Глава 28. Двойной праздник

Алекс

Саундтрек: La Mar — Still Wild

Был ли я удивлен тем, что меня сделали капитаном одной из двух команд на предстоящем соревновании? Вовсе нет. Для меня быть в центре внимания — обычное дело.

С малых лет отец «выращивал» меня как своего наследника, который во всем должен быть безупречен. Поэтому, как только у него появился бизнес с альпклубом и дела сильно пошли в гору, он стал брать меня на все важные мероприятия и обеды. Сначала я был очень горд этим, потому что чувствовал какую-то свою важность и значимость, я сам даже стремился потакать во всем отцу. Но несколько лет назад я, наконец, сообразил, что это не более, чем его эго: показать СВОЕГО сына, каким воспитал его ОН. И я здесь был вовсе ни при чем. Я просто должен был быть паинькой и делать все, как следует. Как только я понял, что я сам ничего не значу, что я просто лишний раз помогал отцу закрывать сделки и зарабатывать еще больше денег, то желание ходить на его светские мероприятия сразу пропало. И отец переключил внимание на Вики. Однозначно, иметь сестру — большое преимущество, ведь я, наверное, сошел бы с ума, будь я единственным ребенком в этой семье. Столько ожиданий должен был бы оправдать я один!

После моего бунта Вики взяла на себя мои обязанности, и отец воспринял это с воодушевлением. А при мне же навсегда осталось умение быть в обществе, когда того требуют обстоятельства. И желание быть лучшим из лучших и первым во всем — тоже. Может, поэтому я за последние пару лет заработал себе звание Короля школы. Я хотел, чтобы меня хотели. Я хотел быть важным и нужным. Хотел, чтобы обо мне говорили и мной восхищались. Кто угодно, если не отец. Но это было только внутри меня, а снаружи — высокомерие, понт и отличные мозги. А всего вместе было достаточно, чтобы прослыть не только Красавчиком с мозгами, но и Самым плохим парнем школы. И это всех устраивало. Школе нужен был идол, мне — признание. Поэтому, кто еще, как не я, мог бы быть этим Красным дьяволом?

А вот соперник мне не нравился. Сказать, что я был удивлен тому, что это Джей, или как там его? Тоже нет. О нем шушукались с начала года. И он был первым за все время, кто не боялся меня и давал мне отпор. Вот именно это мне и не нравилось. Он был будто бы таким же, как и я. В душе у него тоже горел огонь, который сжигал какие-то мосты его темной души. Только внешне он старался быть спокойным и непоколебимым, а я же транслировал свое состояние в мир, отчаянно прося этот мир обратить на меня свое внимание. И только поэтому этот тип думал, что лучше меня. Строил из себя благородного святошу, хотя и ходил всегда в черном. Парадокс, не правда ли? Но больше всего я стал загоняться на его счет, когда он стал крутиться вокруг Эммы. Тогда он стал мне чуть более интересен. Как и она сама, собственно. Посягательство на место Короля школы и общую славу карается жестоко, но посягательство на то, чем девушку Короля школы — совсем другое. И это карается полным уничтожением. Именно такой урок я планировал преподать этому названному Черному демону. Пусть это и случится в рамках обычных школьных соревнований под видом простых поединков. Но мы-то оба понимаем, о чем идет речь.

Я не очень понимал роль Мелани и Джейн во всем этом, хотя Эмма уверяла, что это не просто так. Но я искренне считал Мелани другом, поэтому доверял ей и был уверен, что ничего плохого в отношении меня она не планирует. Мы стали реже общаться этой осенью, а наши встречи тет-а-тет и вовсе сошли на нет, и, мне казалось, это разумной причиной для Мелани завести новых друзей. Она не спросила ничего после той встречи на собрании актива школы, но сам я не должен был поднимать эту тему ни в коем случае.

