Глава 15

Утро не внесло ясности в мысли. Наоборот, поселило больший разброд. Не радовало даже то, что студентам дали свободный день на подготовку к экзамену и можно было остаться дома. Я сидела на кухне, обложившись конспектами, и меланхолично перемешивала сахар в чашке чая. Вместо лексикологии в голове мелькали обрывки вчерашнего вечера. Выставила себя идиоткой. Снова. Любовь зла, да?

Голос Кирилла на мгновение вывел из оцепенения:

— Сахар уже давно растворился.

— Что ты говоришь? — вздрогнула я. — Ах да…

Парень сидел напротив, битый час наблюдая мою борьбу с конспектом. Сначала заинтересованно, потом скучающе, и вот теперь — жалостливо.

— Помочь?

— Ты разбираешься в лексикологии?

Я захлопнула тетрадь и обхватила голову руками.

— Немного. Наверное, хуже, чем ты. Я не на инязе учился.

И все-таки я дура. Бесчувственная дура. Иначе не назвать. Сижу тут, горюю по любви и лексикологии. А передо мной — человек, который пару дней назад чуть не умер и заключил сделку с Эдом, чтобы выжить. У него ведь была своя жизнь. Да, отвратительная, судя по тому, как и где мы встретились, но — своя. И тут на его голову свалились мы. А вместо того чтобы спросить, все ли в порядке, я сижу тут над конспектом и сокрушаюсь о неудачных отношениях.

— Помоги.

Я решила начать с малого и пододвинула конспект. Минут десять спустя поняла, что «немного» для Кирилла — понятие растяжимое. В лексикологии он разбирался отлично, объяснял доходчиво и так, что я схватывала на лету. Ничего себе!

— Где ты учился? — в изумлении спросила я.

— Международные отношения, — ответил Игнатов. — Чуть-чуть не доучился. Но английский — это больше хобби. Мне когда-то нравилось учить иностранные языки. В другой жизни.

И как бы ненавязчиво и аккуратно узнать об этой «другой жизни»?

— Что ты так на меня смотришь? Спрашивай уже, — сказал Кирилл, и стало совсем неловко.

— Как ты себя чувствуешь?

— Отлично, — усмехнулся он. — Нет, на самом деле неплохо. Бывало и хуже. А так — никакого дискомфорта. Голова не болит, и это радует.

— А почему ты… не доучился? — цеплялась хоть за что-то, чтобы не бередить раны.

— Бросил. Последний курс оставался. Но родители погибли, и я понял, что универ мне не нужен. Не могу сидеть на парах, вникать в очередную дребедень. И тогда я написал заявление на академотпуск. На год. Вот очнусь — и вернусь к учебе. Если очнусь, конечно.

— Эд держит слово.

— Это я уже понял. Он-то держит, но если я не смогу тебя защитить? Я даже не знаю, как буду это делать. Набью кому-то морду? Или просто появлюсь из ниоткуда, и обидчик заработает инфаркт? И кто вообще тебе угрожает? Если такие, как Эд, — что я против них? Объяснишь?

— Если бы я сама знала! У нас с Эдом тоже сделка. Он спас жизнь парню, которого я любила, и теперь мы вместе работаем, если это можно так назвать.

— А где парень? — поинтересовался Кирилл.

— Мы не встречались. Просто нравился. И получилось, что из-за меня попал под машину. Но когда Эд ему помог, оказалось, что между нами ничего не может быть. Мы слишком разные. Жаль, не поняла этого раньше.

— И ты влюбилась в Эда, — подытожил Кирилл.

Вот так просто? Это что, настолько очевидно?

— Да, — решила, что отрицать бессмысленно. — Но он — повелитель времени, а я — студентка иняза. Что между нами может быть?

Кирилл пожал плечами. Он казался куда более довольным жизнью, чем… при жизни, собственно.

— Не жалеешь? — спросила я.

— Нет. — Парень понял вопрос правильно. — Но знаешь, в чем весь прикол? Легче не стало. Только хуже. Раньше я жил ради мести. А зачем жить теперь? Вот только когда Эд предложил шанс сбежать от смерти, я испугался. Боюсь ее, понимаешь? И ухватился за соломинку. Это как нырнул под воду — и вынырнул, а мог остаться на дне. Ты была права. То, что Никодимов мертв, ничего не изменило. Но, с другой стороны, я и правда не жалею.

Вопросов осталось много. Почему Кирилл жил в коммуналке, если очевидно, что деньги у его семьи были? Что произошло с родителями? Какой он вообще — человек, с которым приходится проводить большую часть дня? Но я оставила их при себе. Выясню как-нибудь потом. Когда он привыкнет.

Раздался звонок в двери, спасая меня от неловкого молчания.

— Я буду здесь, — сказал Кирилл.

