь метаться, как ужаленная? – с ухмылкой спрашивает Влад.

Я лишь отрицательно мотаю головой.

- Наконец-то. А то я ведь уже думал, что ты будешь постоянно меня игнорировать. Ты мне нравишься, белка, – спокойно произносит он, а до меня резко доходит смысл его слов. Это же признание! Самое настоящее! – Очень нравишься. Думаю, это пока самые правильные слова, не хочу торопить события, но и в том, что сказал, не сомневаюсь.

Я взволнованно зажимаю губы.

- Точно не убежишь никуда? – произношу после короткой паузы.

- Лер, это моя квартира, куда я убегу?

И правда, куда?

- И ты даже не думай сбегать, – он притягивает поближе к себе, заставляя чуть ли не носом в его шею уткнуться. – Ты не жалеешь ни о чем, я надеюсь?

Задираю подбородок, насколько это возможно, чтобы посмотреть Крайнову в глаза (не разговаривать же мне с его шеей?). Говорю правду – я не жалею. Да как вообще можно так думать? Ведь это было слишком искренне…

- А мы вчера так и не поговорили, – вдруг осеняет меня мысль.

- Что мешает исправить это сегодня? Можешь спросить, что хочешь.

А я хочу довольно много. Мне интересно его узнать, понять, разобраться в нем, насколько смогу.

- У тебя были серьезные делительные отношения?

Кажется, его такой вопрос не удивляет. А в принципе, вполне логично, что я начинаю именно с этого.

- Были ещё в школе, если отношения в таком возрасте можно назвать серьезными. Я встречался со своей одноклассницей почти четыре года, – после этих слов Влад немного отодвигается, опуская свою руку мне на талию. – У нас обоих, разумеется, это была первая любовь. Или даже нет… Первая влюбленность? Наверное, так лучше. Мы много ругались, ссорились, расстались не самым лучшим образом. И это на долгое время отбило у меня желание искать что-то серьезное.

- А сейчас ты готов к серьезным отношениям?

Ага, вот так в лоб. Вопрос с подвохом. Но Владик же понимал, что я буду спрашивать сразу самое главное?

- Думаю, я готов попробовать. Такой ответ тебя устроит?

- Ну да. Вполне. Теперь твой вопрос?

Он хитро улыбается, показывая свои ровные зубы. Улыбка у него очешуительная, конечно. Вот когда Крайнов хмурый или серьезный – это одно. Когда улыбается, зараза, на что угодно подпишешься, только бы и дальше смотреть.

- Почему ты меня боялась?

Нечестно! Я не хочу это слух говорить!

- А может…

- Нет, белка, без может. Честный ответ за другой честный ответ, сечёшь?

- Ладно. Я думала, что ты бабник.

- Я? – он начинает смеяться в голос и даже руку убирает, ладонями прикрывая губы. – Я – бабник? Кто тебе это ерунду сказал?

- Никто. Я сама так думала. Ты же в курсе, что ты красавчик?

- О, спасибо!

Чуть пинаю его в бок, сдвигая к краю дивана, но ясен пень, этого кабана так просто не спихнуть: он тут же наваливается на меня и кусает шею. По-моему, у него вообще шея – это какой-то фетиш: держать, гладить, целовать, кусать… Ладно, не о том я думаю.

- Крайнов, это не комплимент, не надо так светиться от счастья! Это просто факт. Ты красивый, ты спортсмен, тебя много кто в универе знает. Почему бы девчонкам не вешаться тебе на шею?

- Потому что я этого не поощряю. А кому интересно клеиться к парню, который плевал на это? Лера, не волнуйся. Не коллекционирую я девушек, не придумывай себе.

- А ты веришь в дружбу между парнем и девушкой?

Он, кажется, собирался поцеловать меня, но застывает на локтях, не наклоняясь ниже. Выражение лица за секунды разгоняется от веселого и милого до явно негодующего.

- Опять на Абрамову хочешь вывести? Мне запретить тебе называть эту фамилию? Как в Гарри Поттере, тот-кого-нельзя-называть?

Я ничего не говорю. Не очень хочется нарваться на эту бурю, хотя уже нарвалась…

- Абрамова в одной компании со мной. Всех, кто там есть, я считаю друзьями. И девочек, и парней. Это понятно?

- Понятно.

- И не надо обижаться. Не ревнуй меня.

- Я не ревную.

- Заметно, – выдыхает Влад почти в лицо. – У тебя ведь тоже есть друзья?

- Знаешь, – тяну слово, придумывая продолжение. – Настоящие друзья остались в Нижнем, единственная подруга в универе оказалась сплетницей и склочной овцой, а Настя, которая сейчас ведёт себя, как «старшая сестра». Ты ведь понимаешь, кто такая Настя...

- Они с Русом стоят друг друга.

- Я заметила. Но мне такие чувства не понять.

- У нас так не будет, – тут же заявляет Влад.

Ооо как все серьезно… Кажется, мне сейчас намекнули на отношения?