Глава 11

Яна Последние дни я много спала. Беременность или последствия после ДТП сделали из меня спящую царевну. Врач прописал мне покой, минимум нагрузки, исключить волнения и стрессы. Мне были прописаны витамины, питание и отдых. Я жила то в больнице, то в нашей старой с Кириллом квартире. Оказывается, он не продал ее, оставил все почти в том же виде что было когда мы жили вместе. Сказал, что ему было жаль. В больнице больше и нечего было делать. Я скучала по рабочей кутерьме. Но рабочие вопросы с моими кафе решала дистанционно. Все-таки долгожданная беременность для меня была важнее всех работ на свете. Повезло, но особых проблем в кафе не было. Работа была налажена, беспокоится было не о чем. Мое беременное положение меня очень радовало, я даже и радовалась тошноте, слабости, головокружению. Ведь это подтверждало, что я ношу ребенка! Мое внимание и мысли были заняты только этим. Но в то же время беременность принесла много тревог и переживаний. Как будет в этот раз? Груз неудач в прошлом не давали мне расслабиться и только радоваться своему положению. Срок был очень маленький, наше путешествие только началось. И самое сложное -доносить до срока было впереди. Все, кроме моей беременности и выполнения назначений врача ушло куда-то на второй план. Мои мысли были заняты результатами анализов, обследований, наблюдением за своим самочувствием. В моих планах было уехать подальше отсюда, как только врач это разрешит. Но врач решил не рисковать, и не спешил меня выписывать. Поэтому я до сих пор не уехала. Общение с кем -либо я свела к минимуму. Только медики, и все. Меня не интересовало ничего, кроме моего положения. После моей просьбы Кирилл больше не беспокоил меня. Но раз в несколько дней привозил продукты, требовал дать список что мне нужно. Сначала я отказывалась, а потом смирилась. Ведь без списка Кирилл привозил мне столько всего, что я приходилось угощать всю больницу. Я точно знала, что он по-прежнему контролировал, чтобы я получала лучшее лечение и самое внимательное наблюдение их возможных. А однажды ночью в больнице я проснулась от того, что кто-то гладит меня по волосам. Это был Кирилл. Но я сделала вид, что сплю. Кирилл просидел возле моей кровати почти до рассвета, а потом поцеловал меня в щеку и тихо ушел. Да, я немного попереживала, но теперь у меня был главный человек моей жизни – мой еще крохотный малыш. Каждую неделю я читала, как он растет и развивается внутри меня на этом сроке. Это было удивительно – как природа все запрограммировала. Мне нужно было только не мешать. Все шло само собой, по плану. Алла пришла в один из вечеров, когда я собиралась ложиться спать. В этот день меня мучил токсикоз, низкое давление и слабость. Беременность не была легкой физически. Я знала, что она придёт. Я ее заблокировала. Хотя объективно мне не в чем было ее винить, ведь я ушла сама. И все же мне не хотелось сейчас обсуждать сложившуюся ситуацию. Слишком больно, да и зачем? Но я знала, что рано или поздно нам придётся посмотреть друг другу в глаза. И всё равно оказалась не готова выслушать ее версию, не хотела знать никаких подробностей. Зачем ворошить прошлое? Его не изменить. Алла села на край кровати. Ее руки дрожали так сильно, что она сцепила их в замок, пытаясь унять эту дрожь. -Ян, я должна тебе сказать. -Теперь-то уже можно. Три года молчала, ещё полчаса погоды не сделают. – Усмехнулась я горько. Алла вдохнула глубоко и судорожно, будто перед прыжком в воду. И на выдохе высказала мне сразу все. – Я одна. Без денег, без работы, без будущего. Ты ушла, а ведь ты помнишь, я была против! Говорила, что это жестоко – вот так рвать по живому. Я молчала. Да, так и было. Смотрела в стену, а не на подругу. Не хотелось видеть, с каким лицом она все будет рассказывать. – А Кирилл был никакой. Ты не представляешь, в каком он был состоянии после вашего разрыва. Я пришла к нему, а там жесть! Бардак, осколки, он