45-4
— Привет, — поздоровалась принцесса. — Представляешь, меня замуж выдают, — сообщила она с немалым воодушевлением.
— Да, я уже слышала, — сказала ей. — Рада за тебя.
— О, мы наконец перешли на «ты»! — обрадовалась Лайана. — Знаешь, я, честно говоря, просто в восторге! Новый дворец, новые люди, новые интриги, новые скандалы!
— Счастье-то какое! — усмехнулась я.
— Не то слово! — продолжила она изливать радость, в возбуждении расхаживая по комнате. — У альвертонского короля красавица-жена. Тамошние мужики на неё слюни пускают. Но я уверена, просто уверена, что одними слюнями дело не ограничивается.
— Ты, главное, о муже хоть иногда вспоминай, — посоветовала ей.
— О ком? — Лайана так увлеклась, что, кажется, не расслышала моих слов.
— О муже, — повторила я.
— А-а-а, — протянула она. — Постараюсь. К слову, муж там так себе. Не в моём вкусе. Зато у них во дворце живёт шикарный жеребец. Помнишь, альвертонцы приезжали не так давно. Вот он среди них был. Ещё Зольдис перед ним сопли пузырил, целый скандал разразился.
— Помню-помню, — закивала я. — Но, смотри, не резвись там особо, — предупредила её. — А то если и ты тёплое местечко потеряешь, отец тебя тоже в башню посадит цветочки вышивать.
— Да я понимаю, — вздохнула принцесса. — Просто вспомнился. Эх, и почему он не принц! Дарли, — она заговорщически посмотрела мне в глаза: — Что мы всё обо мне да обо мне. Скажи лучше, что у тебя с его величеством.
Вот же зараза! Я была готова сколько угодно обсуждать её жизнь на новом месте, лишь бы избежать подобных вопросов. Но Лайана не была бы собой, если бы не начала их задавать. И что самое поганое, принцесса ждала честного ответа. Мол, я перед тобой душу открыла, так что давай и ты пооткровенничай.
А едва она переступит порог, новость поползёт по дворцу со скоростью горной реки. Хуже того, теперь информация выплеснется ещё в двух дворцах – сначала в неридском, потом в альвертонском. Титула баронессы у меня пока нет, так что все три государства будут пребывать в уверенности, что Лардвиг Сонненгер женится чёрт знает на ком.