ГЛАВА 3
— Вы что там устроили? Я вас зачем отправил? — от его голоса сотрясались пара уцелевших столов и тоненько позвякивали бокалы за барной стойкой.
— Вот именно, зачем Вы нас туда отправили? — задала я встречный вопрос.
Не мог он не знать, куда нас отправляет и каким нравом обладает хозяйка. Да и думать надо кого отправлять — двух ведьм, одного жителя черной книги, демона, ведьмака и духа-хранителя...
— Вы бы еще там поджог устроили! — продолжал голосить дедушка-альв.
Завеса замерцала вновь, я лишь успела обернуться через плечо, как книга больно-пребольно ударила меня по мягкому месту.
— Ай! — подскочила я, схватив книжку и уже замахнулась, чтобы кинуть её обратно, как завеса исчезла, тем самым оставив в моих руках книжку с лаконичным названием "Смерть. 1000 и 1 способ".
— Еще и чувство юмора у неё черное... — пробурчала я, и чудом успела увернуться от вылетевшей непонятно откуда книги, нацеленной прямёхонько мне в голову.
Ага, вон в углу исчезает завеса, значит, оттуда сия благодать решила на меня напасть...
— Она что, так и будет кидаться? — запаниковала Дейка. — Прикройте эту благотворительность! Хоть как-нибудь!
— Вот ещё! Сами натворили делов, сами и разгребайте! — дедушка-альв был тоже на нас обижен и при помощи своей длиннющей бороды поднимал упавшие стулья, а она как живая, оборачивалась вокруг ножек и тянула их вверх, ставя на место.
Я косясь в угол, откуда последний раз появилась завеса, подошла к лежавшей книжке и прочитала: " Анекдоты"...
— Библиотека что, нас теперь преследовать будет? — повернулась я к ведьмаку, который судя по разговору, был больше всех осведомлен о Книжном Хранилище...
Но вместо него ответила сама библиотека, швырнув нам на стол огромную карту мира...
Намек ясен... Я достану вас везде, где бы вы ни были...
— Ам... — Дейка подошла ко мне и шепнула в ушко: — Может, нам коллективное извинение принести? А то нас во все томиками мировой энциклопедии как приплющит...
Вспомнив огромные, в половину человеческого роста книги, чья численность перевалила за сто штук, я призадумалась...
Библиотека может...
— Если бы нас туда не отправили, мы бы такого не натворили... — бурчала я, раздумывая, извиняться или нет... Для меня это был спорный вопрос...
-Я вас туда ответ послал искать, а вы что нашли? — вопрошал до звона бутылок альв.
— Приключения они нашли, как всегда, — каким-то обреченным голосом заметил Кристобальт.
— У них что, это обычная практика? — ведьмаку было очень интересно узнать, судя по тому, что он быстренько начал вытягивать информацию из демона, которую тот был рад выдать...
Тоже мне, нашел свободные уши... Нельзя на ведьмочек жаловаться — мы же хорошие!
"Работа над собой" — шмякнулась мне в руки книга и я поняла — если не извинюсь, то меня библиотека просто доведет... или изведет... или пришибет книгами... В общем, найдет способ...
— Дорогая библиотека! — начала я, пока не растеряла малейший благородный порыв...
Бам... Мне в живот, правда, у же не с такой силой, как в мягкое место, полетела книга с названием "Книжное Хранилище. Совершенно секретно"...
— Ага... — я хотела было сразу засунуть свой нос в секретные материалы, даже перестав обижаться на бросок, но листики так плотно примкнули к друг другу, зажатые твердой обложкой, что мне пришлось понять намек и продолжить, тяжело вздохнув:
— Дорогое Книжное Хранилище! Прошу простить мои слова! Я не хотела тебя обидеть! — фух, выдавила.
Бах... И на ближайший столик шлепнулась книга: "Искусство отличать ложь от правды"...
Нет, а! Что она хочет от меня? Слёзного раскаяния?
Не будет такого!
