Глава 24

«У вас назначено совещание на 13.30», — в правом верхнем углу выскочила напоминалка. Я раздраженно удалила ее с экрана. На это время я договорилась с Лешей сходить пообедать, а теперь пришлось все отменять и топать к замше. Со вчерашнего вечера разбиралась с почтой — часть писем с задержкой приходили, ежеминутно дергали то клиенты, то подрядчики. У меня голова шла кругом от всей этой хрени. Я мало что понимала, Ирка Горячева постоянно где-то шлялась, так что помощи от нее было как от козла молока!

Единственная радость на работе — это Смирнов, да и то видела я его редко, разве что на обед вместе ходили. На нас до сих пор пялились, как на двух жирафов в зоопарке. Я бы вмиг всех зевак разогнала, но приходилось быть хорошей рядом с хорошим парнем. Интересно, надолго меня хватит?!

К замше на совещание я шла не в лучшем настроении, но почти у дверей услышала такой приятный и уже забытый звук упавших на карту денег. Точно! Моя первая зарплата! Никогда не думала, что буду так радоваться всего нескольким десяткам тысяч рублей.

— Вижу, вы очень довольны, Александра, — сухо заметила замша. Помимо нее в кабинете была Горячева, почему-то Берг и еще пара малознакомых чуваков. — Жаль, не могу разделить с вами вашу радость.

— А что вам мешает? — невинно поинтересовалась я и без приглашения пододвинула себе стул. Я не сводила с нее глаз, игнорируя народ в кабинете.

— Мне мешает? — Замша зашипела. Верный признак того, что скоро сорвется в истерику. — Мне? Ваша некомпетентность и непрофессионализм мне мешают! Ира, дай сюда письма клиентов.

Вот это новость! Я лихорадочно стала вспоминать, где могла налажать. Перед глазами промелькнула каменная рожа Горячевой. Она никогда красотой не блистала, а тут превратилась в настоящую мумию.

Между тем Лидия начала читать. Громко и с выражением, как дикторша на Первом канале.

— Клиенту вовремя не предоставлены мощности для перевозки груза. Александра, вы знаете значение слова «контейнер»?!

Я молчала. Не потому, что мне нечего было сказать, а потому, что хотела выслушать до конца. Однако до конца ее речи явно было очень далеко.

— Вы просрочили платеж за реэкспорт груза, в итоге контрагенты чуть его не потеряли. Счет до сих пор не оплачен. Почему вы не договорились с терминалом?

Вопросы сыпались один за другим, и на них у меня не было ответов. Да, где-то я накосячила, забыла, где-то спрашивала у Ирки, но она игнорила мои письма. О чем-то вообще впервые услышала.

— Ну, в общем, все понятно, — заключила в полной тишине замша. — Со своей работой вы не справляетесь, Александра. Клиентский менеджер — это не только щебетать по-итальянски о погоде и миланских бутиках. Олег согласился помочь, у него есть кое-какие контакты в нужных нам транспортных терминалах. Ира, составь полный список грузов, по которым есть задержка…

Замша продолжала раздавать указания, словно я была пустым местом. Мне ничего не поручили сделать. Пару раз я хотела встрять в разговор, но Лидия бросала на меня такие злобные взгляды, что оставалось только губы кусать. Это так унизительно — признать, что она была права. Я действительно лажала, и не всегда даже могла это понять.

— Свободны. Дашевская, останьтесь.

Выпроводив всех из кабинета, Лидия села рядом со мной. Я чувствовала запах ее духов. Такой же мерзкий, как и она сама.

— Есть что сказать, Александра? Вы понимаете, что из-за вас мы могли потерять клиента?!

— Понимаю! Но я все исправлю.

Замша вытаращила глаза от удивления, а потом рассмеялась.

— Как вы похоже гонором на своего папашу, — отдышавшись, проговорила она. — Вот только он работать умел, в отличие от вас. Александра, вы же не дура. Сами понимаете, что не тянете.

Нестерпимо захотелось закрыть тряпкой рот этой овце. Тут же нахлынули воспоминания — как издевательски ржет Артур, когда я сообщила ему о работе.

— Я предлагаю простое и удобное решение проблемы, Александра. — Замша сменила высокомерный тон на вкрадчивый: — Вы увольняетесь одним днем и за это получаете три оклада. Тихо, спокойно, без истерики. Господину Лоренцо напишем вместе письмо, в котором вы объясните…

— Нет! — отрезала я. У овцы округлились глаза. — Я останусь и все исправлю. Сама.

Замша долго молчала. Сняла очки, устало положила голову на ладонь и недоверчиво спросила:

— Зачем вам это надо, Саша?! Ну не созданы вы для этого. Мало трех окладов? Называйте свои условия.

