Глава 6

   Прямо перед нами за огромным длинным столом сидели одиннадцать мужчин и молча смотрели на нас. Какое многообразие образов: цвет глаз, кожи, волос и, судя по тату, имеющих разные виды сущностей - всех судей (мысленно отнесла их к этой категории) объединял только отстраненно холодный взгляд, которым они сначала наградили моих спутников, и чуть более любопытный и заинтересованный - достался мне. Быстро оглядев всех, невольно задержалась взглядом на сидящем в центре прямо напротив мужчине, он наблюдал за мной более пристально, нежели остальные, даже слегка хмуря брови. Не могла сразу понять, чем именно еще он так сильно привлек внимание, но тем не менее, никак не хотела отрывать от него глаз. Мощный, судя по торсу, возвышающемуся над столом, смуглый, с зелеными травяными глазами в обрамлении черных густых ресниц и бровей, великолепная черная грива волос, скованная в длинный, высокий хвост, водопадом спадает на спину. Крупные, сильные руки сжаты в кулаки, неподвижно лежащие на столе. Красивый! Но не той приторной красотой, какую любят демонстрировать глянцевые журналы и модные дефиле. Этот являл собой образец настоящей мужской красоты, созданной не только матушкой-природой и поколениями предков, но и силой воли, твердостью духа и характера, а также многолетней мудростью и опытом воина.

   С того места, где я стояла, не смогла разглядеть тату на его правом виске. Наверное, до неприличия долго и тщательно смотрела, потому что мой интерес к нему заметил не только он сам, но и остальные, находящиеся в этом небольшом зале. Все по-прежнему молча уставились на меня еще пристальнее, а я от такого внимания к себе опустила голову, покраснев от смущения и стыда, и все же не удержалась и снова бросила быстрый взгляд на него. Он также пристально смотрел на меня, и только его кулаки чуть побелели от напряжения. Странно это! Сидящий справа от него мужчина с яркими красными волосами, собранными в похожий конский хвост, и двумя выбритыми висками перевел взгляд с меня на блондина и озвучил формальный вопрос, словно они не знали, зачем здесь собрались:

   - Смотрящий Вальдос, на каком основании вы созвали Высший Совет Дуовитов? И почему на нем присутствует Чужая?

   Блондин низко поклонился, перед тем как ответить, а потом с видом Нобелевского лауреата, гордо задрав подбородок, ответил:

   - Проводя установленную законом проверку, после окончания брачных игр и расследуя поданную охотниками жалобу, на претендующего на победу Валурика из рода Быстрых, мы выявили ряд нарушений. Свидетель одного из них стоит перед вами. Рен Валурик, нарушил закон Травана, воспользовавшись энергией крови чужих. Благодаря чему смог уйти от охотников на последнем этапе и выиграть гонку. Более того, он чуть не убил и изуродовал женщину, чужую, практически полностью иссушив ее. Не знаю, что послужило катализатором процесса, но эта Чужая стала пока еще неинициированным дуовитом, пройдя полную трансформацию. Она понимает нашу речь. К тому же обладает даром. И вы не поверите каким! Смотрящей! И очень сильной смотрящей, хочу вам заметить. Ей хватает только прикосновения, чтобы видеть. Правда, как я узнал, от этого она испытывает боль - ей становится плохо до потери сознания, но думаю, при соответствующем обучении и обретении второй сущности сможет контролировать свой дар. Полагаю, это означает, что она сможет улучшить наш генофонд, ренваны. Я так же думаю, что именно тот факт, что она не пустая, помог ей преодолеть барьер между мирами, чтобы получить возможность пройти изменение. Ввиду всех вышеперечисленных фактов, как старший группы расследования, принял решение доставить ее на Траван и вынести ее судьбу на ваш суд. По моему мнению, уже тот факт, что она сможет принять участие в брачных играх в следующем сезоне, отменит в отношении нее действие закона об устранении свидетелей нашего присутствия в чужих мирах. Она стала дуовитом, и теперь ее дальнейшая жизнь в ваших руках, ренваны.

   Красноголовый потеплевшим взглядом переглянулся с остальными, а приглянувшийся брюнет все так же продолжал неотрывно сканировать меня взглядом, от которого уже по всему телу толпами бегали мурашки наперегонки с блестяшками.

   В груди странно тлел маленький уголек, а по телу, все быстрее набирая скорость, носились серебрянки. Их передвижение уже походило на световые вспышки то там, то здесь. Застыв от напряжения, со страхом слушала их разговор, переводя взгляд с одного на другого. О том, что у меня такой сильный "дар", я знала и без посторонних, и это только покоробило, а не впечатлило. Если бы не сей подарок природы, жила бы я счастливой жизнью обычной человеческой женщины, а не влипала бы регулярно в разные дурно пахнущие неприятности, да еще с какими-то совершенно фантастическими оборотнями. Эх, и чему они радуются? Разве они жили с ним?

