Двадцать шестая глава

Улицы Милларда проплывали за стеклом автомобиля, но Лера, как ни старалась, не могла сосредоточиться — все мысли кружились вокруг Аджитта, сидевшего рядом с ней. Теперь, когда между ними были расставлены все акценты и точки, стоило привыкнуть к мысли, что она проведёт рядом с ним всю жизнь. Взгляд то и дело соскальзывал на его профиль, на линию челюсти, сейчас плотно сжатой, на прищур тёмно-синих глаз и чёрные стрелы ресниц. Интересно, каково это — быть рядом с ним? Именно быть, как жена, не только в тайной комнате при приглушённом свете, или на коленях в кабинете? Леру бросило в жар, соски моментально затвердели — она даже испугалась своей реакции. Наверное, разбушевались гормоны, как иначе назвать влечение тела, когда разум остаётся холодным и невозмутимым? Словно прочитав её мысли, а может, почувствовав что-то, Аджитт вдруг резко повернулся к ней, впиваясь в лицо тяжёлым взглядом.

— Я решил, что говорить о твоей беременности Старейшинам не надо.

Лера моргнула. Его фраза была так далека от мыслей, которыми была занята голова, что поначалу она не сразу поняла, что он имеет в виду.

— Почему? — прохладно поинтересовалась она.

Аджитт вздохнул и отвернулся. Лера готова была поклясться — он нервничает! Это открытие было настолько ошеломительным, что она с трудом сдержала улыбку.

— Я не знаю, от кого ты беременна, — нехотя проговорил Аджитт. — Если это дети Ракеша, то разрывать помолвку с Лийей нет необходимости. Это нецелесообразно.

— Нецелесообразно, — эхом повторила Лера и холодно усмехнулась. — У тебя всё в жизни происходит так? Ты всегда просчитываешь варианты и выбираешь самый выгодный для себя?

— Тебя это удивляет? — Аджитт приподнял смоляную бровь. — Я — Высший. Наш Клан правит Абхеей сотни лет, и, если бы мы всегда шли лишь на поводу собственных желаний, не смогли бы удерживать власть так долго.

— Значит, твои желания в данном случае расходятся с тем, что необходимо сделать Высшему? — в голосе Леры зазвучал интерес.

— Я привык не обращать внимания на то, что в вашем мире называют чувствами. Их всегда можно укротить. А потерять власть ради них… Не этому ли учит ваша история? Сколько войн и потрясений перенёс ваш мир, повинуясь одной лишь воле чувств?

— Не думала, что ты так увлечён нашей историей, — пробормотала Лера.

— Нас заставляли учить историю многих миров. Ваша была самой нелепой, — высокомерно ответил Аджитт, отворачиваясь к окну.

— А если бы ты жил в моём мире, ты выбирал бы то, чего хочет сердце, или то, чего требует долг? — осторожно спросила Лера.

— Я не понимаю твой вопрос. Долг всегда стоит на первом месте. У драконов так заведено. И тебе стоит привыкнуть к этому.

— Отлично, — едко парировала Лера. — Значит, буду привыкать молчать, терпеть и не высовываться.

— В тебе ещё слишком много человеческого. — Аджитт поморщился. — Но стоит смириться с мыслью, что теперь ты — Белый дракон, единственный представитель могущественного Клана. Можешь собрать вокруг себя своих полукровок, но всё равно останешься сильнейшей из них. А теперь скажи мне, Белая, — он повернулся и вдруг оказался слишком близко, почти касаясь своим носом её, обжигая дыханием, — ты бы пошла на брак с каким-то полукровкой по любви, зная, что это приведёт к гибели твоего Клана? К тому, что тебя сметут, как пушинку, а твой ребёнок будет влачить жалкое существование, прислуживая какому-нибудь Жёлтому выродку, занявшему твоё место? Или согласилась бы на брак по расчёту, зная, что он поможет укрепить позиции и сделает тебя ещё сильнее? Когда ты отвечаешь не только за себя, но и за жизни сотен драконов, доверившихся тебе, выбора нет. И никогда не будет.

Лера задумалась. В словах Аджитта чувствовалась затаённая горечь, но больше в них было веры в то, что он прав. Ей надо научиться мыслить более обширно, смотреть глубже, думать не только о себе. Сейчас рядом с ней только Ада, но Лера верила — всё может измениться. Она может привлечь на свою сторону множество молодых драконов из пещер, показать, что Миллард не опасен, и что они могут не прятаться всю жизнь под каменными сводами, а обрести настоящую свободу. Но Лера сможет обратиться к ним и предложить свою защиту, только став по-настоящему сильной. И дело не только в магии, которой у неё достаточно. Дело в политике, о которой раньше она вообще не думала. Брак с Чёрным, будь то Ракеш, или Аджитт, сулит огромную выгоду. А то, что думает она сама об этом союзе действительно стоит на последнем месте.

