Глава 20. Павел

Врачи быстро привыкают к власти над людьми. Всего несколько смен дежурств, и начинает казаться, что ты практически бог. Тебя слушается младший и средний персонал. Больные и их родственники смотрят в рот. А ты изрекаешь некие неприложные истины. Которые не обсуждаются.

Кирсанов тоже быстро привык. К тому же отец всегда говорил, что нужно думать своей головой и брать на себя ответственность.

Вера же всё время ставила под сомнение практически всё, что он говорил. Павел не мог понять, почему простые и понятные вещи необходимо оспаривать. И откуда такая тяга к дискуссии там, где всё и так ясно — ведь он, во-первых, прав. А если ей кажется, что нет, то надо смотреть пункт первый. Но с Верой спорить — себе дороже.

Это у него все вилки-ложки после помывки разложены на чистом вафельном полотенце в определённом порядке: сначала чайные ложки, потом вилки, потом ножи, потом, например, половник. Вера же упрямо кидала приборы хаотично. Даже не в одну сторону прямо на металлическое крыло мойки.

— У тебя как в операционной. Бр-р-р…, — морщила свой нос, разглядывая идеальный ряд металлических предметов. Ты зануда.

— Нет, в операционной ещё строже. И там справа пила.

— Пила? Прям пила? — округляла она глаза от неподдельного ужаса.

— И дрель, — добил Кирсанов. Его забавляли Верины реакции, но ей об этом знать не следовало.

В его доме женщина. Осознание этого факта приходило по капельке. Пока Павел учился в университете, девушки в этой квартире, разумеется, бывали. Многие сразу начинали тихую экспансию. В ванной "случайно" забывались колечки, резинки для волос. Были попытки оставить зубную щётку и крем. Кирсанов все эти ухищрения видел и пресекал. Сам, возможно, и не понял бы тайный смысл этих случайностей. Но старшая сестра просветила.

Теперь девушка жила здесь вполне законно. И постоянно.

— Вера! Мне уже убегать! Ты уже час в ванной!

Эта привычка: занимать ванную утром надолго, бесила Кирсанова больше всего. Что там можно делать столько времени?

После Веры в ванной висели клубы пара и пахло всеми сразу её средствами для всего. Для тела, волос, лица.

Павел нескоро приводил себя в порядок.

— Ты куда без зонта? — перехватывал Веру уже в дверях.

— Так солнце же! Ты как старый дед!

Её московская нахальная уверенность в погоде бесила.

— Это Питер! Здесь может быть туманное утро, солнечный день и дождь с холодным ветром вечером! Глупо не предусмотреть хотя бы зонт!

— Боже мой! — вскидывала Вера длинные ресницы, — Как тебя терпят пациенты? Или медсестры? Ты же тиран и деспот!

И убегала, так и не взяв зонт. Думала, он потом не видел её кроссовки, которые всю ночь сохли в ванной. И не слышал, как кашляла и пила ночью чай. Потому что Вера конечно же попала под дождь и промокла насквозь. Удивительно легкомысленное поведение для будущего юриста. И ладно бы, первокурсница! Но магистрант! Пора бы относиться к жизни серьёзнее!