Не в ведьминском это стиле!
— Я была огорчена и сказала не подумав, — сделала последнюю попытку я, обратившись к библиотеке и с опаской поглядывая по сторонам...
Мало ли откуда еще томики посыпятся...
Ого! Она и так умеет!
Плавно, двигая по пространству с серебристом свечении, книга медленно пыла по воздуху в моем направлении и зависла в сантиметрах от меня.
Ожидая подвоха, я тронула пальцем книжку и уже приготовилась к удару током, землетрясению, книжному дождю и прочим неприятностям, но ничего не произошло...
Тогда я протянула обе руки и взяла книгу, прочитав название на обложке:
"Имена Духов-хранителей"
— А это что? Целая наука? — не успела я докончить мысль, как ведьмак быстренько отобрал у меня книжку и уже запустил свой любопытный нос в книжные строчки содержания книги...
— Быстрый ты какой! Я, может, сама хотела посмотреть!
— Я быстрей найду, а то кто знает, насколько эта книжка появилась или долго ли будет длиться милость Хранилища...
Признав его правоту, я пододвинула два стула и сев, потянула Грега на соседний. А то эти книгоманы, когда находят что-то интересное, так и зависают в пространстве... Их даже можно не кормить пару суток — не заметят... Проверено мамой на папе...
— Смотри, если ты дашь ему имя на букву "Н", то отпустишь его навсегда, если на букву "В", то он будет являться к тебе только по вызову, если на буквы "П", то привяжешь его к себе и он будет выполнять все твои поручения, а если на любую другую букву, то он уничтожит своего хозяина, чтобы получить свободу...
— Вот это пирожки с котятами.... — охнула я. — А дух-то не так прост, а мы всё ребенок... ребенок ещё...
— Спасибо тебе, Книжное Хранилище, — от чувства, что мы избежали очередной ловушки даже захотелось библиотеку поблагодарить.
И конечно же, библиотека не могла не ответить мне книгой...
"Этикет для ковшиков" — прочитала я.
Нет, дорогая библиотека, уж что-что, а этикет и ведьмы — это два противоположных полюса, которые никогда не встретятся...
-Ну что, какое имя дадим? — поднял на меня свои шоколадные глаза ведьмак и мой живот заурчал, напоминая мне о том, что я уже давно не ела...
— Как это звучит... — а про себя добавила, что как будто ребенка называем... Тьма, в общем... Но похихикать про себя никто не мешает.
— Давай — Нытиком, — предложила я и сидевший до этого тише воды, ниже травы, дух-хранитель жалобно застонал.
— Ты что, такая жестокая? — притворно удивился Грег, а у самого такие чертики в глазах плясали, что я поняла — он про себя продумывал варианты куда покруче моих...
— Тогда... Ништячок... — придумала я. — Ты только представь, вот влетает он в разборку: "Привет, я Ништячок! Не ждали?".
— Тогда уж Нежданчик! — блеснул улыбкой ведьмак и мы оба покосились на духа.
— А что? Он точно Нежданчик! — ведь, правда, я его в себя не звала, он сам проник. — Будешь Нежданчиком!
— Нужно произнести фразу правильно! — дух-хранитель весь потрясывался от нетерпения, сжимая кулаки и шевеля губами.
— Ты умеешь высокопарно?- наклонившись к Грегору, спросила я.
Тот кивнул и выпрямившись во весь свой немаленький рост начал:
— Дух-хранитель, вобравший мою энергию в себя, нарекаю тебя Нежданчиком!
Ведьмак повернулся ко мне и показал рукой, что, мол, продолжай, только уже от себя...
-Кхэм-кхэм... — прочистила я горло, так как дух буквально сидел у моих ног и чуть свои ногти не грыз от нервов. — Дух-хранитель, растворенный в моём теле, нарекаю тебя Ништячком!
Тьфу! Надо же было Нежданчиком! Вот леший запутал!
