Глава 12

Проклята! Я точно проклята! Эта идиотская мысль стучала молотком в моей голове уже целую неделю. Нет, она прочно засела, еще когда мы с Ксюхой увидели дьявольскую тройную радугу и цветущую сирень на Тверской. Сразу вспомнилась та бомжиха в лохмотьях и слова треклятые. Потом меня чуток отпустило, но после встречи с этим парнем, Алексеем, все снова полетело к чертям.

Деньги уплывали непонятно куда. Мне пришлось самой платить за квартиру и покупать еду. Папины помощники куда-то испарились. Маникюршу хотела вызвать, так у нее «полная запись». Это вообще как?!

Пришлось уволить Жорика. Он понятливый оказался, вернул ключи и свалил, пожелав мне удачи. Дожила: водила меня жалеет!

Домработнице после последней уборки тоже велела пока не приходить. Скоро все вернется на круги своя, но… черт! Смотрела она на меня как на нищебродку последнюю! Еле удержалась, чтобы не наорать на нее!

Когда Ксюха из Штатов звонила, я соврала, будто все топчик, но она уже знала, что я сижу дома и больше не тусуюсь.

Поболтали как-то скомкано, с паузами даже. Абрамова что-то несла про каких-то чуваков, с которыми она познакомилась в самолете, спрашивала про субботнюю тусу у Ольховской, но я туда не ходила. На закрытый показ коллекции Лукьяновой меня не позвали. А ведь этой козе папа за копейки выделил особняк в центре для ее модного дома!

Так хреново, как в эту неделю, мне не было никогда. Разве что после смерти мамы, но тогда папа был рядом и я знала, что он меня любит. За ним я чувствовала себя как за каменной стеной.

Дура!

Я совсем одна… Тупо листала контакты в телефоне и никого не находила. На самом деле я всегда была одна, и только сейчас прозрела. В самый неудачный момент!

Даже к Реджи решила подняться, но ее дома не оказалось — может, и хорошо. Я не хотела ничего слышать о ее чудесной работе, испытательном сроке, и главное, о прекрасных коллегах!

Это ж надо было встретиться с ним и выставить себя полной идиоткой!

Стажер!

Я никак не могла понять: что в этом парне было такого? Почему я продолжала о нем думать? Внешне он совершенно обычный, явно из провинции притопал в столицу, но и голодного блеска в глазах, как у всех понаехавших, я у него не заметила. Вот Артурчик рвал любого, когда мы познакомились. Я его за это сразу зауважала. Мужчина должен знать, чего хочет!

А этот… Да, лучший мой любовник, пусть и случайный, но я не настолько помешана на сексе, чтобы из трусов выпрыгивать. И все равно этот парень не отпускал. Почему так?

Как дальше жить, абсолютно непонятно!

Сегодня я никуда не собиралась. Только договорилась с Вано, что он мне скинет контактик чела, через которого можно тихо и безопасно продать тачку. Обещал также подогнать оценщика для кольца, что Артурчик мне на помолвку подарил.

Докатилась!

А теперь я стояла перед какой-то ощипанной овцой, которая чуть не слюной брызгала на меня. Вот как знала: не надо было ехать к Аракчееву, но папа попросил, мол, так надо.

Да кому, к чертям, надо-то?!

Леша оцепенел рядом. Прикрывал меня от этой сучки в сером шмотье? Или мне почудилось?

— Смирнов, это ваша знакомая? — Голос как у змеи. Злой и ядовитой. Мужики ей, что ли, не дают? — Вы слышали, что я вам сказала?!

— Я вообще тут стою! — Мне было плевать, кто эта злобная моль, я никому не позволю с собой так разговаривать. — Если что сказать хотите, рот вымойте, из него воняет!

Леша едва заметно дернулся, вроде даже глаза прикрыл.

Я отодвинулась от него. Краем глаза заметила Реджи, которая застыла невдалеке от нас и смотрела на меня как на привидение.

А вот сучка в сером остолбенела с открытым ртом. Я видела, как ее бесцветная морда с выщипанными почти под ноль бровями заливается краской.

— Вон!

Я улыбнулась, хотя к глазам подступили слезы. Никогда меня так еще не унижали.

— И не нервничайте так, я сама уйду.

— Где охрана?! — взвыла моль.

Не глядя больше ни на кого, особенно на Лешу, я пошла к выходу. Кажется, кто-то сбоку хихикнул.

Сердце гулко билось в груди, теперь уже я пылала: и внутри, и снаружи наверняка тоже. Саша, только не разревись, не смей перед этими насекомыми дать слабину. Ты Дашевская, мать твою, Дашевская.

У выхода стоял Артур, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Он криво улыбался и не сводил с меня взгляда. Его отсюда никто не выгонял!

— Почему здесь дочь этого уголовника?! — за моей спиной разливалась ядом эта змея.

