Глава 23. Матушка Мариам

Глава 23. Матушка Мариам

Как и предполагала, утро выдалось суматошным. Слуги суетились, таскали в карету ридикюли с одеждой, корзины с продуктами. Я давала указания управляющим, а Уана пыталась надеть шапочку Амирану. Не любил сын завязок под горлом, кричал, пуская горькие слезы, брыкался и всячески показывал, что ему это не нравится.

– Амиранчик, ну чего ты капризничаешь, – уговаривала его служанка, в очередной раз надев шапочку, тяжко вздохнула от рева сына. – Ваша Светлость, до чего вы капризный. Как же без шапочки на улицу выходить. Ветерок ушки надует, будете болеть.

– Кто тут слезы льет, одеваться не хочет? – войдя в покои, пробасил Идонт.

Амиран мгновенно замолк, замирая в предвкушении, и тут же взвизгнул от счастья, оказавшись в сильных мужских руках.

– Не дело мужчинам плакать, – продолжал Идон выговаривать сыну.

Уана в это время быстро проделала то, что ей не удавалось сделать с утра.

Сынишке не хватало мужского внимания. Он на все был согласен, лишь бы оказаться на руках. Вот и опять, засунув палец в рот, затих, с обожанием смотря на слугу. Коральских обожал малыша. В любое свободное время приходил, подхватывал Амирана на руки, разговаривал, как с взрослым, и уходил знакомить его с герцогскими владениями. В основном на конюшню показывал лошадей.

Надев шляпку, я окинула себя придирчивым взглядом. Дорожное платье темно-сиреневого цвета из муслина, на мой взгляд, придавало лицу бледности. Но меня сейчас больше интересовала долгая дорога и мокрые пятна на нем. Памперсов еще в этом мире не придумали. Кто имел деньги, нанимал няньку, владеющую бытовой магией. А народ победней пользовался пеленками. Мне повезло. Уана с легкостью справлялась с испачканными пеленками. Вскоре и у меня стала неплохо получаться бытовая магия.

Повернувшись, застыла, наблюдая, с какой тоской в глазах Идонт смотрит на Уану. И тут же перевел взгляд на макушку Амирана, когда девушка управилась с завязками на шапочке, и тут же посмотрела на конюха.

Я тут же отвернулась, раздумывая о сложившейся ситуации: «Нашел в кого влюбиться. Эта плутовка явно не замечает страданий мужчины. Коральских лет на шестнадцать старше ее. Это при встрече мне показалось, что ему за сорок. Для этого мира разница в возрасте не играет роли. Только моя бестия совершенно не обращала внимания на брошенные в ее сторону мужские взгляды. Но бросать взгляды – это одно, а вот любить тайно, в ожидании ответных чувств – это другое. Но вмешиваться точно не буду. Чувства – это слишком тонко. Одно слово может растопить лед сердца или навечно оттолкнуть».

– Идонт, неси Амирана к карете, затем быстро собери свои вещи в дорогу, поедешь с нами. Что-то я не подумала о том, кто будет таскать по городу люльку с сыном. Уана, ступай следом к дилижансу и дожидайся нас. Я отдам последнее распоряжение и скоро подойду.

Как хорошо, что в последнюю минуту решила взять с собой Идонта. Он оказался незаменимой нянькой. Я только удивлялась, с какой легкостью он управлялся с Амираном. Пятимесячному малышу быстро наскучила дорога, и вот тут Коральских проявил выдержку и терпение.

На шестой день я мысленно проклинала кареты с их трясучкой и благодарила Единого за прибытие в Рианул.

После длительной поездки выбираться из особняка не хотелось. Двое суток приводила тело в нормальное состояние и решила: уеду из столицы лишь на своем магмобиле.

В принципе, и не торопилась. Нужно было разведать обстановку. Все уже поняли, что война будет затяжной. Поэтому к возвращению Анджа нужно было воплотить мечты в жизнь. Хотелось похвастаться перед ним своими достижениями.

Для этого первым делом нужно было вновь продать черные опалы. Если в первый раз Андж обменивал в Банке опалы общим весом 485 карат, то я решила обменять три камня весом 1320 карат. Надеялась получить двести шестьдесят миллионов. Без мужа не хотела светить другими редкими драгоценными камнями, вдруг у кого-то появятся вопросы. А так ни у кого и мысли не возникнет.

Проснувшись утром третьего дня, я покормила грудью Амирана, отдав распоряжения, приказала запрячь двуколку и отправилась на разведку по городу.

