Глава 60

Влад

Если бы не будильник, проснулся бы после обеда, но я не могу себе позволить такое. Сегодня не могу. Поднимаюсь, разглядываю в окно серое питерское небо и плетусь на кухню. Выбираю на кофемашине режим крепкого кофе, не разбавляю молоком и сахар не добавляю – пью чёрный бодрящий напиток.

У меня билет на дневной «Сапсан», уже через три часа, но этот вариант сегодня не катит. Сдаю его и тут же беру другой – на самый поздний поезд, приходится уцепить верхнее боковое, потому что других билетов просто нет.

Пока допиваю кофе с найденными в шкафу вафлями, думаю, чем сегодня заняться. Лерку надо чем-то удивить, теперь уже обычных прогулок по городу будет мало. Вчера у ее общаги я вполне себе почувствовал, что ей не все равно. Не имел бы я для неё никакого значения – она бы ко мне не вышла и разговаривать не стала. И нет, то, что я пьяный был, не меняет положения.

Сегодня я трезвый, хотя и чувствую себя странно после вчерашнего. А желание побыть с ней не делось никуда, как она предполагала. Это не по той причине, что все по парам, а я один. Я же знаю, ребята все свои отношения заслужили, выстроили ко кирпичику.

Это мы с Леркой дом без основания строить пытались, сразу стены хреначили.

Так и пульсируют в голове ее слова «я ждала». Она ждала, а я сидел на попе ровно. Ладно, не сидел, некогда было – то игры, то диссерт, то работа. Но если бы захотел поднапрячься побольше, мог бы и белку спокойно вписать в свою жизнь. И найти для неё далеко не последнее место.

Звоню Горыну. Не знаю, кто ещё из моих друзей лучше разбирается в романтике и методах ухаживания, чем этот жук, который умудрился жениться на дочери крупного питерского бизнесмена. У Светки было все – и деньги, и путешествия, и модные вещи. А этот хрен из маленького городка в Ленобласти коренную петербурженку удивил чем-то. Спрашивается, чем?

- Привет, Горын.

- Салют бухарикам. Как головушка, болезный?

- Какой я тебе болезный? Нормально все. Совет твой нужен.

- Что выпить от похмелья?

- Да Горын, ну хватит! Я кофе залил в организм, ему хорошо. Куда мне Лерку сводить? Что организовать для неё?

- А ты что, вернуть ее хочешь? – присвистывает друг. – Удивительно. Дай угадаю, вчера после нас поперся к ней?

- Да.

- И она прям увидела морду твою смазливую и поплыла?

- Не поплыла. Но я чувствую, что она сама понять не может, что ей нужно. Видимо, надо подтолкнуть.

- Ты в курсе, каким местом подталкивать? – ржет в голос. Нет, ну не зараза ли!

- Будешь троллить, я Денчику позвоню!

- Не, бро, мы же не в деревне живем? Берёшь девушку, ведёшь на крыши. Не хочешь на крыши – идёте вместе плутать по улочкам в центре и заводишь в какую-нибудь кафешку на канале Грибоедова. Понять не могу, кто из нас двоих родился в Питере? Что тебе объяснять? Влад, да если чувствуешь что-то к ней, плевать, где вы будете гулять и что делать. Хоть на вокзале сидеть и за ручку держаться. Когда влюбляешься, все само приходит, серьезно.

- Это значит, что я непроходимый тупица?

- Это значит, надо меньше рассуждать и больше делать.

А вот здесь Горын явно прав. Если бы на площадке я тоже только и делал, что думал, как бы мне сыграть, саму игру вести было бы некогда.

Любовь – тот же баскетбол. Ты либо забросишь трехочковый в чьё-то сердце, либо проиграешь.

Собираюсь и прикатываю снова к тому же месту. К этой общаге, что видела сотни орущих под окнами дебилов и сотни влюблённых девчонок, поливающих подушку ночами.

Если что, схему с вызовом белки через окно мы проходили, но для начала решаю позвонить. О чудо – сегодня она отвечает.

- Ты уже не спишь? – спрашивает.

- Не поверишь, но я уже у тебя.

- А поезд в Москву? Не опоздаешь?

- Поменял билет.

- Не стоило так напрягаться, – хмыкает Лерчик.

- Наоборот, иногда стоит напрячься. Спускайся и пойдём.

- Куда?

- Куда захочешь.

- В магазин для взрослых тогда, а то одинокой девушке грустно ночами.

Блэт. Сглатываю, даю себе несколько секунд продышаться. Магазин для взрослых? Охренела? Я ей не нужен, а игрушечки ее устраивают? Вот же стерва.

- Ну пойдём.

Такого она явно не ожидала. Шоковое состояние слышно даже через телефон, но Лера быстро приходит в себя и сообщает, что через десять минут спустится ко мне.

За это небольшое время она успела тщательно подготовиться ко встрече: причесалась, накрасилась, морально зарядилась на то, чтобы никаких эмоций не показывать. Ну-ну.

- И что, идём туда, куда ты хотела?

- Рехнулся? Я пошутила.

- На море тогда ты тоже пошутила? – тут же возвращаюсь к надоевшему вопросу.

- Припоминай мне это почаще, думаю, так мы быстрее начнём нормально разговаривать, – язвит Савенкова.

- Я готов нормально разговаривать. Ты вот не очень.

- Четыре месяца, Влад. Это не два дня.

- Но и не четыре года.

- О, ну и на том спасибо, это ж какая радость. Если бы ты ждал четыре года, надеюсь, мы бы уже не встретились. Я в такое не верю.