Она снова посмотрела на Аджитта. Его рука, сжатая в кулак, лежала на колене, и сам он казался глыбой льда, напряжённой и несокрушимой. О чём он думает сейчас, заготовил ли речь для Старейшин? И главное, каким будет её будущее в ближайшее шесть месяцев, оставшиеся до родов? Лера тихонько вздохнула, не заметив, что машина уже остановилась у величественного здания. Аджитт вышел, открыл ей дверь и протянул руку. Лера подняла голову, рассматривая ряд колонн, подпиравших крышу, и пять огромных мраморных статуй, стоявших меж ними. Она обратила внимание на то, что каждая статуя сделана из разноцветного мрамора — с зелёными или золотыми прожилками, с красными вкраплениями. И только две отличались чистотой цвета — чёрный дракон, расправивший крылья и поднявший переднюю лапу, и белоснежный, напряжённый, будто вот-вот взлетит.

— Это Дом Старейшин, — тихо сказал Аджитт, пока они поднимались по ступеням к огромным дверям, покрытым резьбой. — Обычно здесь собираются для принятия важных решений, касающихся судьбы Абхеи, два раза в год. Но в последнее время наши встречи стали проводиться гораздо чаще, из-за того, что творится в мире.

Лера молча кивнула — Дом поражал и угнетал, от него так и веяло скрытой силой и властью, которую не купить ни за какие деньги. Дом стоял на площади, на которой она уже бывала с Ракешем. Только тогда стояла на противоположной стороне и из-за толпы не могла видеть его. К тому же, тогда была слишком поглощена зрелищем свадьбы и перерождения, чтобы хоть что-то разглядеть. Сейчас лестница, уходящая в небо, была пуста, и от того казалась ещё более грандиозной, словно ступени висели в воздухе, поднимаясь ввысь.

— Говорить буду я, — произнёс Аджитт, когда двери перед ними распахнулись. — Но, если к тебе обратятся, отвечай. Хотя я советую как можно тщательней подбирать слова — Старейшины неглупы, как бы тебе ни казалось обратное.

Они пересекли огромный пустынный холл, выложенный гладкими серыми плитами, и поднялись по ещё одной лестнице, расходящейся в две стороны. Аджитт шёл уверенно и быстро, но не обгонял Леру, которая, придерживая юбки длинного струящегося платья спешила за ним. Наконец они достигли очередной двери, но, вопреки предположениям Леры, там оказался не большой зал, а уютная комната с круглым столом из светлого дерева, зажжённым камином у противоположной стены, и картинами, изображавшими историю Абхеи. Здесь их уже ждали трое мужчин в деловых костюмах — совершенно не этого ждала Лера. До этого занятые разговором, они поднялись навстречу и удивлённо уставились на неё. Первым опомнился невысокий полноватый мужчина с редкими сизыми волосами. Угадать его возраст было сложно: от пятидесяти до семидесяти по человеческим меркам.

— Надеюсь, ты объяснишь, что здесь делает женщина?

— Присутствие женщин на Совете не является нарушением, — ровно ответил Аджитт, кладя руку Лере на спину и мягко подталкивая вперёд, к ближайшему креслу.

— Если они являются главами Кланов, что бывало крайне редко, — вклинился в разговор другой мужчина, молодой, с ярко-рыжими волосами. Лера невольно вспомнила Лийю, решив, что это — её брат.

— В таком случае, позвольте представить вам Сарасвати, последнюю и единственную чистокровную представительницу Клана Белых драконов, — с лёгкой усмешкой сказал Аджитт, наслаждаясь произведённым эффектом. В кабинете повисла тишина, Лере казалось, что она слышит, как ворочаются мысли в чужих головах. Она приподняла подбородок, окинула всех холодным взглядом и привычно отпустила силу на волю, позволяя ей растечься по телу приятной волной.

— Но… как такое вообще возможно? — пробормотал третий дракон, самый пожилой из них, с жёлтыми глазами, чем-то напомнивший Лере Риши.

— Вы знаете, что я не оставлял надежд найти Белых после того, как над нами нависла угроза полного уничтожения, — заговорил Аджитт, обводя всех внимательным взглядом. Сейчас они слушали, не перебивая, но Лера чувствовала — как только он замолчит, на них обрушится град вопросов. — Эту девушку мы нашли в горах, где она жила, воспитываемая теми драконами, что уходили на поиски Белых и решали остаться в горах. Она не знала о Милларде, её воспитывали с мыслью, что они — единственные драконы нашего мира. Её уговорили прибыть сюда, где один из колдунов Магического квартала вернул ей память предков и уговорил помочь.