Первым делом заехала в Банк. За опалы выручила даже больше, чем предполагала. Перевела на счет Морона пятьдесят миллионов. Я не собиралась обходиться одним магмобилем. Нужен был зимний вариант мобиля, а так же быстроходное передвижное средство для музыкального коллектива. Да, в принципе, была задумка открыть предприятие по выпуску магмобилей. Это сейчас о них никто не знает. А лет через пять богачи в очередь выстроятся за покупкой удобной быстроходной новинкой.

После Банка решила пройтись по ювелирным лавкам. Начатое дело в Марвайском государстве дало отличный прибыльный результат. Меня влекли не деньги. Взгляд радовался, когда смотрела на очередную свою задумку, воплотившуюся в ювелирном украшении.

Увидев вывеску на ювелирной лавке «Продается», я, не раздумывая, вошла в помещение. К счастью, никакой порчи не было. Хозяин лавки не стал скрывать, из-за чего решил расстаться с любимым детищем. Война. Ее исход не знал никто. Ямар Щенскевский решил уехать в Кувайское государство к дочери. Ямар был мужчиной крепкого телосложения. На вид ему было лет шестьдесят. Привычкой у него было поглаживать свои пышные усы. Во взгляде голубых глаз не было хитрости или лукавства. Тем он меня и подкупил. Я без раздумий решила расстаться со ста миллионами. Лавка была действующей. Три подмастерья исправно выполняли свою работу. Оставалось найти управляющего лавкой.

– Господин Щенскевский, я без торга куплю у вас ювелирную лавку, но с небольшим условием. Вы на некоторое время останетесь выполнять свои прежние обязанности. Сами понимаете, не могу я вот так довериться незнакомому человеку. Если вы согласны с условиями, можем отправиться к стряпчему и оформить договор купли продажи. Там и обговорим вашу оплату на должности управляющего.

Щенскевский, практически не раздумывая, согласился. А я посмеивалась про себя, понимая, пока Ямар не подозревает, что ни к какой дочери он не поедет. Ну не сможет устоять ювелир перед новшествами ювелирных украшений. А их у меня предостаточно.

После оформления сделки в конторе мы с ювелиром направились в Банк. Я перевела на счет Ямара Щенскевского оговоренную сумму, радуясь, что так быстро решила вопрос с покупкой ювелирной лавки.

Распрощавшись с Ямаром, поняла, что ужасно проголодалась. Чтобы не терять время, решила перекусить в ресторане. Если честно, была поражена, увидев, что в заведение общественного питания заходят как семейные пары, так одинокие люди, независимо от пола.

В Сурманианском государстве явно виделся прогресс развития общества. Несовершенных девушек не прятали по домам. Они свободно разъезжали в экипажах или прогуливались по аллеям парка.

Остановившись у входа в ресторан, обратила внимание на стоявших чуть вдалеке и просящих милостыню двух девочек лет восьми. Одежда на них была старенькой, но чистенькой. Их худенькие ручки держали лист бумаги и большую кружку из меди.

Я направилась к девчушкам. Остановившись напротив, прочитала надпись на самодельном плакате.

«Приют Матушки Мариан просит у граждан помощи. В это тяжелое время дети остались без поддержки покровителей. Не дайте детям умереть с голода. Помогите, ради Единого, кто чем может».

В носу мгновенно защипало. Едва справившись с проступившей на глазах пеленой слез, погладила одну из девочек по волосам. Обратив внимание на пару медяков в кружке, тяжко вздохнула.

– Что вы кушали сегодня? – задала первый интересующий меня вопрос.

– Утром кормили кашей на воде и по кусочку хлеба дали, – пропищала светловолосая малышка.

– Ясно. Сворачивайте ваш плакат, поедем на рынок, закупим продуктов, а потом покажите, где ваш приют находится.

Радужное настроение от сделки быстро улетучилось. Всю дорогу едва сдерживала себя, чтобы не разрыдаться. А вот оказавшись в приюте, уже не сдерживала бегущих по щекам слез, когда директор детского сиротского заведения, она же Матушка Мариан, рассказывала, как с началом войны стало тяжело выживать.

Я прошлась по двухэтажному зданию, давно нуждающемуся в ремонте. Смотрела в детские глаза, в которых не было ни радости, ни счастья, а лишь отражение голода. Вспоминала ту далекую жизнь, уход отца из семьи и сводящий от голода желудок. Думала, что забыла, а оказалось, даже находясь в другом теле, я испытываю все те же ощущения.