В это время дух-хранитель весь вытянулся в струнку, набрал воздуху побольше, чтобы быть повнушительней и произнес:
— Принимаю своё имя от хозяев. Теперь я — Ништячок Нежданчик! Отныне и во веки веков!
— Исчез! — воскликнула я, не веря глазам. — А ну, покажи, у тебя печать пропала?
Я от нетерпения уже сама чуть ворот ведьмаку не отогнула, чтобы убедиться, что этот всасыватель в тело и впрыскиватель энергии растворился по своим делам навсегда.
— Вот это напор, вот это страсть, — прошептал так, чтобы только я услышала Грегор, но ведьминское любопытство победило ведьминское смущение, что, в принципе, и не мудрено...
— Исчезает... — с придыханием прошептала я, радуясь выселению квартиранта из моего тела.
Ведьмак с кривой улыбкой отогнул ворот обратно, пытаясь скрыть от меня то, что он огорчен потерей духа... Как-никак год него кормил-поил энергией, а тут я явилась, потрогала амулетик... И на тебе...
Ну и ладно... Покорила себя немного, да хватит.
Надо Гидеона, втихаря откупоревшего бутылочку из запасов дедушки-альва спасать, а то мы и так довели хозяина заведения... Пришли нежданно, половину бара опустошили, так еще и в библиотеке погром устроили...
— Ну что, домой? — иногда у меня создавалось ощущение, что Грег читает мои мысли... А может дело в том, что альв уже замахивался придушить своей бородой Гидеона?
Не знаю... Но вот то, что надо делать от сюда ноги — определенно!
— А, может, пока библиотека нас слышит, мы что-нибудь и про Гидеона узнаем? — подскочила ко мне Дейка, таща за собой Криса.
— Думаю, у нас не хватит на это времени... — Гидеон опустошив оставшуюся половину бутылки быстренько ретировался на улицу, а нам не оставалось ничего делать, как следовать за догоняющим его разъяренным альвом.
— Грег, я думаю, надо будет подарочек через внука дедушке передать... Мало ли, когда его помощь понадобиться, а после такого он нас на порог не пустит... — озвучила я свои мысли.
— Определенно! Такие связи нельзя терять, — согласился со мной ведьмак и мы отправились опять через просторы Пустоши... Домой...
***
Кряхтя от усталости как десятитысячилетние дриады в Дивном лесу, мы несли свои ведьминские косточки по коридору и когда, наконец, добрались до своей двери, нашему счастью не было предела...
Но ровно до того момента, как мы открыли дверь и вошли внутрь...
Белоснежные стены комнаты были исписаны разноцветными мелками стишками следующего содержания:
"Не верьте ведьмам — они зло!
Не стоит ждать от них заботы!
Не верьте ведьмам — они врут!
От них всегда одни хлопоты!"
"Предать, забыть и бросить — для них это легко!
Оставить голодать мыша — для них не стоит ничего!
Так бойтесь ведьм — они коварны!
Не верьте им — они умны!
Они пригреют у груди...
А после выкинут в кусты!"
"Я их любил, творил для них!
Клал дар поэта перед ними...
Я был велик в стихах своих!
Они же были — как богини...
Я восхвалял их красоту!
Любил безмерно! Безнадежно...
Я собирал для них зарю!
А все так обернулось сложно..."
Разрисован был даже потолок, до этого не омрачавший нашу жизнь ни одной трещинкой:
"Зачем я жил? Погиб в неволе...
Был предан ведьмами... А зря!
Они по своей доброй воле
Спокойно бросили меня!
Сижу один, сижу в печали...
И даже Арри рядом нет!
Она опять на том заданье...
А где же свет? Мой яркий свет?
Погашен лучик вдохновенья...
И выращен мной вновь опять!
Но ни одна из ведьм в прозренье
Меня не хочет вспоминать!"
"Я огорчен, томлюсь в шкафу
И давит грусть мои мыслишки...
Я так хочу искать лозу
Козу, свинью иль золотишко...
Не важно! Главное — вперед!
Движенье — жизнь! А я в затменье...