Я прикрыла кухонную дверь и пошла открывать. Тимка. Снова. И снова на взводе.

— Привет.

Он старался казаться спокойным. Я впустила его в коридор.

— Привет. С чем на этот раз пожаловал? Очередное досье?

Прошла в комнату, не дожидаясь ответа. Нам давно надо поговорить. И почему не сейчас?

Тим сел на диван. Он заметно нервничал. Что еще ему удалось раскопать?

— Послушай, Алька, — начал он, собравшись с мыслями, — можешь меня потом выгнать, только выслушай сначала.

— Хорошо, — кивнула я, уже зная, о ком пойдет речь.

— Я тут поскреб немного по сусекам. Есть инфа… В общем… Аля, с кем ты связалась? Твой Эд — как призрак. Я видел его и знаю, что ему принадлежит клуб «Комета», но внутрь меня не пустили. Это не помешало навести справки. И никакого Эда в них нет. Он не связан с клубом, хотя точно является владельцем. Его нет в базах жителей города. Я просмотрел всех мужчин с таким именем. Аля, этот человек опасен. Вам нельзя видеться.

— А теперь ты послушай, — вздохнула я. — Ты прав, Эд опасен. Но это тебе нельзя показываться рядом с «Кометой». Они тебя заметили и просили предупредить, что увидят еще раз — и домой ты не вернешься. Поверь, я знаю, о чем говорю. Эд не станет жалеть. Поэтому, пожалуйста, Тимка, не вмешивайся! Мне он ничего не сделает. А вот тебе — может. Я не хочу бояться за тебя. Прошу.

— Алечка, — Тим подвинулся ближе, — если он бандит, я найду на него управу, у меня есть связи. Если шантажирует тебя…

— Да не бандит он! — начала закипать я.

— А кто? Аля, объясни!

— Он — не чел…

— Приветик. — Кирилл появился в дверях и, позевывая, плюхнулся на кровать. — Прости, сестричка, надоело ждать, пока вы начирикаетесь. Это твой ухажер?

— Мой школьный друг, Тимоша, — представила гостя.

— Кир, Алькин двоюродный брат. — Кирилл помахал рукой. — Приятно. А я думал, нового жениха нашла. То-то тетя бы обрадовалась.

Тим сверлил Кирилла взглядом. Он хотел продолжить разговор, а я поняла, что чуть не проболталась. Спасибо Кириллу, спас. Как вовремя он вошел! Подслушивал, наверное. Но почему-то это не злило. Наоборот, сейчас — порадовало.

— Аль, я, конечно, ничего не имею против твоего школьного друга, — как ни в чем не бывало говорил Кирилл, — но ты, кажется, к лексикологии готовишься. Экзамен завтра. Вылетишь из универа — плакаться не прибегай.

— Ты прав, — подыграла я. — Тим, извини, у меня и правда завтра экзамен. Только день на подготовку. Давай в другой раз, хорошо? И выполни мою просьбу, пожалуйста.

— Ничего, я позвоню.

Тим поднялся с дивана. Он быстро оделся и вышел, а я вернулась в комнату и плюхнулась на его место.

— Спасибо, — сказала Кириллу.

— Обращайтесь, — рассмеялся призрак. — Люблю отваживать чужих ухажеров. Аль, ты аккуратнее. Раскроешь тайну Эда — вам обоим не поздоровится. Только он, в отличие от тебя, бессмертен. А тебе может попасть.

— Ты прав, — вздохнула я. — Просто Тимка давит на меня, давит. А я не знаю, как уговорить его оставить Эда в покое. Тим ревнует. Хочет, чтобы я с ним встречалась.

— А ты любишь другого. Как романтишно, — дурачился Кир. — Думаю, Тим не отстанет. Предупреди Эда. На всякий случай.

Сердце кольнуло недоброе предчувствие.

— Он и так знает. Ладно, пора возвращаться к конспекту. А то и правда выгонят. Давай, охранник. Помогай.

Мы уселись за стол и продолжили разбирать записи.

За этим ужасно приятным и полезным делом пролетело несколько часов. Голова гудела от информации. Спину и шею сводило от боли. Но, стоит признать, за день я продвинулась в лексикологии больше, чем за полгода. Кир был отличным учителем. А главное — не злился, что его ученица не понимает все с первого раза.

Наконец последний лист конспекта пал перед нашей настойчивостью. Я уронила голову на руки и блаженно вздохнула. Все! Теперь перекусить бы. Везет Киру — не чувствует голода. Заставила себя подняться, открыла холодильник — мышь повесилась. Из съестного — полпачки сливочного масла и пустая банка майонеза. Дожилась!

— Я в магазин. — Чувство голода возобладало над усталостью. — Пойдешь?