А школа тем временем уже активно готовилась к противостоянию двух команд. Даже те, кто был младше нас, постоянно шушукались за моей спиной, а группки девчонок толпились возле моего класса, чтобы, когда я выходил, скандировать: «Красный демон! Красный демон! Красный демон!». Так, названия случайно предложенные Джейн, основательно закрепились, и никто не планировал называть команды как-то иначе. Похоже, кто-то будто вкладывал деньги в эту кампанию по продвижению нашего поединка в конце ноября, потому что тематические плакаты висели по всей школе, чего я точно не помнил ранее. Вообще это мероприятие привлекло к себе какое-то внимание нереальных масштабов. У меня в вещах то и дело оказывались красные алые сердца, красные трусики (да-да) и банально фигурки красных демонов и дьяволов. Девочкам нравилось такое — как я уже говорил, школе был нужен идол. И я им был.

Но в этому году не только мне теперь оказывалась такая честь. Мрачному типу тоже достался лакомый кусочек внимания девушек, но только он стал еще мрачнее и явно был не в восторге от этого. Странный. Этот тип не знал, как вести себя с этой кучей поклонниц и их преданностью. А они воспринимали его поведение как суперсексуальное и тешили себя надеждами, что он в тайне сохнет по одной из них. Но только я все знал. Видел его насквозь. Слышал то, что скрывалось за всеми его фразами, читал между строк. И это было еще одним моим преимуществом. Но когда мы разнесем его команду в пух и прах, у него не останется вообще ничего.

Все или ничего — такой был мой девиз.

— Ты обязан победить в этих соревнованиях, Алекс! — восхищенно восклицала Мел, присев ко мне за ланчем на днях.

Она была очень воодушевлена предстоящими соревнованиями.

— И я намерен это сделать! — мне точно по душе была такая атмосфера в школе, она только подогревала мой победный настрой.

— Мы с девочками уже готовим для вас кое-какой номер. Для каждой из команд, разумеется. Будет горячо! — она загадочно улыбнулась мне.

Мел могла свести с ума любого. Но почему-то в последнее время все ее внимание было направлено на меня. А мне как раз хотелось получить поменьше этого ее «внимания» с различными подтекстами.

— Разумеется, — с деланной серьезностью кивнул я.

— Представляешь, какой будет восторг, когда мы сможем 28 ноября отметить и твою победу в качестве Красного демона, и твой день рождения! Двойной праздник! У меня уже большие планы на ночь победы, Алекс...

О, я догадывался, о чем она думает, но ее планам не суждено сбыться. А 28 ноября у меня действительно был день рождения. Каждый год я закатывал огромную вечеринку, собирая на ней полшколы. Но в этом году день рождения выпадал на эту поездку, так что при условии моей победы празднование даже так получится шикарным! Интересно, Эмма помнит про мой день рождения? А должна ли? Мне кажется, она поздравляла меня каждый год, но я не помнил, что она дарила. И от этого сейчас почувствовал укол вины. В очередной раз я напоминал себе, что совсем ее не воспринимал всерьез.

— Алекс, ты слушаешь меня? — Мел выдернула меня из размышлений.

— Да, ты права! — на автомате ответил я.

— Но, как ты помнишь, мой дорогой Алекс, в эту субботу отмечаю свой праздник я! — она деланно покрасовалась передо мной, взмахнув длинными светлыми волосами. — Приходи к семи часам ко мне домой. Будут все наши.

— Мел, конечно, я буду, как же иначе.

Она чмокнула меня в щеку и быстро убежала.

Мел и я родились с разницей в одну неделю. Каждый год она с размахом праздновала день рождения, как и я, с коктейлями, танцами и бассейном у себя дома. А через неделю тоже шикарно праздновал уже я. И долгое время нам это нравилось! Но сейчас я даже не помню, когда последний раз был на вечеринке, хотя куча приглашений оставались без ответа. Все как-то изменилось. Но к Мел я обязан пойти, а для этого надо было спросить разрешения у отца или, как минимум, поставить его в известность. А этого момента я всегда терпеть не мог. В этом году разрешения на такие вечеринки приходилось выскребать большими усилиями и унижениями, что и вовсе расхотелось на них ходить. Но чего не сделаешь ради подруги?