Ты сбрендил! — скажет мне народ.
Но я уверен в озаренье!
Но время тикает, идет...
А про меня не вспоминают...
А вдруг меня тут чем убьёт?
А им все по боку... Гуляют..."
И на окне, губной помадой:
"Погиб мыша, плененный домом,
Пал ниц, придавленный судьбой...
А он хотел любви народа!
А он хотел любви земной!
Погиб, как рыцарь — средь ромашек,
Поникла голова шута...
А он бы мог согнать всех пташек
И покорить Вершину Сна!
Он мог бы стать великим бардом
И до рассвета танцевать!
Но перекрыли путь таланта -
Он обречен... Он должен пасть..."
Не оставалось сомнения, где искать нашего депрессующего поэта — мышь постарался сделать навигацию как можно удобней...
Конечно, в его стиле... Куда же без этого...
Подойдя к подоконнику осторожно раздвинула белые ромашки и увидела Бакстера, лежащего на спинке с красной розочкой на животе и мирно посапывающего...
— Бедненький, устал ждать, — прошептала я Дейке и она тоже сунула свой нос и тихонько захихикала, отчего мышь завозил носом, пару раз вздохнул и перевернулся на бок, чуть не придавив свою столь тщательно хранимую розочку собой любимым.
— Ромашки и не таких успокаивали! — подняв палец вверх, тихо заметила Дея, а я вернула ромашки на место.
Пусть дальше спит, а то вон как старался, сколько пыхтел, наверное...
А уж сколько он пыхтеть будет, пока все это отмоет — и говорить нечего. Так что пусть набирается мышиных силенок.
А мы будем набираться ведьминских.
Рухнули с Деей одновременно по своим кроватям, не найдя сил сходить даже в душ и моментально провалились в сон.
Проснулась я от назойливого звука — оказывается, это кто-то рядом тихо звал меня по имени.
Открыла глаза и еще долго не могла понять, кто это сидит на моей кровати и чего хочет.
— Тебя где носит? Ты мне что обещала? — шептал мой ночной визитер. — Где мой антидот?
— О! А ну-ка встал с моей кроватки! — возмущенным шепотом гнала я Фабиана с кровати, помогая руками и прочими конечностями в этом нелегком деле. — Совсем уже совесть потерял, а?
— Это ты совесть потеряла! Когда еще мы с тобой договорились? И что?
— Фабиан, вот будет время — сделаю! — шикнула я на него, находясь не в лучшем расположении духа.
Я, вообще, знаете ли, когда меня будят среди ночи злая-презлая...
— А я что — страдай, пока ты там оведьмишься да озельишься? — он со злости дернул моё одеяло, за что получил рефлекторно пяткой по самому дорогу...
Я не виновата, так получилось... На уровне всё было, а ведьминские рефлексы — это вам не хухры-мухры...
— Яй! — пока Фабиан на полусогнутых ногах прыгал по комнате, проснулась Дея и заспанными глазами пыталась разглядеть, что происходит, а потом бухнулась спать, накрывшись с головой, напоследок брякнув:
— Ничего не знаю... Для приключений рано — время ожидания еще не прошло... — и заснула, представляете?
Нет, Дейка не храпела, но когда она начинала подергивать правой ногой — это был определенный знак, что она отходит в царство сна.... Уж за полгода я это запомнила...
— Знаешь, Фабиан, мы в последние дни в таких местах побывали — тебе и не снилось! По нормальному, по-ведьмовскому прощу — дай поспать! А то, вообще, забуду все рецепты и лишусь памяти на фоне недосыпания!
— А как же я? — вопрошал он так, как будто я лишала его обеих ног... И рук, пожалуй, тоже...
— Справляйся подручными инструментами, если невтерпеж! Достал! Я спать! — психанула я.
Говорила же — злая я посреди ночи! А кто, вообще, вас просил ведьму будить?