— Естественно. Как-никак, головой за тебя отвечаю.

Быстро переоделась, накинула куртку и выскользнула в ночную темень. Кирилл шел рядом. Так было спокойнее. Разные вещи — видеть и знать. Оказалось, видеть Кирилла куда лучше, чем просто знать, что он поблизости.

К счастью, магазин располагался через дорогу. Небольшой круглосуточный мини-маркет. Я быстро пробежалась вдоль полок, схватила колбасу, сыр, батон, десяток яиц, кое-какие приправы и уже шла к кассе, когда дорогу перегородил парень. Я узнала его за секунду. Ваня Кононов. Тот самый, которому помешала сигануть из окна. Который смог противостоять предложению Эда.

— Привет, — улыбнулся он.

— Привет.

— Есть минутка? Надо поговорить.

— Найдется.

— Тогда жду на улице.

Ваня расплатился и вышел из магазина. Я немного дополнила список покупок и выскользнула следом. Кирилл, заметив, что с кем-то разговариваю, держался чуть поодаль. Но я видела его силуэт в тусклом свете фонаря.

— Слушай, давно хотел с тобой увидеться, — затарахтел Ваня.

Он выглядел куда лучше, чем при нашей последней встрече. Похоже, и правда справился. Молодец.

— Рада, что ты в порядке, — искренне сказала я.

— Ты очень помогла мне. И… я хочу отдать долг. Знаю, на Эда никто не работает добровольно. Но нашел тех, кто поможет. Есть такое общество, «Кассиопея». Вроде как клуб по интересам, но на самом деле интерес у них один. Тот, кто играет нашими судьбами. Если захочешь разорвать договор, обратись к ним. Это на Краснофлотской.

— Спасибо, — кивнула. — Вряд ли пригодится, но буду иметь в виду.

— Это тебе спасибо, что отговорила, — ответил Ваня. — Удачи! Пока.

Он зашагал прочь и вскоре растворился в темноте. А я так и стояла, глядя вслед.

— Кто это был? — Кирилл тут же оказался рядом.

— Знакомый. — Я свернула к пешеходному переходу. — Один из клиентов Эда.

Задумалась, много ли слышал Кирилл. Хотя я ведь не сделала ничего предосудительного. Да и Ваня тоже. Он просто искал способ избавиться от власти Времени и, возможно, нашел. Но меня мало это интересовало. Не собираюсь натравливать на Эда какое-то жуткое общество. Сами разберемся.

Наскоро поужинав, упала в кровать и даже не уснула — отключилась, словно кто-то нажал кнопку «выкл». А вместо будильника, который, конечно же, не поставила, меня будил Кирилл. Вовремя! Часы показывали начало седьмого. Дальше — забег по квартире, душ, конспекты под мышку и — в универ. Если бы не Кир, опоздала бы. А преподаватель не терпел опозданий.

Зато сдавать пошла в числе первых, и — о чудо! — получила «отлично»! Вылетела из универа, словно птичка, готовая расцеловать всех и каждого. За спиной выросли крылья, в душе пели флейты. И никто не мог испортить чудесного настроения, даже Артем, попавшийся по дороге.

— Спасибо, — шепнула невидимке, зная, что Кирилл все равно слышит.

— Да не за что, — хмыкнула пустота.

Радость хотелось с кем-нибудь разделить. Сначала думала поехать к Эду. Но у него много работы. Отвлекать? И разозлиться может. Нет, лучше собрать девичник! Сотню лет не сидела с подругами. Позвонила Катьке, та обещала захватить Нику. По пути накупила вкусняшек.

Вот только какой девичник, когда в квартире Кир? Эта мысль заставила затормозить.

— Кирилл, а ты сегодня вечером погулять не хочешь? — начала я издалека.

— В смысле?

Парень очутился рядом, убедившись, что в узком переулке нас никто не видит.

— Просто погулять. Навестить… м… друзей. Просто ко мне подружки придут. Девичьи секреты, знаешь ли. Не для мужских ушей.

— Сяду на кухне и не буду слушать, — пообещал Кирилл.

— Нет, это не то. Я все равно буду знать, что ты в квартире. Ну неужели ты ни по кому не скучаешь?

Кир отвернулся. Явно затронула тему, которую не стоило затрагивать. Но уже поздно.

— Хорошо. Пройдусь, но недолго. Мне нельзя оставлять тебя одну.

Я повисла у него на шее.

— Ты — чудо! Прости, если обидела. Не хотела, правда.

— Все в порядке, — ответил Кирилл, хоть я и не поверила. — Во сколько придут подруги?

— В шесть.

— Вернусь с восемь. Незаметно. Просто знай.

— Договорились.

Настроение повысилось еще больше, и я, напевая под нос, поспешила домой готовиться к девичнику.