Глава 62

– Где она? Я услышала через дверь разговор двух охранников. – Только что была здесь! – сыпал ругательствами другой. – Кипятком меня обожгла и как сквозь землю провалилась. – Оправдывай себя, – усмехнулся второй. – Ищи по шкафам. Из кухни в дом она не выбегала. Черный вход тоже охраняется. Не могла она сбежать. Значит, в доме как минимум четверо мужчин против Кира. Двое этих, один у черного входа и врач. Но вполне возможно, что это не четыре человека, а вообще вся охрана. Что же мне делать? А если они навредят Киру? Если нападут на него? В моей кладовке было маленькое окно. Через него можно было вылезти, но я видела ещё одного охранника неподалеку. Мне не выскочить незамеченной. Тем более у меня в руках Кокос. Я не прощу себе, если он ещё раз будет вынужден пострадать из-за меня. Парни за стеной тем временем открывали каждый кухонный шкафчик и уже добрались до моей двери. – Эта не открывается, – сообщил первый. – Ломаем. Первый удар и шкаф, что я поставила у входа звонко упал на пол, рассыпав по полу всю металлическую посуду. Кокос зарычал, но я крепко держала его в руках. Против двоих он не выстоит, а этим гадам ничего не будет стоить убить кота. Ещё один удар и моя не слишком прочная дверь подалась с петель. На третий удар парни ее полностью выбили. – Пожалуйста! – попросила я, забившись в угол, – я пойду с вами, только не трогайте кота. Умоляю! Я все сделаю, только не трогайте его. – На выход, – рявкнул охранник. – Не нужна нам эта шерстяная задница. Кокос зашипел на них, но я лишь плотнее прижала его голову к себе. Наконец я покорно вышла, испуганно прижимая любимца к груди. – Оставь его здесь, – приказал второй парень. – Закроем дверь и его никто не тронет. Я кивнула и поставил Кокоса возле его миски. – Пожалуйста, побудь здесь, – попросила я, а из моих глаз брызнули слезы. – Я скоро приду. Кокос прижался к моей ноге, показывая что не отпустит меня. – Пожалуйста, – снова попросила я. – Мой любимый заяц. Я очень тебя люблю. – Быстрее, – рявкнул на меня первый и я тут же поднялась на ноги. Затем быстро выскочила за дверь и заперла ее. Кокос принялся громко мяукать и скрести дверь когтями, а мне было больно это слышать. Ведь, может быть, я его больше никогда не увижу. – Пиши записку, – один из мужчин ткнул мне бумагу под нос. – Напиши, что тебе стыдно, и ты его все это время обманывала. Но пиши так, чтобы Кир точно знал, что она от тебя. Тем временем в гостиную спустится тот самый врач и снова приготовил свой шприц с лекарством. «Кир, прости меня», – начала я. «Я врала тебе все это время. Не могу больше смотреть тебе в глаза, поэтому я ухожу. Позаботься, пожалуйста, о Кокосе. Я люблю тебя». – Последнее зачеркни, – произнес надо мной охранник. – Ты же ему все врала, забыла? Я кивнула и зачеркнула мое признание в любви. – Теперь к врачу, – прозвучала новая команда. – Но… я и так пойду, – я испуганно подняла плечи. – И так все сделаю. Не надо укол. – Тебя спросить забыли, – меня снова ставят на место. – Иди тебе говорят. Я снова покорно сделала что мне сказали. Врач хладнокровно смазал мне плечо спиртом и вогнал иглу. Я зажмурилась, слыша громкое мяуканье Кокоса. Ну и пусть все закончится. Я так устала. С самого начала я была обречена на такой исход. Пусть уже все случится. Главное, чтобы Кир и Кокос были живы и невредимы. – Все, – врач снова вытер ватой мое плечо и заставил меня ее еще подержать. – Через пару минут она заснет. – Отлично, – ответил ему охранник. – Тогда выдвигаемся. Собираем ребят. Мышцы моего лица вдруг расслабились, а лоб разгладился. Плечи опустились. Губы и пальцы на руках занемели. Сознание медленно туманилось введённым лекарством. Я все ещё прижимала к плечу вату, что мне дал врач, но сил держать руку не было. Один из охранников увидел мою реакцию и подхватил меня на руки. Я не сопротивлялась даже если бы ещё могла. Зачем? Все бесполезно. Со мной нельзя связываться. Я так тщательно следила, чтобы никто не зашёл за мои личные границы. Не впускала никого в свою жизнь. Но теперь так больно было расстаться с Киром и Кокосом. Я тихо заплакала, хоть и совсем не чувствовала мышцы лица. Силы покидали меня. И когда охранник понес меня мимо столика с запиской, я наконец опустила руку и выронила вату, на которой остался маленький след моей крови.