Глава 36. Подозрения

Доминика

Доминика почувствовала неладное еще до того, как получила хоть какие-то доказательства. Пока у нее не было ни единого факта, который можно было бы предъявить кому-либо в качестве подтверждения собственных подозрений, внутреннее чувство, не раз выручавшее ее в прошлом, уже настойчиво подсказывало, что сегодня в центре происходит что-то такое, чего ей пока не показывают.

Сначала она заметила двух сотрудников, которые встретились ей в коридоре и почти одновременно замолчали, едва поняли, что она их заметила.

Само по себе это еще ничего не значило. Люди замолкали при ее появлении довольно часто, и Доминика давно перестала обращать внимание на подобные мелочи. Однако на этот раз было кое-что еще.

Они переглянулись.

Причем настолько выразительно, что даже человеку, совершенно не знакомому с ними, стало бы понятно: между этими двумя только что состоялся разговор без единого произнесенного слова.

Доминика продолжила идти, не меняя ни скорости, ни выражения лица, но краем глаза заметила, как один из сотрудников после короткого взгляда на коллегу слишком быстро отвернулся и ускорил шаг, словно его внезапно заинтересовало исключительно то, что находилось за следующим поворотом.

Доминика прошла еще несколько метров, после чего остановилась.

Она не окликнула их и не стала требовать объяснений. Не сделала ничего, что могло бы выдать ее заинтересованность. Лишь медленно повернула голову и посмотрела вслед удаляющейся паре.

— Вот это уже интересно… — тихо произнесла она.

На ее губах появилась едва заметная улыбка, однако глаза оставались серьезными.

Доминика привыкла к чужим страхам, к людям, которые старались скрыть от нее информацию, к осторожным разговорам и даже к попыткам намеренно ввести ее в заблуждение. Но сейчас происходило нечто другое, и больше всего ее настораживало то, что она пока не могла понять, чего именно эти люди боятся.

Она продолжила путь, теперь уже внимательно наблюдая за происходящим вокруг. Взгляд цеплялся за каждую мелочь: внезапно оборвавшиеся разговоры, слишком быстрые шаги, людей, которые при ее появлении начинали демонстративно изучать планшеты или документы, и те редкие случаи, когда встречавшийся с ней взгляд тут же отводился в сторону.

Пока это были лишь детали.

Но Доминика прекрасно знала: отдельная деталь может ничего не значить, тогда как несколько странностей, возникших в одном месте и примерно в одно время, способны рассказать гораздо больше.

Ответ стал почти очевиден, стоило ей натолкнуться на Веронику, которая как раз шла со стороны рабочего кабинета Леонида.

Доминика сразу обратила внимание на ее походку. Вероника двигалась быстро, почти торопливо, и напряжение сквозило в каждом ее жесте настолько явно, что даже без взгляда на лицо было понятно: разговор с Леонидом закончился совсем не так, как женщина рассчитывала.

Доминика замедлила шаг.

Вероника подняла глаза и явно увидела ее. Их взгляды встретились всего на мгновение, но именно тогда произошло то, что Доминика запомнила особенно хорошо: Вероника отвела взгляд.

Она не поздоровалась, не остановилась и не улыбнулась. Просто прошла мимо, намеренно сделав вид, будто Доминики рядом вообще нет.

Доминика проводила ее взглядом, отмечая столь нетипичное поведение женщины, привыкшей находиться в центре внимания. Она не обиделась, не удивилась и тем более не стала ее догонять. Вместо этого лишь слегка нахмурилась и посмотрела на дверь кабинета Леонида.

— Значит, дело все-таки там… — произнесла она почти шепотом.

После этого Доминика продолжила путь.

Изначально она собиралась увидеть секретаря, который должен был подписать несколько дополнительных разрешений на использование оборудования для очередной проверки ее учеников, но теперь эта встреча потеряла всякое значение. Документы могли подождать, оборудование никуда не исчезнет, а вот происходящее вокруг требовало внимания сейчас.

Доминика почти добралась до нужного кабинета, когда в конце коридора появился сам Леонид Петрович.

Он шел навстречу, явно о чем-то думая, однако, стоило ему увидеть Доминику, как мужчина на долю секунды застыл.

Всего на мгновение.