— Дело не в деньгах, а в принципе. — Я встала со стула, дав понять, что торговаться не стану. — Не люблю проигрывать и не буду. Хотите — увольняйте меня, сама не уйду.

— Бред какой-то! — выдохнула замша. — Вы не справитесь. С Горячевой не смогли найти общий язык. Или, может, это Ирина виновата в ваших проколах?

— Не виновата.

Я вышла из кабинета. Прежде чем закрыть за собой дверь, услышала, как замша успела выкрикнуть:

— Сегодня пятница. В понедельник или разруливаете проблемы с терминалом, или увольнение!

Да пошла ты!

Меня трясло от выволочки, которую устроила Лидия, да еще и при свидетелях. Как вспоминала холеную морду Берга, так ладони непроизвольно в кулаки сжимались. И все же я нашла в себе силы отловить этого слизня в коридоре.

— Замша мне сказала с терминалами разобраться, так что сбавь обороты, Олежа! Но если поделишься контактами ради общего дела, скажу спасибо.

— С тобой? Делиться? — Берг, после того как я ему в рожу заехала, сейчас впервые со мной заговорил. — Совсем сдурела? Ты одной ногой на улице, девочка. И Леха пойдет вслед за тобой.

Берг довольно ухмылялся, демонстрируя виниры на зубах. И был уверен в собственном превосходстве.

— Мечтаешь уволить Смирнова? — Мысли о нужных контактах в терминале отошли на второй план. — Потому что в отличие от тебя он настоящий мужик?

Я хотела задеть этого самовлюбленного индюка, но Берг почему-то не обиделся.

— Никак не мог понять, чего это замша не дает мне его убрать. Мелкая сошка, на которую никто раньше и не смотрел. А тут добрые люди просветили. — Олег не смотрел на меня, копался в своем телефоне. — Он стучал на тебя замше, Сашенька. Ты ему была нужна, только чтобы здесь зацепиться. Но Ирка оказалась шустрее и первой тебя слила.

— Что?..

Я захлопнула рот, когда из айфона Берга до меня донесся голос Лидии:

— Александра — очень ценный для нас сотрудник. Хорошо, что она тебя слушает. И ты тоже меня услышь. Все, что она будет делать, куда ходить, чем дышать, должна знать я. Так нужно, чтобы мы не потеряли контракт, ради которого мы ее взяли. Тебе все ясно?

— Да. — От звука Лешиного голоса у меня потемнело в глазах.

— Отлично, значит, договорились. Будешь докладывать мне каждый вечер. Можешь идти.

Запись в телефоне Берга закончилась. Я замерла, пялясь в пустоту, и молчала. Меня как мешком по голове ударили и к земле прибили. Я даже вдохнуть не могла, стояла как статуя, в голове путались мысли, в груди такая боль, что казалось, вот-вот я умру.

Он… он же не мог так… не мог… наверное… Он же… мой стажер… Алекс… Леша…

Вот именно! Стажер. И он нашел способ перестать им быть. И этот способ — ты, Дашевская. Ничего не было, Саша, только игра.

— Ну что, впечатлилась? — чуть ли не пропел Олежа. — А хочешь еще послушать?

Не сразу дошло, о чем он говорит. И вдруг услышала то, что стало еще сильнее рвать мне сердце:

— …мы с Сашей сегодня вместе готовили письмо в таможню. В принципе, моя помощь была не слишком заметной. Мне нужно было заниматься своими делами, я не знаю, какой был ответ. Лидия Валерьевна, если позволите… я бы хотел заняться изучением отчетов по реэкспорту грузов за последние два года, мне кажется, что…

— Дальше не очень интересно. — Берг остановил запись. — Леха все больше про себя да про себя. А я думал, он тюфяк. Ну, что скажешь, Саш? И кто тут настоящий мужик?

— Доволен собой? — выдавила я из себя и с удивлением обнаружила, что ненавижу сейчас Берга гораздо сильнее, чем Смирнова. — Счастлив?

— Очень! Я думал, он на тебя реально запал. Как я. — Берг шагнул ко мне. — Хочешь отомстить? Я помогу. И вообще, все можно переиграть…

Он прижал меня к стене, обдав запахом качественного мужского парфюма.

— Я могу быть великодушным, — шептал он, заводясь все больше. — Я тебя прощу, у меня такие связи, что даже замша прогнется, я ее заставлю… Сашенька, детка…

«Деткой» меня любил называть Артур. Когда я застала его со спущенными штанами, я была зла и обижена, но не раздавлена, как сейчас. Сейчас у меня в глазах стояли слезы — все-таки даже омерзение к Олеже не смогло перекрыть боль от предательства.