- Я не знаю, что было бы через четыре года. Лер, но ведь мы могли?

- Что могли?

- Не делать этой хрени летом и остаться вместе.

- Крайнов, ты живешь в прошедшем времени? Паст симпл?

- Да хоть и перфект и континьюс, я не шарю.

- Если ты позвал поныть о том, как я тебя бросила…

- Нет.

- Тогда что?

- Я соскучился, – говорю честно. В этот момент, когда Лера максимально настоящая, я реально понимаю, что скучал по ней. Именно ее и не хватало в моей московской жизни.

- Я должна поверить?

- Ты должна проверить, – хватаю ее плечи и резко разворачиваюсь, тянусь за поцелуем, но она уворачивается.

- Я в курсе, что целоваться ты умеешь. Не новость. Допустим, поцелуемся, допустим, сейчас нам обоим захочется, как всегда, одного и того же, но дальше что? Тебе хорошо и приятно, а мне сиди и оплакивай свою дурость? Я радоваться должна, что приезжий дядя меня своим вниманием осчастливил?

- В этот раз все может быть по-другому.

- Как по-другому, Влад? Я же тебе сказала, я серьёзных отношений хочу. Даже если и на расстоянии, то должно быть так, чтобы при расставании на время сердце разрывалось, чтобы полчаса прошло, а уже обратно вместе быть хотелось. Чтобы сидеть и дни в календаре зачеркивать. Чтобы звонить ночами и часами болтать. И даже молчать в трубку, но чтобы слушать, как любимый человек дышит. Чтобы взять билет на поезд и считать каждую минуту дороги, приближающей к мечте.

- Ого, – нахожусь в ауте от ее признания. – Ты так живо все это представляешь. Думала об этом, да? Рисовала в своей голове картину?

- Так часто, что ты не поверил бы, – кивает Лера.

- Ты правда считаешь, что можно и на расстоянии?

- Как угодно можно, если любишь и уверен в человеке.

- Ты сможешь мне поверить?

- Вот же зараза самоуверенная! То есть в любви уже не сомневаешься?

Егор был прав. Мы ходим по городу и даже не смотрим, где именно гуляем. Красиво, хотя и погода не совсем прогулочная. Но сейчас нам не до этого: тут вопросы важные решаются.

- Белка, из Москвы до Питера на «Сапсане» всего четыре часа ехать.

- И сколько там билет стоит?

- Да без разницы, деньги есть, вопрос не в этом. Четыре часа, и я уже с тобой. Или ты со мной. Только заснул, а уже приехал, разве это расстояние?

- Ты быстро вжился в роль.

- Мать твою, какую роль? Лер, я серьезно! Все могло бы… может получиться. Ну признайся, что не плевать тебе на меня. Ты обижена, что я пропал на столько месяцев, ты хотела, ты ждала. Ну с*ка я, Лер, что думал о тебе и не написал. Но и ты не ангел, так что давай по-честному: в прошлый раз мы оба не слишком старались.

- Ты уверен, что будет новый раз?

- Если ты не пошлёшь меня, то будет.

- А если пошлю?

- Дай подумать… Тебе придётся послать ещё.

Второй раз ее трюк не прокатывает: мои губы приземляются прямо на ее, и хотя она пытается сделать вид, что не хочет поцелуя, пахнущие ванильной помадой губы говорят об обратном.

Да. Мы целуемся. Не три секунды, а как положено, до высечения искр из глаз. Только вот Лера боится даже обнять меня, и ее руки безвольными плеточками висят вдоль тела. Опускаю свои руки с ее плеч и хватаю успевшие замёрзнуть на холодном питерском воздухе ладони.

Целую и не останавливаюсь. О большем не думаю сейчас, хотя гормоны вспомнили, что значит ощущать девушку рядом. Она права – приехать сейчас и завалить ее на кровать было бы низко. Она и так всегда думала, что все мои помыслы на этом замыкаются. Когда-то так думал и я.

Твою ж… Все, о чем она говорила срывающимся голосом, всего этого хочу. Сел в поезд, примчался к ней и прямо с вокзала в объятия.

Псевдоидеальная жизнь в Москве, где на выходных я сплю и не отлипаю от ноута, или несколько часов, когда дышишь по-другому?

Фак, а я ведь реально в Питере дышу иначе.

А сможем ли мы? Да что гадать, сможем, конечно, если попытаемся.

- Лер, давай попробуем ещё раз? Первый блин бывает комом, но мы же можем…

- А если я поверю сейчас, а ты больше не приедешь? Ты же понимаешь, что так будет только хуже?

В этом голосе много боли. Столько, что мне страшно. Никогда не замечал в ней таких чувств, а сейчас я сам в шоке.

- Приеду.

- Вся твоя жизнь теперь в Москве.

- Не ты ли мне говорила двадцать минут назад, что веришь в расстояния?

- Я. Но…

- Я приеду, Лер. Честно. Если ты согласишься, не обещаю, что будет легко. Но в этот раз ты будешь знать обо мне намного больше, чем тогда.

- Если ты не приедешь после этих слов, больше я не поверю. Никогда.

- Я обещаю приехать.

Она не верит. Точнее, не так… Может, она и хочет верить, но как же она боится, что наша история сделает ее несчастной. Нет, Лер, в этот раз так не будет. Не теперь. Четыре месяца я жил и не видел ничего, не понимал, не чувствовал, а теперь есть шанс быть с моей белкой снова.

Я не обману.