Ты пожалеешь! Не знаю, кто ты, но обязательно пожалеешь!

Я медленно спускалась. И словно падала все ниже и ниже. Когда уже дно? Перед глазами все расплывалось — даже пришлось взяться за поручень, чтобы не упасть.

— Какая у тебя интересная работа, Саш! — Артур догнал меня на лестнице. — Никому ты не нужна, кроме меня!

— Да пошел ты!

Я толкнула его локтем и, скользнув каблуками по мраморным ступенькам, чуть не слетела на первый этаж. Наткнулась на какое-то препятствие, резко остановилась.

Больно! Бок заболел адски. Я даже согнулась.

— Mio Dio![5] — раздался сдавленный голос откуда-то снизу.

— Mi scusi, non volevo proprio![6], — на автомате ответила я и опустила взгляд на пол.

Прямо у меня в ногах лежал седой как лунь сморщенный дедок. Наверняка еще Буратино живьем застал!

— Che bella ragazza! — бормотал старик, глядя на меня, пока я пыталась поднять его на ноги. — Come assomiglia alla mia Francesca![7]

Приятно, конечно, что и милые старые пеньки млеют от моей красоты, но я, снова извинившись, хотела было рвануть от дедка. Рядом с ним уже нарисовалась парочка брюнетов в серых костюмах. Охрана?!

Но пенек-то живее всех живых! Вцепился мне в руку и не отпускает.

— Lei è italiana? Nessuno qui parla italiano.[8]

Он смотрел на меня так жалостливо — маленький, ниже меня на голову, весь сморщенный, а вот глаза живые. Настоящие.

Пришлось со вздохом признаться, что нет, не итальянка. Но да, итальянский хорошо знаю. Зря, что ли, каждый год на Сардинии отдыхала?!

— Che fortuna! Mi è stata mandata dalla Provvidenza!..[9]

Охрана, или кем там были брюнеты в серых костюмах, наблюдали за нами на расстоянии, не вмешивались.

Дедок продолжал что-то сбивчиво объяснять, я вежливо кивала, думая о том, как бы от него отделаться. Хамить не хотелось совсем. А он никого не замечал вокруг, без конца говорил и говорил, и я начала вслушиваться. Невольно.

И когда рядом, как из пустоты, нарисовались «трое из ларца» с одинаковыми бейджиками на груди, у меня в голове все сложилось.

Ну точно провидение! Я улыбнулась дедку так ласково, как только умела, и, взяв его под руку, осторожно двинулась с ним обратно наверх.

Меня слегка потряхивало от волнения. Да ладно, вру, меня всю колотило. Пока мы поднимались по лестнице, я ежесекундно хотела дать заднюю — плюнуть на этот маскарад, развернуться и убежать. Чтобы снова не унизили и не выгнали.

Теперь уже я вцепилась в дедка, то есть в сеньора Лоренцо — тот оказался важным перцем, и его ждали наверху. А двое в серых костюмах, что шли сейчас за нами, были топ-менеджерами у этого Лоренцо, а не его охраной, но они англичане и по-итальянски ни бум-бум. А переводчик их сожрал что-то с утра и до сих пор лежит в больнице под капельницей.

«Трое из ларца» с такими же, как у Смирнова, бейджами плелись в конце. Наверняка раздумывали, как объяснить мое присутствие. Их ведь не меня встречать посылали!

Вот во что я опять вляпалась, спрашивается? Чисто чтобы эту змею плешивую уделать! Выгнать меня посмела, тварь. Да за один косой взгляд на меня папа бы ее в порошок стер! А теперь уголовник, значит?!

Что-то я совсем распсиховалась. Даже не слышала, что Лоренцо мне втолковывает. Спокойно, Саша, спокойно! Ты вернулась только для того, чтобы все знали: выгнать Дашевскую никто не может! Что там будет с этими переговорами, мне было плевать. Главное — эффектно появиться. И хотя бы мысленно плюнуть в морду этой суке!

Интересно, а как Смирнов отреагирует, когда меня увидит?

В груди на пару секунд потеплело, но я тут же вспомнила, что он всего лишь стажер, да еще и приезжий. Понятно, что на меня теперь и взглянуть испугается. Ну и ладно! Завтра я про него забуду раз и навсегда. А сейчас я собиралась по максимуму оторваться с этим пеньком. И пусть все смотрят и завидуют!

— Оh! I’m so glad to… — Овца бросилась к нам и остановилась как вкопанная. Бесцветные глаза чуть из глазниц не выкатились при виде меня. Овца сглотнула и проблеяла: — …see you. I’m Lidia.

Мой итальяшка тут же радостно затрындел, не замечая, что коза Лидия вот-вот в обморок свалится. А потом Лоренцо замолчал и выжидательно уставился на меня.