сам сидит на полу, никакой, и смотрит в одну точку. Я испугалась. Думала, он что-то с собой сделает. Ну что плохого я сделала, что осталась с ним, поддержала? Ты же сама ушла, не хотела менять решение! Голос Аллы задрожал. – Я осталась с ним. Просто помогла! Просто чтобы он не остался один. Он говорил про тебя, а я слушала. Знаешь, как больно слушать о любви к другой? Быть временным пластырем? Ты знаешь, как больно, когда смотрят сквозь тебя? Когда тебя называют не твоим именем в те самые моменты? – Она схватила меня за руку. – Ты хочешь, чтобы я пожалела тебя? Зачем ты на меня все это вываливаешь? Чтобы облегчить свою совесть? Разбирайся с этим сама, мне это неинтересно! -убираю свою руку из рук взволнованной подруги. – Клянусь тебе, если бы ты не уехала – я бы никогда, ни за что! Подруга! Но ты же сама так решила! А потом я узнала о беременности, мне нужна была помощь! Я бы не потянула ребенка, ты знаешь мою ситуацию. А он сказал: «Буду отцом этому ребёнку». Я закрыла глаза. Мне не в чем упрекнуть подругу. Но почему так больно? Я предпочла бы не знать подробностей. Как там говорится? Меньше знаешь -лучше спишь и меньше забываешь. – Он говорил о тебе. Всё время. Всегда! Он не переставал любить тебя! – Алла плакала, не вытирая слёз. – Каждый раз, когда я приходила, он спрашивал: «Ты видела Янку? Как она? У неё всё хорошо?» Я ни разу не остановила его. Рассказывала, что у тебя всё отлично, что ты путешествуешь, строишь бизнес, счастлива. А он кивал и молчал. Я знала, что ему была нужна только ты. А мне нужен был отец для Андрюшки, ты же знаешь – сама бы я не вытянула, я на мели. Ну и вот. Так все и получилось. -Алла пожимает плечами, вытирает слезы. -Прости! Я молчала и плакала. Слёзы текли по щекам, на подушку, оставляли мокрые пятна. Да, все правильно. Предательства с их стороны по сути не было. Я ушла! Освободила место для Аллы. Ничего не хотела знать. – Я собиралась сказать тебе раньше, -прошептала Алла. – Но ты же сама запретила писать о Кирилле. Но сейчас кое-что поменялось, вернее, может поменяться. И я написала тебе. Прости меня, Ян. Если сможешь. Я ведь не сделала ничего плохого! Если нет – я пойму. Я открыла глаза. Посмотрела на неё. На свою лучшую подругу, которая вроде и не врала мне. Просто не рассказала всю правду. Молчала. Но ведь я сама не хотела ничего знать. И сейчас не хочу, зачем мне все это теперь? Чувствую себя обманутой. И подругой, и Кириллом. Кирилл…Склонил меня к близости, зная, что у него сын от Аллы. Алла не сказала мне, что Андрюшка -сын Кирилла. Почему я узнала это так, как узнала? Вроде и обижаться не на что. А мне обидно так, что видеть их не хочу! Не видеть, не слышать, не иметь никаких дел с ними! Они что, не понимают, что мне плохо от всего что я сейчас узнаю? И что лучше бы Алла не звала меня на встречу сюда. Зачем она решила сообщить мне именно сейчас то, что произошло три года назад, когда я уехала отсюда? Я поступила жестко, когда ушла. Кирилл ждал моего возвращения. Ему было тяжело. Теперь мне тяжело от последствий моего выбора. И не только моего. И Кирилл, и Алла тоже сделали свой выбор. Мы с Кириллом по-своему пытались спасти друг друга, облегчить жизнь, помочь стать счастливыми. Но нам всем это спасение вернулось болью. Хотя может быть это только я осталась в проигрыше? У Кирилла есть наследник, у Аллы -мужчина, который заботится о ней и ребенке, решил ее финансовые трудности. Одно не понимаю -зачем они решили мне все это сообщить? – Уходи! – сказала я тихо. – Ян, я еще не все рассказала! – Алла с мольбой смотрела на меня. А мне было тошно смотреть на нее. А еще кружилась голова и мучала тошнота. Нет, с меня достаточно! Физически плохо от всех этих подробностей! – Уходи, Алла. Пожалуйста. Пусть у вас все будет хорошо! Но общаться я не хочу! Моя единственная близкая подруга Алла ушла. А я осталась одна. С этой правдой, которая оказалась болезненной.