Не сдерживая слез, бродила по комнатам приюта, смотрела на нищету вокруг и, словно прозрев, разговаривала сама с собой: «Ну что, Лив, получила по носу. Отель вздумала строить. Может, скажешь, зачем он тебе? Денег не хватает. Так ты в них купаешься. Прости, Единый. Я исправлюсь. Теперь я осознала и поняла, что должна делать».

– Матушка Мариан, не подскажите, а много сиротских приютов в Риануле?

– Таких, как наш, семь. Приют леди Шарли находится на попечении Даариана Тиарского.

– Понятно. А осиротевшие, одаренные магией дети в других домах живут?

– Нет. Отдельных приютов для таких детей не строят. В нашем живет двадцать три ребенка с различным магическим даром. В других сиротских домах эта цифра колеблется от тридцати до шестидесяти.

– Вы напишите мне адреса приютов.

– Пройдемте в кабинет, я составлю список.

Я последовала за Матушкой, на ходу изучая ее худенькую фигуру. На вид женщине было лет пятьдесят, но так как она являлась магом, то точное количество лет определить затруднялась. Черные волосы без единого седого волоска были аккуратно собранны в пучок и заколоты шпильками. Миловидной Мариан делали красиво-очерченные пухлые губы цвета недоспелой вишни. Возможно, ее красоту портили выразительные темно-карие глаза, в которых застыла обреченность и грусть. Так уж повелось, что мы больше тянемся к сияющим лицам и стараемся отвести взор от угнетенных чем-то людей. Словно нам неуютно находиться в их обществе.

Мы вошли в комнату, где началось наше знакомство. Хотя мне стоило бы представиться. Я дождалась, когда Мариан сядет на свое место, и сама опустилась в кресло напротив стола хозяйки заведения. Дождалась, когда она быстро написала нужный мне список. Взяв лист, свернула его аккуратно. Открыв ридикюль, достала три мешочка, наполненные золотыми, и положила их перед Матушкой.

Ее лицо вмиг стало сосредоточенным, между бровями пролегла глубокая складка. Женщина не торопилась брать деньги, смотрела на меня выжидающе.

Я положила в сумочку список и, посмотрев на Мариан, вымолвила: – Прежде чем у нас с вами начнется серьезный разговор, я хотела бы представиться. Я герцогиня Киара Магарианская. В мешочках триста золотых. Сейчас вы возьмете деньги и отправите за продуктами хозяйственника. А затем мы продолжим беседу.

Захлопав ресницами, Матушка с недоверием посмотрела на предложенные деньги, не спешила их брать и решила уточнить:

– Сначала я хочу услышать ясное объяснение предложенным монетам.

Мои брови дернулись вверх от удивления.

– Неужели были непристойные предложения? – в удивлении спросила я, обдумывая пороки сиятельной знати.

– На мой век работы в приюте разные случаи бывали, – ответила женщина, и ее взгляд наполнился холодом.

– Не переживайте. Я пришла к вам с добрыми намерениями и обманывать не собираюсь. Поспешите. Мы теряем время. Пока вы раздумываете, дети голодают.

Я не стала говорить, что сама Мариан, по всей видимости, забыла, когда в последний раз ела. Слова «дети и голод» быстро повлияли на доброе сердце директрисы. Схватив один из мешочков, она бросилась из кабинета. Вернулась директриса с чуть раскрасневшимся лицом и немного в возбужденном состоянии. Сев на прежнее место, тяжело дыша, она посмотрела на меня в ожидании.

– Вот теперь я расскажу вам о своих планах: на наших с мужем землях строится гостевой двор. Но с сегодняшнего дня я решила перестроить здания под детский дом для одаренных детей, независимо от пола. По всей видимости, вы хорошо знаете воспитателей и учителей других приютов, а мне необходима подборка соответствующего персонала. Я думаю, вы отлично подойдете на роль директора детского дома.

– Я не могу оставить свой приют, – перебив меня, с высокомерием ответила она.

– Давайте я сначала оглашу свои планы, а потом вы будете думать. И так, с вашего позволения, продолжу. Два отдельных крыла трехэтажных зданий будут предназначены для сна и отдыха детей. Обучение будет совместным.

– Но это неприемлемо, – ошеломленно произнесла Матушка.

– Что вы видите неприемлемого в том, чтобы девочки и мальчики обучались вместе истории, письму, математики и магии?

– Такого никогда не было. Общество возмутится, – пыталась вразумить меня Мариан.

