Глава 14

А я… я безвольно поддаюсь. Улетаю в мир, где когда-то была счастлива. Где эти губы уносили меня на волнах блаженства к облакам.

Цепляюсь за Костю. Хочу продлить этот миг. Подсознательно боюсь его отпустить, потому как снова окажусь там, где царствует боль.

Я знаю, все обман. Ему нет веры. Но я больна… все еще больна им.

И я позволяю себе рецидив. Позволяю слабость, за которую потом буду себя корить.

Его руки блуждают по моей спине. Тысячи импульсов по телу посылают. Я искрюсь, становлюсь податливой в его руках.

Ласки – это очередная иллюзия.

Он искусный манипулятор.

Ведь он точно так же ласкает жену.

Эта мысль отрезвляет.

Особенно когда в красках представляю, как он жаждет Машу, как целует ее и осыпает нежными словами.

- Не стоит, - шепчу охрипшим голосом.

- Просто позволь мне загладить свою вину, - его дыхание сбилось. Даже в темноте видно, как глаза-ониксы заволокло туманом страсти.

- Не дави, Костя, - не оборачиваясь бегу к чужому подъезду.

Ощущаю его огненный взгляд мне в спину. Так хочется обернуться, укрыться от всех бед.

Но он не защитит. Он снова предаст. А я не имею права на еще одну ошибку, она непозволительна для меня.

Подъезд оказывается открыт. Удивительно даже, что так повезло. А я уже стала думать, как выкручусь, если Костя увидит, что не могу открыть парадную дверь, где якобы живу.

Поднимаюсь на третий этаж. Осторожно выглядываю в окно. Машина Кости не уезжает.

Подожду.

Присаживаюсь на корточки. Дотрагиваюсь до пульсирующих губ. Они напухли.

С тех пор никто меня не целовал. А я ничего не забыла. Словно и не было этих лет разлуки.

Бред!

Все было! И то, что он променял меня на Машу. И продать Мураду пытался. Не только ему!

Если бы Мурад вовремя его не остановил, то Костя бы устроил мне… Даже не хочу представлять что.

И после этого он так проникновенно целует! Все ложь!

Выглядываю снова. Машина на месте. Костя стоит, облокотившись о капот и смотрит на дом. А такое ощущение, что с такого расстояния прямиком в душу заглядывает.

- Уезжай! – шепчу. Мне домой надо!

Сколько я еще в чужом подъезде буду торчать?

Наверху хлопает дверь. Вздрагиваю. Нервы расшатаны.

По ступеням спускается мужчина с собакой.

Песик среднего размера меня обнюхивает и виляет хвостом.

- Хороший какой! – глажу его.

- Девушка вам помочь? – интересуется мужчина.

- Нет, все хорошо. Подругу жду, - выкручиваюсь.

Он кивает и спускается дальше.

И сколько мне еще тут сидеть?

Выглядываю снова в окно. Костя на месте. Вижу, как мужчина с собачкой выходит. Она обнюхивает клумбу.

И тут… Костя направляется к хозяину песика.

Не слышу, о чем они беседуют.

Но отчего-то краснею.

Что делать? Если он сейчас войдет и найдет меня?

Со стыда же сгорю!

А он, как назло, во время разговора голову вверх периодически поднимает. Словно все знает. А вжимаюсь в стену, продолжаю осторожно поглядывать в окно. Гладит собаку. Пожимает мужчине руку.

Разворачивается и уходит к машине. Садится за руль. Уезжает!

Неужели!

Едва в ладоши не хлопаю.

Выжидаю еще немного. Достаю телефон и вызываю такси.

Меня дома дочь ждет, а я по чужим подъездам прячусь. Но нельзя же было показывать Косте, где я реально живу. И про Мурада он ни в коем случае узнать не должен.

А уж про Танюшку тем более. Не заслужил он дочери.

Впрочем, у него сын есть. От любимой Маши!

Вспомнишь нечистую, вот и она. На телефон приходит сообщение:

«Мне долго ждать еще? Где промежуточные результаты?».

Скриплю зубами.

Тебе мало мужа, сына, полной чаши дома? Еще подставить мужа хочешь!

В ярости пинаю стену. До такой степени злость на нее накатывает.

А особенно, что ее выбрали… а меня за борт.

«Скоро все будет», - отправляю ответ.

Подъезжает мое такси.

Откидываюсь на сиденье. Неужели этот сумасшедший день подошел к концу. Еще немного увижу доченьку, и хоть ненадолго тревоги и заботы отступят.

«Смотри мне. Я долго ждать не намерена. Если ты бездарность, так и скажи», продолжает написывать Маша.

«Я не подведу».

Печатаю ответ, и мысленно добавляю несколько извилистых матов.

Муж и жена одно целое. Костя с ней, значит и он того же поля ягода. Гнилая и плесневая.

Расплачиваюсь с таксистом. Быстро бегу к подъезду.

Открываю дверь. Замираю.

Что-то настораживает. Что еще не могу понять.

- Танюш… Мурад… - зову дрогнувшим голосом.

- Они гуляют, Катерина, - из кухни появляется высокая фигура. – Чтобы никто нам не мешал поговорить по душам, - плотоядный оскал на губах не предвещает ничего хорошего.