   В полном одиночестве, в страхе, снимая перчатки только дома, чтобы не дай бог к кому-нибудь прикоснуться и столкнуться с чужим прошлым или будущим. Даже к родным я старалась не прикасаться лишний раз. А ведь мне, как и всем остальным людям, хотелось тепла, ласки и заботы. Очень хотелось. Про мужскую ласку вообще молчу, о ней я боялась даже мечтать, чтобы окончательно не уйти в депрессию. Не хочу жить как моя мама, не доверяя никому и всех проверяя, и каждый раз, прикасаясь к своему мужчине, видеть все его прошлое и будущее. Его ошибки и слабости, страхи и гадости. За двадцать пять лет жизни я убедилась - идеалов нет, и безупречным прошлым или будущим никто не обладает. Поэтому сама добровольно отдалилась, чтобы сохранить рассудок и не потерять веру в доброе и прекрасное.

   Красноголовый, как-то неуверенно посмотрел на мужчину моей мечты и, не дождавшись от него какой-либо реакции, снова обернулся к нам:

   - Назови себя, Чужая, и расскажи, как произошло твое изменение.

   Услышав, что обращаются ко мне, с трудом собрала в кучу разбегающиеся мысли. Ну что же, повторю все еще раз. Уставившись в лицо "своего" брюнета, начала говорить, с большим трудом выталкивая слова. Мужчина чуть подался вперед и, разжав ладони, упер их в стол и все так же молча, буравил меня своими изумрудными глазами. Мне показалось, или в них промелькнула надежда?

   - Меня зовут Дарина Савинова, я оперная певица. Была! Три недели назад после концерта я отдыхала в номере парижского отеля, ко мне постучались, и я открыла. В дверях стоял мужчина, который, не долго думая, разодрал мне горло зубами и пил мою кровь, плотью тоже не побрезговал. Как только следом ворвались два его преследователя, он удрал, оставив меня умирать. И он, и его преследователи скрылись каким-то непостижимым образом, бесследно. Вы владеете магией? Но мне повезло - люди, вовремя оказавшиеся рядом, спасли. Самое обидное, он сказал, что его приз ценнее моей жизни. Интересно узнать о призе, ради которого этот зверь хотел меня убить. Из-за него я лишилась главного - своего голоса, а ведь петь - это все, что я умею и люблю. Благодаря своему таланту, я могла обеспечивать свою безопасность и нормально жить, а теперь даже говорю с трудом. И сейчас вынуждена, стоять перед вами и ждать вердикта - жить мне или нет, потому что меня похитили и доставили каким-то непостижимым образом сюда, отчего-то передумав прикончить на родине.

   К концу своей речи я уже скрипела, словно несмазанная дверь, и замолчав, опустила голову, попытавшись тайком вытереть некстати навернувшиеся слезы. Опять сырость развожу. Нервы совсем ни к черту, потому что плакала я очень редко, а теперь - практически все время.

   - Он делился своей кровью с тобой, Дарина Савинова?

   Красный тоже подался вперед, с нетерпением ожидая моего ответа, как и остальные 'судьи', с горящими любопытством глазами, не исключая моих провожатых, которые, обернувшись, напряженно смотрели на меня. Я лишь отрицательно помотала головой, но вспомнив тот злополучный вечер и почувствовав холод от страха внутри, прошептала:

   - Я сопротивлялась изо всех сил, но он гораздо сильнее и единственное, что мне удалось - это укусить его за ладонь. Сильно! До крови! И честно говоря, она такая противная, что меня чуть не стошнило, но он мне рукой рот зажимал, чтобы не орала. Поэтому пришлось проглотить.

   От нахлынувших воспоминаний меня всю перекосило, снова возникло ощущение тошноты и горечи во рту. Да, подобного деликатеса мне в жизни не забыть. Бр-р-р!!! И вообще, рассказывая как покусала их соотечественника, почувствовала себя неловко и все ниже опускала голову, разорвав контакт с яркими горящими глазами.

  Заметила, что в тот момент, когда поведала о своих мучениях, его глаза почернели и сузились в щелки, поэтому про себя решила: 'Скорее всего, он злится за то, как я с его земляком плохо поступила. Практически искалечила беднягу. Ха!' От этой злой иронии мне вдруг стало больно и еще более обидно. А ведь он мне понравился. Очень! Впервые мне понравился мужчина, и на тебе - мало того, что не человек, а иномирный оборотень, так еще и прибить хочет. Горько вздохнув, я неосознанно подняла руку и потерла саднящее горло, потом, осознав свое движение, опустила и замерла словно изваяние, уставившись на сиреневое небо, видневшееся в распахнутом окне. Не буду! Не буду больше думать о нем и смотреть на него не буду. Все равно безнадежно. Кто он и кто теперь я!!!

   - Чужая, мы не владеем магией. Мы управляем энергией, просто то, как мы это делаем, выглядит для непосвященных странно. Но ты привыкнешь, я думаю, довольно быстро, - произнес мужчина, который на вид старше всех - практически весь седой и с двумя татушками, сидящий слева от брюнета. Он уже с интересом, вполне так по-доброму, смотрел на меня, придав уверенности и надежды, что возможно не все так плохо как кажется на первый взгляд. Потом, секунду помолчав, он снова заговорил: - Расскажите, Дарина Савинова, о своей семье и вашем даре.