Нос щекотало и жутко хотелось чихнуть, но желание спать дальше возобладало над всеми другими желаниями и я перевернулась на другой бок. Через некоторое время щекотка в носу повторилась и я недовольно приоткрыла один глаз, чтобы увидеть, как Бакстер быстро прячет белое перышко за спинку и делает жутко разобиженный вид.
Прикрыла глаз обратно и открыла другой, который был ближе к подушке и не очень виден обиженному стихоплету. Тот сосредоточенно тренировался мимикой выразить всю скорбь мышиного народа, но то и дело похихикивал от своей же комичности.
Вот мышь, а? Уж кому-кому, а ему даже с самими собой никогда скучно не будет — сам себе развлечет, сам себя насмешит...
Ни за что не поверю, что он весь тут исстрадался без нас. Небось, вдохновение накрыло под вечер, а тут такой повод!
— А что Дейку не будешь? — тихо спросила я и он подпрыгнул, не успевая поменять очень горестное выражение мордашки, поэтому мгновенная смена эмоций смотрелась как никогда смешно, поэтому я захихикала в подушку, а мышь обиженно засопел.
— Не реагирует она! Спит, как медведь в берлоге, а еще девушка называется! — посматривал на свою хозяйку Бакстер, сложив лапки на груди. — Правильная девушка должна от малейшего шороха свой взор распахивать, а тут я даже нос зажимал, в ухо дышал, за волосы дергал... Чуть сотрясение мозга не получил, правда, из-за этого... Но она этого даже не заметила!
— Бакстер, ты упустил одну важную деталь! — зевала я, потягиваясь всей ведьмочкой. — Дейка не просто девушка!
— Да вы не дадите мне забыть о том, кто вы есть! — фыркнул тот в ответ. — Я, между прочим, тут чуть от тоски не умер!
— Ага, мы видели, — обвела я взором комнату, которая в свете восходящего солнышка смотрелась особенно эффектно... — Когда наряд на уборку?
— Какую уборку? — тут же отлетел к спасительному окну мышь, жмурясь от лучиков солнца. — Я творец!
— Да уж, натворил ты на целую комнату, — заметила я.
— Вот пусть потомкам на память остается! — важно кивнул в такт своим словам Бакстер. — Пусть знают дети и внуки, через чего их отец и дед прошел!
— Как тебе не повезло... — покачала головой я и обратилась к спящей Дейке: — Демон идёт!
Подруга тут же подскочила на кровати и заозиралась сонно по сторонам.
— А? — глаза её не слушались у порно закрывались, но после минутных протираний все-таки уступили управление хозяйке и подруга непонимающе посмотрела на меня.
— Работает! — улыбнулась я. — Я нашла твою кнопку будильника! Давай собираться, скоро на пары.
Поднимая с кровати, заметила, что Бакстер достал блокнотик и что-то туда записывает, чуть высунув язычок от старания.
Так-так-так, интересно, что там?
Я постаралась как можно незаметней, как бы невзначай, посмотреть в блокнотик, и даже успела несколько строчек прочитать, прежде чем мышь разоблачил мою подсматривающую деятельность и захлопнул блокнотик, жалуясь на любопытных ведьм.
— А тебе, Дейка, я ещё припомню, как в приключения без меня отправляться! — заявил он, прежде чем хлопнуть дверцей шкафа и уйти к себе в мышиное логово.
— Ага! Я тоже тогда припомню и письмо Крису, и то, как ты меня деду сдал... Точно-точно, — ответила тому Дея и в комнате наступила блаженная тишина...
Ну почти, не считая моего хихикания по поводу подсмотренных мышиных конспектов...
Команда 'Подъем' для Деи — 'Демон идёт!' (работает безотказно)
Прием 'Жалость' для ведьмочек — нижнюю губку оттопырить, но не сильно, глазки сделать покруглее, вспомнить ощущения, когда дед красного перцу в котлеты всыпал, и лапки сцепить замочком. Важно: подбородок наклонить вниз, тогда прием работает практически всегда.
Эх.. жалко я не все успела прочитать... Думаю, там есть много чего интересного...
