Глава 14

Копию заявления о разводе я получил по электронке – отец постарался. Было странным испытывать эмоции подобной силы: всё, что было на столе, тут же оказалось сброшенным на пол одним широким жестом. Лолита заставляла встать на дыбы все мои инстинкты. И я отчего-то догадывался, что даже особых усилий к этому не прилагала. Будто знала короткий путь. Или я так остро реагировал именно на неё…

Два дня понадобилось на то, чтобы утрясти дела и сорваться обратно. К ней. Вот только внутри… внутри бушевала не злость, а будто залегло, затаилось некое предвкушение. Предвкушение встречи, азарта, удовольствия. Да-а, она порождала удовольствие. Образ смешной девчонки со случайной вечеринки был безжалостно вытеснен другим, более чувственным и сильным – образом невесты. Тогда были стёрты острые грани и вниманию оказался предоставлен нежный цветок, требующий защиты. И, ох, как хотелось ей эту защиту дать. Но Лола упрямилась. Она хотела оставаться такой же независимой и решительной. Не понимала, что в другом женская сила. И чтобы содрать эту защитную оболочку, нужно было причинить боль. Именно так, ведь признания в любви она бы приняла как должное и продолжила общение на уровне повелительницы и её раба, а мне хотелось быть как минимум на равных!

Масла в огонь подлил отец со своими нравоучениями. Видите ли, я поторопился. Он всё втирал, будто к такой женщине нужен особый подход. Призывал выждать, не давить, присмотреться. Мне же казалось, что подход найден и слушать его не хотелось категорически. Вышла ссора. Я сказал, что вопрос решён, он не уступил, считая, что штампом в паспорте женщину не удержать. А я удерживать не хотел. Лола должна была захотеть остаться со мной. Возможно, в чём-то отец и прав, но ведь дело было не в штампе, а в том, что зарождалось между нами без всеобщего интереса и пристального внимания. Лола, наконец, готова была улыбаться. Она светилась изнутри. Ночью, в лесу, наедине. Без лишнего позёрства и желания кому-то и что-то доказать. Мягкая, податливая, ведомая. Она была готова довериться. Вот только что-то пошло не так. Уединение ушло и вместе с ним растворилось взаимопонимание. Уязвлённое самолюбие не вовремя взяло верх. Обида цеплялась за обиду, громкое слово за другое… громкое слово. Я уехал, так и не объяснившись, и молчанка длиною в несколько дней закончилась этим дурацким заявлением.

Нажимая на звонок входной двери, я всё ещё не был уверен, что скажу. И в этом вся прелесть происходящего: нельзя было смоделировать ситуацию и рассмотреть варианты. Сплошная импровизация. Вдохновение! Решения, принятые по воле чувств, а вовсе не правильные, нужные… будто формула, выведенная согласно ситуации.

Лолита распахнула передо мной дверь. Дыхание тут же сбилось. Я сделал шаг, а она попыталась дверь захлопнуть. Ну и зря. Инстинкты охотника во мне тоже были. Они и сработали с точностью и некоторой жестокостью. Я ворвался в квартиру, с выраженной злостью захлопнул за собой дверь и, опомнившись, провёл ладонями по голове, приглаживая короткие волосы. Вдруг захотелось смеяться. Её обиженному виду, нелепости ситуации, собственной обострённой реакции. Отсмеявшись, я неодобрительно покачал головой и уже неторопливо, размеренно, прошёл в комнату. Лолита стала в позу и скрестила руки на груди.

– Где Сашка? – пытаясь выровнять голос и вернуть ему спокойствие, уточнил я. Лолита опустила упрямый взгляд.

– С няней гуляет. – отмахнулась она, заметно расслабляясь.

Я так понял, сама испугалась этого и мысленно приказала себе собраться.

– Где мой паспорт? – первое, что захотела она услышать. Я выгнул брови.

– А где твоё коронное: «я соскучилась»?

– Всего пять дней прошло, любимый. Скучать было некогда.

– А как ты без паспорта подала заявление на развод?

– Подкупила судью, разумеется. – язвительно улыбнулась она, а я отметил, что глаза горят.

Наплевал на её слова, на позу, на посыл. Подошёл и поцеловал, удерживая обеими ладонями за голову. Лола принялась брыкаться и отфыркиваться, а как только я её отпустил, старательно разгладила взлохмаченные хваткой волосы, совершенно забывая сбежать от меня на почтенное расстояние.

– А вот я скучал.

– Александр Васильевич сказал, что там тебе есть, кем утешиться.

Я разгадал в её тоне нотки ревности и облизнулся, сдерживаясь от улыбки.

– Глупая провокация, только и всего.

– Ещё пара таких провокаций и говорить с тобой у меня желания не возникнет.

– Ну, допустим. – подбоченился я, с удовольствием наблюдая за сценой. – А больше ты мне ничего не хочешь сказать?

– Больше ничего!

– Лола… Лолита… Красавица моя… Я хочу услышать кое-что другое. – проговорил я шёпотом, а она поёжилась от того, как дыхание легло на кожу.

– Даже не знаю, что бы это могло быть. – нервно тряханула головой, а я прижался к ней всем телом.