Ах да, мне ж переводить надо! Я неторопливо прокашлялась:

— Сеньор Лоренцо тоже рад видеть вас, — торжественно объявила я, силясь не рассмеяться прямо в лицо овце. Она на голову меня ниже, пигалица! — К сожалению, он не понимает ни по-английски, ни по-русски. Но я его переводчица сегодня. Вам все ясно? Или, может, вопросы какие?!

Я смотрела в полные ненависти белесые глаза и улыбалась, крепче сжав руку своего пенька.

Ну и что ты мне сделаешь, овца плешивая?!

Правильно: ничего.

— Пожалуйста, проходите! — выдавила из себя овца и перекинулась на двух брюнетов, заблеяла на английском.

Прислушалась: ну точно, спрашивала, что я тут делаю. Да плевать — против Лоренцо они не попрут, я видела, как они на него взирали.

Я чувствовала себя королевой. Медленно и небрежно обвела взглядом весь этот офисный планктон. И замерла. Смирнов стоял в дальнем углу зала, рядом с ним было еще несколько человек. Реджи в том числе.

Почему она всегда с ним? Может, они уже встречаются?

Эйфория от моей победы превратилась в желтый воздушный шарик, который грозил вот-вот лопнуть.

К черту! Настроение только испортили. Я хотела отвернуться, но успела заметить, как Алексей чуть улыбнулся мне и… поднял вверх большой палец. Одобряет? Меня? Рад, что я вернулась?

— Александра, кажется? — раздалось над ухом шипение. — На пару слов.

Я повернула голову и обнаружила, что моего дедка-то уже увели. Какой-то боров его обхаживал в нескольких шагах от меня, и казалось, они понимали друг друга. Не порядок!

— Что надо? — нелюбезно спросила я овцу Лидию.

Уходить отсюда я пока не собиралась. Хотела досмотреть представление до конца.

— Я не совсем понимаю, что вы здесь делаете!

— И не надо, — пожала я плечами, не сводя глаз с моего итальянца. — Я здесь по просьбе сеньора Лоренцо. Теперь слабо меня выгнать, а?

— Слушай, девочка, здесь скандалы не нужны, ясно? У нас очень серьезная компания, если из-за тебя мы лишимся контракта, я лично отправлю тебя к папаше!

— А задница не треснет? — искренне удивилась я. — Я тебе где-то дорогу перешла?

— Алессандра! — Дедок наконец вспомнил обо мне и через секунду снова повис на руке.

Овца приторно лыбилась и забрасывала Лоренцо вопросами. Сначала о погоде-природе, впечатлениях о столице — тут я более или менее справлялась, — но потом началась жесть! Какие-то перевозки, грузы, системы хранения, логистика… Чем вообще эта фирма занимается?!

— Эскузи. — К нам подошел боров в коричневом костюме, которым был мал ему минимум на размер. Неужели так сложно заняться собой?! — Лидия, ты не слишком грузи нашего гостя. Впереди еще презентация.

— Конечно, — неожиданно легко согласилась овца. — Презентация будет на английском, кстати. Но для вас, Александра, это же не проблема?

Переводить с английского на итальянский непонятную хрень!? Эй, я на это не подписывалась! Я хотела лишь утереть морду этой овце!

— Конечно справлюсь!

Так, а может, свалить? Ну не хватало еще лажануться! Вдобавок этот Лоренцо смотрит на меня так, будто только я и держу его на этом свете. Ладно, наплету что-нибудь. Но на душе все равно погано было. Ненавижу ложь!

Овца сообщила, что презентация начнется через пять минут, и показала наши места за столом. Боров, гендиректор этой фирмы, как выяснилось, в очередной раз утащил куда-то моего итальянца. Телефон завибрировал в сумочке, и я нехотя вытащила его.

«Рассказывай!»

Всего одно слово от Реджи, и целый абзац от меня в ответ. Хотя толку-то?

Снова вибрация. Я была уверена, что это от Заленской, но номер был незнакомый.

«Лови презу на русском. Удачи!»

Я открыла файл и начала жадно читать. Да это, получается, крупная логистическая компания, работающая во многих странах…

Через полчаса я была выжата как лимон, мысленно обругала себя, что ввязалась в эту авантюру, но в целом была довольна. Не налажала.

Встреча продолжалась, но я могла уже передохнуть — мой старичок пошел звонить жене, чтобы пожелать ей спокойной ночи. Англичане и без меня прекрасно справлялись.

Я оглянулась. Поискала глазами Регину и Смирнова — в зоне видимости их не было. Вытащила телефон и только сейчас сообразила, что не поблагодарила того неизвестного, кто прислал мне презенташку. Без нее я бы сдохла переводить с английского.

«Спасибо за помощь, — написала я и добавила: — А ты кто?»

Сообщение прочитали, но этот кто-то явно не собирался раскрываться. Более того, из переписки исчезли все сообщения вместе с файлом презентации.

Что за черт?

— Александра, — услышала я за спиной шипение Лидии. — У нас к вам есть небольшое предложение.