— Большинство выходцев из Магического квартала давно сошли с ума, — насмешливо проговорил первый дракон.

— Ты не видишь, что сейчас я говорю правду? — в голосе Аджитта прорезалась сталь. Он повернулся к Лере и поочерёдно представил Старейшин: — Того, кто не верит своим глазам, зовут Асим, он — глава Клана Голубых драконов. Это — Лакус, брат моей невесты Лийи, глава Красных, а это, — взгляд переместился на пожилого дракона, — Рэйтан, глава Жёлтого Клана.

— Рад приветствовать тебя, Сарасвати, — склонил голову Рэйтан, и остальные нехотя последовали его примеру.

— Ты думаешь, стоит объявить народу, что Белые драконы возродились? — осторожно поинтересовался Лакус.

— Пока не стоит этого делать, — качнул головой Аджитт. — Для начала нам надо разобраться с надвигающейся катастрофой и спасти Абхею, а потом можно представить Сарасвати и рассказать о её роли в спасении мира.

— Ты так уверен, что она поможет? — насмешливо спросил Асим.

— Мы пробовали вчетвером, если ты забыл, а в пророчестве ясно указано на то, что лишь объединённая сила пяти Кланов отведёт угрозу и окончательно уничтожит проклятье.

— Может, она и другое проклятье сможет от нас отвести? — задумчиво проговорил Рэйтан, внимательно глядя на Леру. — Может, если соединить несоединимое, мы снова сможем обращаться в любое время, когда пожелаем?

— Соединить несоединимое — это заключить брак между Чёрными и Белыми, я правильно понимаю? — уточнил Лакус, приглядываясь к Лере. — Насколько я помню, Аджитт уже связан обещанием с моей сестрой.

— И от своего слова не отказываюсь, — спокойно ответил Аджитт. — Или твоя память настолько избирательна, что забыла о том, что у Чёрных есть ещё и Ракеш?

— Значит, ты собираешься женить брата на ней? — Асим недовольно скривился. — Не думаю, что это проклятье так легко снять. Да и брак с Белым драконом будет желанным для любого Клана.

— Я сама выберу, за кого выходить замуж. — Неожиданно звонкий, звенящий ледяными осколками голос Леры заставил всех вздрогнуть. Она послушно молчала до поры, но теперь, когда начали обсуждать её судьбу, будто её здесь нет, изнутри поднялась волна негодования. Глава она Клана, или нет, в конце концов! Она не просто девушка, которая склонит голову и пойдёт навстречу судьбе. И если выбирать между незнакомцем из другого Клана или Ракешем, нет сомнений в очевидности выбора. Лера высокомерно посмотрела на драконов и отчеканила: — Я — Сарасвати. Я — глава Клана и, нравится вам это или нет, я женщина. Позволять кому-то распоряжаться своей судьбой я не стану. Но при этом, — она холодно улыбнулась, — обязательно рассмотрю все ваши предложения. Когда придёт время. Сейчас же думать о заключении какого-либо союза я не собираюсь, как заметил Аджитт, у нас есть более насущные проблемы.

Асим одарил её злобным взглядом, но промолчал. Лакус пожал плечами — у него не было наследников, способных составить выгодную партию, сын был слишком мал, а остальные недостаточно знатны для подобного союза. Рэйтан задумчиво улыбнулся и кивнул.

— Где же будет жить Сарасвати всё это время? Резиденция Белых у Ледяного озера давно заброшена, — сказал Рэйтан.

— Пока она будет находиться под моей защитой. — Аджитт обвёл всех мрачным взглядом, пресекая любые споры. — Как только резиденция будет восстановлена, я помогу Сарасвати направить экспедицию в горы, чтобы отыскать тех, кто её воспитывал. Она утверждает, что среди них есть полукровки. Но это будет уже в будущем году, ведь скоро перевалы закроются.

— Разумно, — согласился Рэйтан. — Не думаю, что охранять и прислуживать ей должен кто-то из наших Кланов.

— Что ж, раз мы всё решили, — Аджитт поднялся, и Лера встал следом, — предоставляю нашим магам собраться, чтобы отыскать записи полного ритуала. После этого мы встретимся снова, но уже для того, чтобы избавить Абхею от гибели.

Короткие кивки, настороженные взгляды, и двери за ними закрылись. Но только оказавшись в машине, Лера перевела дух и посмотрела на Аджитта.

— Всё прошло нормально? — робко спросила она, ожидая возмущения по поводу её выпада.

— Более чем. — Чётко очерченные губы Аджитта расплылись в улыбке. — По крайней мере, первую битву ты выиграла.