– Ну, например, что ты влюбилась в меня, как только увидела. Влюбилась, испугалась этого и намеренно бравировала, чтобы я об этом ни в коем случае не догадался.

Лолита обернулась на меня и вызывающе изогнула бровь. Я тут же коснулся губами уголка её рта.

– А я бы ответил, что влюбился ещё раньше. И что всё поплыло в мозгах. Влюбился в голос, в вызов, который ты бросала одним своим видом. Сказал бы о том, что не видел никого, кроме тебя. Не хотел видеть, не замечал. – чувствуя, как она поддаётся нежности голоса, я приободрился. – Я бы сказал, что думал о тебе всё это время. О том, что вспоминал и улыбался этой идиотской улыбкой влюблённого дурака. И о том, что бросил невесту. Потому что не видел в ней и частички, и сотой доли тебя. Искал, не находил и сходил от этого с ума. Я бы сказал, что захлебнулся ревностью, когда узнал твоё имя, ведь уже тогда был наслышан о том, кому отец уделяет знаки внимания. О том, что понял: не отдам. Даже ему. Хотя дороже отца тогда не было никого.

Она молчала. Убийственно долго.

– Так что, Лолита Алиева? Что ты мне скажешь?

– Ничего не скажу. – упрямо ответила она и внутри всё камнем стало. Холодным, грубым и твёрдым камнем.

– Ну, тогда давай, ТОП-менеджер! Втюхай мне что-нибудь другое, а я куплюсь! – прорычал я, больно стискивая её щёки пальцами одной руки.

Лолита отбилась от моей хватки и раскраснелась от обиды.

– Ты здесь вообще ничего не решаешь! – выкрикнула она тогда, щедро бросая в меня горящие воинственные взгляды. И я понял: задел. За живое. Больно. Нестерпимо.

– А кто решает? – нахально усмехнувшись, я упёр руки в бока. Лола с силой толкнула меня в грудь.

– Решает желание! Моё желание владеть ситуацией! Или, может, ты считаешь, что соблазнить тебя было такой непростой задачей?! Вот ещё! И просчитать реакцию твоего отца… Чтобы добиться расположения достаточным было удивить его крепостью характера! Я сохранила беременность и вот он! На ладони! Не заботится явно, нет, но присматривает! Уже победа, уже удача! Заметил, выделил среди остальных, запомнил! Ну, а твоё появление… дело времени, только и всего. Ты вернулся и отыграл свою роль «правильного», воспитанного, истинного джентльмена. Влюбился, значит? – нервно дёрнула она подбородком и потухла. – Что же… так даже лучше. – отвернулась, а я не сдержал мягкой улыбки.

– Не сходится. – прошептал, максимально приблизившись, а она отмахнулась от моего близкого присутствия, но не от слов.

– Вот как? – слезливо уточнила Лола и я прижался губами к её плечу.

– Как-то так.

– Так что же мне тогда делать?

– Поехали со мной, а? – потёрся я носом о её затылок.

– Зачем? Что я буду там делать?

– Украшать мою жизнь своим присутствием.

– Я так не умею!

– Тогда будешь держать меня в тонусе.

– Почему ты сразу не позвал меня?! – раздалась, наконец-таки, истинная причина её упрёка. Я сдержанно вздохнул.

– Хотел, чтобы ты сама приняла это решение. Не под моим давлением. Не под действием ситуации, а сама, понимаешь?

– Не понимаю! – вздохнула она, пытаясь подавить в голосе истеричные нотки.

– А то, что я люблю тебя, поняла?

– Ты очень витиевато изъясняешься. – дёрнула она плечами, сбрасывая моё прикосновение. Я сжал пальцы сильнее. – Я снова повторю вопрос, который однажды уже задавала. Тогда ты мне так и не ответил… – Лола взволнованно обвела губы языком. – Почему ты так во мне уверен?

– От нелюбимых не рожают.

– Рожают. Ещё и как.

– Да, но не такие, как ты.

– А разве я какая-то особенная?

– Лично я в этом ни на мгновение не усомнился. Особенная. Единственная в своём роде. Чем ты привлекала меня – понятия не имею. Но увидел и больше не смог забыть.

– Это очередное признание? – неуверенно прозвучал её голос.

– Ну да. А ты по-прежнему стоишь ко мне спиной. – мягко попрекнул я, но Лола лишь вздохнула.

– Это потому что у меня нет сил, чтобы обернуться. – устало произнесла она и только тогда можно было почувствовать мягкую, едва уловимую дрожь.

Я подхватил её на руки и прижал к себе, испытывая неведанную прежде нежность.

– Сашка ещё долго будет гулять?

– Погода хорошая. Ему нечего делать в душной квартире. – нехотя произнесла она, обвивая мою шею обеими руками. – Александр Васильевич забрал его на выходные. – добавила Лола будто случайно, а я и не подумал её на этом подловить, улыбнулся.

– Значит, у нас достаточно времени?

– Для чего?

– Я тут подумал… слишком уж ты своенравна. Стоит укрепить свои позиции и всё же подумать о дочке.

– Ничего не имею против. – хитро улыбнулась она, явно не успев предложить мне то же самое.