— Представляешь, мне сегодня снилось, что к нам в комнату ворвался Фабиан и требовал у тебя антидот! — сказала мне Дея по пути на занятия.
— Это был не сон! Он действительно приходил! — мы повернули за поворот, где находился нужный нам кабинет и вошли в полупустую аудиторию.
— Ты его в живых хоть оставила или можно искать сюрприз под твоей кроватью? — пошутила Дея, садясь за нашу парту.
— Он даже своими ногами ушел! — удостоверившись, что тетрадка и ручка приготовлены для погружения в мир учебы, а точнее для свободного творчества во время нудных лекций профессора Франкиса, преподающего нам 'Теорию лечения травами', который своими речами погружал нас в состояние сна.
— Надо бедному волчонку антидот сделать, вот только как нам найти вещество, которое противоположно плевку Бакстера? — Дейка зевнула, приготовившись внимать колыбельной профессора и задумчиво почесала бровь.
— Капелька его крови? — предположила я.
— Да в Бакстере-то кровушки с пипетку наберется. Его тонкая душа такого просто не переживет!
— Ну да... А если переживет, то испишет всю общагу стишками о садистках-ведьмах и нас точно выгонят! — сказала я, наблюдая, как упитанный маг заходит в аудиторию и прищурившись из-за плохого зрения пытается разглядеть присутствующих.
Почему он не одевал очки или не исправил зрение магически — оставалось загадкой всей академии. Впрочем, такому вредному дядечке прищур очень даже добавлял колорита в образ, делая его еще более отталкивающим.
— Оу... Ну как можно быть настолько нудным? — удивлялась Дея, с силой разлепляя глаза.
— Говорят, это у него в крови, — чтобы не заснуть и не быть как желе весь день, я рисовала на листочке разные фигурки, а Дейка иногда читала шепотом заклинание и оживляла их.
Таким образом, у нас уже был летающий по листочку нарисованный воробышек, который покушался на нарисованного червячка, которого Дейка не удосужилась оживить, чем очень расстроила пташку. Зато подруга зачем-то оживила дерево, и теперь оно, важно качая ветками и перебирая корнями, штурмовало просторы тетрадного листа, периодически сбивая воробья с намеченной цели.
Хоть какое-то развлечение в этом кабинете скуки и грусти!
Кому-то удавалось спрятаться за спинами товарищей и вздремнуть, но так как мы с Дейкой были на второй парте, нам такого счастья не светило, зато рисовать можно было вдоволь — профессор свято верил в свой дар оратора и слепо не видел наше творение, периодически хваля нас за усердие под смешки других ведьм, которые прекрасно видели, в отличие от профессора.
— А почему ты говоришь, что это у него в крови? — поинтересовалась у меня Дейка, дорисовывая нашем воробышку пару, но эта самая пара получилась в два раза больше моего тоненького пернатого, и при оживлении не смогла даже взлететь с ветки и шлепнулась на землю. Мой воробышек оказался галантным мужчиной и сразу полетел спасать воробьиху, а мы с подругой старательно рисовали вокруг них свечки, сердечки и шампанское, намекая на романтическую обстановку.
— Говорят, что бывший ректор академии был его отцом, ну ты помнишь, при котором академия была прозвана среди своих 'Академией нудных сил', — пояснила я, перекрывая выход из любовной ловушки воробышку последним сердечком, а он в ответ так жалобно на меня посмотрел, и даже крылышки умоляюще сложил, что мне пришлось дорисовать мостик и закрыть его после того, как он сбежал, цепочкой.
Ну а нашей внушительной воробьихе мы дорисовали внушительного воробья, расстаравшись на пару в две ручки и та тоже осталась довольна.
— Дейка, оживи червяка, дай мужику хоть поесть, раз в любви не повезло, — хихикнула я.
— Я как-то после того розовенького на Пустоши к червякам очень настороженно отношусь, — и Дейка дорисовала ему зернышки, найдя выход из ситуации.