Для большинства людей эта пауза осталась бы незаметной, но не для нее. Доминика знала Леонида много лет. Видела его раздраженным, злым, уставшим, наблюдала за ним в те моменты, когда он пытался скрыть растерянность за привычной резкостью, и прекрасно знала, как меняется его лицо, когда он лжет или пытается выиграть время.

Но такого взгляда она раньше не видела.

Доминика остановилась.

Внутреннее чувство, которое до этого лишь предупреждало ее о странностях, теперь стало почти болезненно настойчивым. Она еще не понимала, что именно происходит и почему это может иметь отношение лично к ней, но ощущала угрозу настолько отчетливо, словно организм распознал ее раньше сознания.

Леонид посмотрел на нее, и тогда она поняла.

Это был страх.

Настоящий.

Не раздражение, не злость и не растерянность.

Страх.

— Леонид? — произнесла она, сама не до конца понимая, что именно хочет у него спросить.

Мужчина ничего не ответил. Лишь коротко кивнул и прошел мимо.

Доминика осталась на месте, провожая его взглядом.

Теперь сомнений почти не осталось: происходящее каким-то образом касалось ее, вот только понять, каким именно образом, она пока не могла.

— Ну вот теперь действительно интересно.

Она могла бы догнать его, потребовать объяснений или устроить разговор прямо посреди коридора, но не стала этого делать. Человек, который настолько явно чего-то боится, скорее всего, либо ничего не скажет, либо сообщит только то, что ему выгодно.

А Доминике сейчас нужны были не слова.

Ей нужны были факты.

Желание посетить Мирослава окончательно испарилось, и, изменив направление, она отправилась к своему рабочему кабинету. Через несколько минут дверь за ней закрылась.

Она подошла к столу, положила на него планшет, затем уперлась обеими руками в край столешницы и попыталась восстановить последовательность сегодняшних событий.

Сотрудники.

Вероника.

Леонид.

Три независимых эпизода, которые по отдельности можно было объяснить десятками причин. Но вместе они уже слишком явно указывали на то, что в центре происходило нечто необычное. Тем более Нолан предупреждал, что в ЦДС не все так гладко.

Подозрений становилось больше, но общей картины Доминика пока не видела.

Она пододвинула к себе планшет и первым делом проверила сообщения — ничего.

Затем открыла внутренние уведомления. Там тоже не оказалось ничего, что могло бы ее насторожить.

Доминика задумалась, пытаясь определить, где еще можно найти след происходящего, и почти сразу вспомнила о человеке, который должен был знать гораздо больше нее самой.

Нолан.

Она открыла список контактов и быстро нашла его имя. Понадобилось всего несколько секунд, чтобы нажать на вызов, но соединение, к ее удивлению, не установилось.

Доминика посмотрела на экран с легким раздражением, пока еще не позволяя себе беспокоиться.

Она попробовала снова.

Результат оказался тем же.

— Черт, — вслух выругалась она.

Доминика уже хотела отложить планшет, но почти сразу передумала. Она не любила, когда техника принимала решения за нее.

Третий вызов.

Четвертый.

Ничего.

Она медленно опустила планшет, но даже сейчас не позволила себе сделать поспешный вывод. Отсутствие связи еще не означало опасность. Странное поведение Леонида не доказывало существование заговора, а Вероника могла просто выйти из кабинета в плохом настроении.

Доминика знала одно: если начать строить теорию исключительно на эмоциях, очень легко принять собственные догадки за факты.

Поэтому она сделала то, что умела лучше всего, — начала собирать информацию.

Она открыла список своих учеников и выбрала троих, которые могли сейчас ей помочь: Виктора, Майкла и Никиту. Доминика знала их достаточно хорошо и прекрасно понимала, что у каждого есть свои недостатки, однако все трое обладали важным качеством — умели думать самостоятельно и не впадали в панику, когда ситуация становилась неприятной.

Она быстро набрала сообщение и вызвала их к себе.

На этот раз ответ последовал почти сразу.

Через несколько минут дверь открылась, и в кабинет вошли все трое.

— Закройте дверь, — спокойно сказала Доминика, не поворачиваясь к ним лицом.

Виктор закрыл дверь.

Только после этого она обернулась и встретилась с ними взглядами.

Несколько секунд Доминика молчала, еще раз взвешивая, насколько много им следует рассказать.

Затем сказала:

— Мне нужна ваша помощь.