29-4

А вот что делать с моей надуманной его величеством связью с заговорщиками? Здесь у меня не было ни единой идеи. И ни единого шанса, что когда-нибудь появится хоть какая-то.

Я вышла в гостиную и стала мерить её шагами, размышляя, как мне разыскать Хэйли.

Дортмур не в том он состоянии, чтобы гонять по городу. Да и связь с ним теперь разорвана.

Попросить Лардвига? Похоже, только это мне и остаётся. В общем, когда он придёт за «правдой», скажу ему и насчёт книг, и насчёт Хэйли. К тому же, это в его интересах – поскорее доказать мою либо виновность, либо невиновность. Очень хотелось надеяться, что второго он желает несравнимо больше.

Я остановилась и зажмурилась в отчаянии. Мысль о том, что Лардвиг мне не верит, отдавалась почти физической болью. Да, на его жизнь покушались. Недавно чуть не застрелили лучшего друга. Вполне естественно, что он должен подозревать всех и каждого. Но ведь ко мне у него сформировалось особое отношение. И у меня к нему тоже.

Так, ладно, всё, закрываем эту тему. Между нами и до того была стена, а уж сейчас своей толщиной она может посоперничать с Великой Китайской.

Сев на диван, я начала размышлять, какие ещё доказательства моей невиновности я могу собрать. Решила, что если к вечеру ничего умного в голову больше не придёт, выложу королю всё, что есть на данный момент.

В привычное обеденное время слуга принёс мне еду. Понятное дело, появился не как обычно – дверь ему отпер стражник и запер, когда тот ушёл.

Порядком удивилась, увидев традиционно аппетитные блюда. Я-то уж думала, что мне, как арестанту, положена соответствующая моему нынешнему статусу пища. Может, король просто забыл отдать приказ перевести меня на тюремный паёк?

Впрочем, аппетит ко мне так и не вернулся, поэтому какая разница, что лежит в тарелках.

Но обед я съела, ибо зачахнуть в заточении не планировала.

Под конец, правда, еду пропихивала в себя фактически через силу, потому что появился новый повод для тревоги. Словно бы душевный дискомфорт. Может, это на почве переживаний из-за утренних событий? Не иначе как.

Пересев обратно на диван, вернулась к своим размышлениям.

Подумала, почему бы не познакомить короля с таким понятием, как презумпция невиновности. Но потом решила – толку-то от этого. Единственным изменением будет то, что меня перестанут запирать на ключ. Подозрения-то никуда не денутся. Поэтому не стоит зацикливаться на юридических аспектах. Доказательства – вот, что мне нужно.

Внезапно вновь почувствовала беспокойство. Нервы таки сдают? Иных объяснений я не видела.

Попыталась абстрагироваться, но не тут-то было. Тревога медленно, но неумолимо нарастала.

Может быть, такое состояние – предвестник видения?