Вечером за ужином отец опять разглагольствовал о своих проектах, рассказывая маме, какого еще большего успеха он добьется, завершив сделку с Макмеланами. Они были крупными поставщиками альпинистского снаряжения во всем штате и совместное партнерство с альпклубом отца «Отвесная скала» пошло бы на пользу и тем, и другим. Вики уплетала стейк за обе щеки, увлеченно слушая отца. Вот кто действительно был его наследником.

— Дорогой, это чудесно, поздравляю тебя! — откликнулась мама на новости.

— Дети, мне нужно ваше присутствие на этой встрече в субботу.

Я напрягся, ведь как раз об этом и хотел поговорить.

— Да, я… — начал было я.

— Я буду! — радостно отозвалась Вики.

— Встреча в семь вечера в нашем клубе.

— Я бы рад, — сказал я, нарушая негласное правило не спорить с отцом. — Но меня пригласили на день рождения. И это важно. Пить я не буду.

— Алекс, — встряла мама, удивленно глядя на меня. — Семья куда важнее дней рождения. Они бывают каждый год.

— Кто? — резко спросил отец. — Та девчонка? Эмма или как ее?

Я сжал челюсть почти до боли. Кулаки же прятались под столом. Только не сейчас, только не о ней. Я не был готов к новому разговору, еще не оправившись от предыдущего.

— Какая Эмма? — с непониманием уже смотрела на меня мама. — Почему я ничего не знаю?

Вики повернулась ко мне и вопросительно смотрела, а глаза ее расширялись по мере осознания, что та «пухленькая» Эмма что-то для меня все-таки значит… О боже, только этого не хватало!

— Подожди, Сара, — остановил отец маму. — Кто тебя позвал?

— Мел.

— Хм. — Отец откинулся на спинку стула. — Что ж… Точно, у нее скоро день рождения.

И воцарилась пауза. Когда я думал, что ответа уже не последует, отец вдруг продолжил:

— Так и быть. В этот раз я обойдусь без тебя, они ведь с тобой уже познакомились пару лет назад. Но, Вики, ты идешь без вариантов. Сын, к Мел ты можешь пойти.

— Спасибо, — я выдохнул, но не расслаблялся.

— К слову, я всегда считал ее достойной партией для тебя, — продолжил отец. — Может, после школы вы осчастливите нас с мамой вашей свадьбой?

Отец интенсивно жевал стейк, но ничто не мешало ему планировать мою жизнь за семейным ужином.

— Я и… Мел? Свадьба?

Я знал, конечно, что отец в восторге от нее и ее семьи. Они были «нашего» круга. И, похоже, это все, что его волновало. Но такие вопросы так не решаются.

— Да. Не вижу никаких причин для сомнений, вы столько лет знакомы, и я уверен, что вы не только друзья.

— Уолтер, — попыталась остановить отца мама.

— Ну паааап, фу! — запротестовала против этого разговора Вики и деланно закрыла уши руками.

— Он уже не ребенок, Сара. Давно. С разговором о половом воспитании ты явно задержалась, если вдруг отложила его на этот год.

Щеки мамы запылали, а мне хотелось провалиться сквозь землю. Ничего более странного в своей жизни я не испытывал, слушая, как отец говорит о моих похождениях матери. Да еще и отчитывает ее при всех. Не думаю, что она не знала, но мне хотелось просто провалиться под землю. Я сжал зубы так, что свело челюсть. Хотелось швырнуть в стену тарелку, закричать, но я лишь выдохнул сквозь зубы:

— Спасибо за ужин.

И ушёл. Отец любил выводить меня на конфликт. Но я не поддамся, ведь я не хочу быть на него похожим.

Вечером в комнату вломилась Вики со своими расспросами насчет Эммы и всего, что произошло за ужином. Я ответил ей только то, на что хватило сил: что иду к Мел на день рождения, а отец взъелся на Эмму, посчитав по ошибке, что она одна из «моих девок».

— А она нет?

— Конечно, нет. И никогда ею не будет.

А про себя добавил: «Она будет кем-то большим, если получится».