— Сашенька…

Берг, осмелев от моего бездействия, распустил руки. Его мерзкие ладони стали меня нагло лапать. Я дернулась, пришла в себя, тут же оттолкнула его, залепив пощечину.

— Руки убрал, тварь!

Я толкнула его еще сильнее. Берг не успел увернуться от моего удара. На этот раз прямо в яйца. Заскулил, согнувшись пополам.

— Сука…

— Именно. — Я отошла от Берга. Драться с ним дальше не было сил. — В гробу я тебя видела, замшу и… и всю эту логистику! Как пауки в банке!

Отвернулась и рванула по коридору в свой «аквариум» за вещами. Не могла здесь больше находиться ни минуты. Колосов испуганно косился на меня вместе со своими приятелями, когда я лихорадочно собирала сумку. Больше ни ногой сюда!

Как очутилась на улице, я помнила слабо — только холодный ветер с дождем привел меня немного в чувство. Я смотрела невидящими глазами на людей — они шли мимо и им было глубоко плевать, что мой мир, который я начала собирать по кусочкам, снова превратился в мелкую крошку, в пыль.

Леша… От одного имени у меня перекрывало дыхание из-за нестерпимой рези в груди. Он не мог… ну не мог же… Я еле добрела до какой-то скамейки и рухнула на нее, не обращая внимания на капли дождя, которые больно били по коже. Укрываться от них я не хотела. Я вообще сейчас ничего не хотела. Только исчезнуть и ничего не чувствовать.

Не получалось — мысли, эмоции безжалостно раздирали душу на части. Я не выдержала и разревелась. Я почти выла. Но боль никуда не уходила, а напротив, разгоралась все больше. От холода не переставая меня била дрожь.

Дождь усилился, вдалеке сверкнула молния. Пришлось заставить себя встать со скамейки и вызвать такси. С третьего раза мне удалось вбить адрес Лешиной квартиры. Меньше всего мне хотелось оказаться там сейчас, но так надо было.

В машине я немного отогрелась и успокоилась, но ровно до того момента, как увидела входящий от Заленской. Реджи свалила в свою командировку, иногда писала, спрашивала, как дела. Мне все некогда было ей отвечать. Зато сейчас самое время.

— Он меня предал! — закричала я в телефон. — Кинул! Я ему никогда не нужна была, он меня использовал. Подонок… мерзавец… он еще хуже Артура… В душу мне наплевал!

— Господи, что случилось? — Регина завопила, едва я захлебнулась в слезах. — Кто? Алексей? Ты… или не про него?

— Про него! Больше никогда не произноси его имени! — Злость, которую я вроде бы выплеснула на Берга, снова ко мне вернулась. — Никогда! Слышишь?!

Я не дала Регине и слова сказать, сбросила звонок и, выключив на телефоне звук, откинула его от себя. Хватит!

Когда подъехали к дому, я несколько минут сидела в машине, не в силах заставить себя выйти. И лишь когда на экране мобильного высветилась ава Леши, я пулей вылетела из такси.

Он звонил не переставая, хотя я сбрасывала звонки. С ним было не так, как с Артуром. Хуже, намного хуже. Я чувствовала себя настолько униженной, что боялась выглядеть жалкой перед этим гадом.

«Саша, что случилось?»

«Где ты?»

«Ответь, пожалуйста».

Смирнов не унимался, пока я лихорадочно сгребала в чемодан свои вещи. Так, из ванной вроде все забрала, главное — ничего не забыть, не оставить ему. В голове мелькали «веселые картинки» — от невинно разрисованных стен и разодранной одежды до горящей комнаты. Да, сжечь тут все на хрен было бы неплохо! Я даже улыбнулась своим мыслям.

Моих вещей оказалось совсем немного. Я собралась минут за семь. Может, и правда оставить о себе память?!

«Саша, ты дома? Я уже еду. Скажи, что с тобой все хорошо».

Вот это «хорошо» меня и долбануло.

Я сама ему набрала. Он ответил сразу, я даже гудка не услышала.

— У меня все отлично. Просто замечательно! А ты как? Удачно жопу замше лизал? Все про меня слил ей? Я все слышала! Слышала, как ты ей доносил на меня. — И не сдерживаясь, закричала: — Ну ты и мразь, Смирнов! Мелкая тварь и подонок! А я поверила тебе! Поверила, что ты нормальный! Что я тебе как минимум нравлюсь! А ты врал, врал! Нищеброд, который за мой счет решил прыгнуть выше головы. Ты намного хуже Артура. Ненавижу тебя! Слышишь?! Ненавижу! Больше ты меня никогда не увидишь!

Рыдания подступили к горлу, я не могла больше говорить. Не слушая, что он говорит в ответ, я нажала на отбой.