– Да какие проблемы. Выйдите сейчас на площадь и прокричите, что ваши дети пухнут от голода. Как думаете, много найдется желающих помочь вам?

Увидев, как женщина быстро отвела взгляд, вздохнула, понимая, что бью по больному. Но если сейчас не выиграю эту войну, то и незачем все это начинать.

– Я правильно истолковала ваше молчание. Вы отлично понимаете, что желающих не найдется. А мне с некоторых пор на мнение высшей знати плевать. Сироты будут жить в тепле и сытости. По достижения их совершеннолетия выйдут из детского дома не просто обычными людьми, а специалистами в своей области. Так же прошу связаться с выпускниками сиротских приютов. Тех из них, кто до сих пор не пристроен, вернете назад в приюты и обеспечьте крышей и питанием.

– Но… понимаете. Мы не располагаем средствами, – попыталась оправдаться директриса.

– Не переживайте. На счета всех сиротских приютов сегодня в Банках поступят средства, необходимые для жизнедеятельности детей и персонала. Можете собраться со всеми директорами приютов и обсудить тему переезда одаренных детей примерно через полгода. Понимаете, что численность сильно сократиться. Поэтому обсудите: какие сиротские приюты закроются, а в каких будет сделан капитальный ремонт?

– Я одного не понимаю. Какая выгода вам от всего этого?

Я улыбнулась прозорливости женщины.

– Очень большая. У меня имеется небольшое хобби – музыкальный ансамбль. В планах их выступление на большой сцене. А для лучшего восприятия музыки и песни необходимо хореографическое сопровождение. Уверена. В сиротских приютах имеются талантливые дети. Вот я и хочу дать им шанс на хорошее будущее. Думаю, суть понятна. Уверена, что вы примете правильное решение. А сейчас, извините, мне пора. Молоко прибывает. У меня пятимесячный сынишка, пора его кормить, – улыбнувшись Мариан, я встала. – Давайте встретимся через пять дней. Пригласите директоров других приютов, поговорим, обсудим возникшие вопросы.

Выйдя из здания, я поспешила к двуколке и через полчаса была уже дома. Увидев меня, Амиран захныкал, выражая нетерпение. Расстегнув пуговицы спереди платья, достала налившуюся молоком грудь. Приложив сосок груди к открытому ротику, стала любоваться, с какой жадностью сын ест.

Бросив взгляд на Уану, усмехнулась. Бестия, вытянув ноги, обессилено развалилась в кресле. На красивом личике читалась вся вселенская усталость. Теперь понятно, почему ее мужчины не интересуют. Надо будет завтра дать девице выходной, как раз к Мортону собралась.

Уложив сына спать, отобедав, отправилась в Банк. Затем посетила еще три приюта, находящихся в таком же бедственном положении, как и сиротский приют Матушки Мариан. Ближе к вечеру заехала к Тихоневским.

Лакрес при виде меня разрыдалась. Дела у старшего сына шли не так хорошо, как он ожидал, покупая таверну. С началом войны посетителей убавилось втрое. Кто-то записался добровольцем, а многие стали беречь монеты и обходили заведение стороной.

Опустив голову, Сева понуро смотрел в пол.

– Я всех подвел. Еще месяц, и мы будем разорены.

А я сидела и раздумывала о сложившейся ситуации, понимая, что многодетное семейство – первый мой крест, который я взвалила на свои плечи. Сбросить эту ношу не имею права. Если сейчас Сева опустит руки, то неуверенность в своей силе может испоганить всю его дальнейшую жизнь.

– Сев. Так бывает. Человек оказывается не в том месте и не в тот час. Так и у вас получилось. Нужно просто переждать это время. Закончится война, народ пустится во все тяжкие, от посетителей отбоя не будет. В данной ситуации предлагаю переехать в мое герцогство. У нас сейчас большая стройка. В скором времени откроем большой детским дом для одаренных магией детей. Потребуются: повара, швеи, прачки, обслуживающая прислуга, закупщики… Вы не представляете, какой штат работников мне нужно будет нанять. Ваши руки и умение очень пригодятся. Таверну закройте. Оплатите охранную систему и отправляйтесь ко мне в замок. Сопроводительное письмо я напишу. Сама пока задержусь в столице. Предстоят большие закупки: стройматериалов, тканей, кухонной утвари и прочих предметов, необходимых для жизни и обучения детей. Надеюсь, трех дней вам хватит на сборы.

Увидев блеск радости в глазах семейства Тихоневских, направилась на выход…