   - Да нечего рассказывать. Перед моим рождением умер дедушка, шесть лет назад - мама из-за болезни, а три месяца назад - бабушка. И теперь я совсем одна. Отец жив, но он давно отказался от меня, узнав о так называемом даре. Лично ему кажется, что это проклятие. Так что с тех пор, как мне исполнилось три года, я его не видела. Кроме меня в семье подобным "даром" никто не владел. А насчет самого дара, то я не знаю что рассказывать. Если кто-то прикасается к моей обнаженной коже, то мое сознание заполняют образы, видения и соответствующие им чувства и эмоции. Наиболее сильные заставляют чувствовать их как свои собственные. И это неприятно, поэтому я всегда хожу в закрытой одежде и в перчатках. Но сегодня гостей не ждала, поэтому была абсолютно не готова к их приему. Особенно учитывая тот факт, что в начале меня снова хотели убить. Для меня это скорее проклятие..... А мой голос - это удивительный дар от Бога, и пение было неотъемлемой частью жизни, почти такой же естественной, как дышать, есть или спать для других...

   Замолчав и не зная, что еще дополнить к уже сказанному, взглянула на "старичка". Он же коротко посмотрел на блондина Вальдоса и, повернувшись в кресле лицом к 'моему' брюнету, тихо сказал:

   - Ренван Дариан, как глава клана Смотрящих прошу разрешения принять Дарину Савинову в свой клан. И свой род Искренних. Мы сможем начать обучение и поможем ей войти в общество дуовитов, стать его полноценным членом. Судя по интенсивности блеска ауры, ее инициация очень близка, но она ничего не знает о сущностях Травана. Это может стать проблемой.

   Глава Смотрящих, закончив монолог, выжидающе уставился на брюнета. А я, находясь под впечатлением, что его имя так похоже на мое, параллельно решала хорошо это или плохо, что меня хотят принять в какой-то род или клан. Уже начало казаться, что одиночество тоже иногда полезно. Одно точно радует - убивать больше не собираются. Набравшись мужества и посмотрев на Дариана, заметила, что он еще напряженнее смотрит на меня, а окружающие так же смотрят на него. В этот момент, в зал вошел секретарь и заявил, что младший рен из рода Быстрых, вызванный для допроса, явился и впустил мой личный кошмар.

   Медленно, словно в трансе, повернулась спиной к Совету и смотрела, как Валурик твердо идет навстречу мне. Нечеловеческим усилием воли удержалась на месте, непроизвольно прикрыв рукой занывшее от боли горло. Расширившимися от страха глазами встретилась с ним взглядом, от чего он, словно споткнувшись, замер напротив, буравя меня удивленными голубыми озерами. Я, не отрываясь, следила за ним и безотчетно прислонилась спиной к Вальдосу, не то пытаясь найти укрытие или защиту, не то удержаться на вмиг ослабевших ногах. Он не дрогнул и не сдвинулся, мы так и стояли, ожидая развития событий. Краем уха услышала голос красноволосого:

   - Рен Валурик из рода Быстрых, ты признаешь себя виновным в нарушении закона о запрете использования энергии крови чужих?

   Валурик, не отрывая от меня взгляда и уже заметив серебрянок, весь напрягся словно перед прыжком, и коротко рыкнул:

   - Признаю! И так же признаю, что это моя работа, а значит она...

   - Ты признан виновным, - резко прервал его Красный, - по нашим законам ты лишаешься победы. Твое право переходит к следующему за тобой. Ты свободен.

   У меня от последнего слова заныли зубы, и свело скулы, так хотелось... завыть. Всего-то лишение победы и 'ты свободен'. Но как оказалось, он думал иначе. Его глаза горели алчным огнем, вперившись в меня.

   - Я лишился победы, и ты предрекла это, Чужая. Но ты ошиблась во второй части своего предсказания. Я все еще жив. - довольно посмотрев на меня, он снова перевел взгляд на членов Совета и четко, твердо проговорил: - Я принял ваше решение, ренваны, но теперь требую признать эту неинициированную чужую моей, потому что она носитель моей крови, значит, она принадлежит мне!

   От его слов кровь схлынула от лица, меня замутило и шатнуло в сторону. Если бы не опиралась на Вальдоса, инстинктивно поддержавшего меня, то наверняка бы упала. В следующую секунду произошло сразу несколько событий. Одним плавным тягучим движением Дариан поднялся со стула, опираясь ладонями о столешницу, и в это же мгновение Валурик двинулся в мою сторону. Мое сознание, резво помахав ручкой, спешно удалилось в неизвестном направлении, а я, заорав, и... поскуливая, (да что же это?) кинулась бежать. Очутившись у стены, развернулась, встав в оборонительной позиции, замерла в шоке, заметив лишь смазанную тень, прыгнувшую из-за судейского стола на моего мучителя. Всего секунда, и посреди зала бьется рычащий меховой клубок из тел. Еще секунда, и они, разлетевшись в стороны, замерли друг против друга, а в следующее мгновение снова сцепились в схватке. Совсем растерявшись, я смотрела на огромного жуткого монстра, похожего на черного волосатого тигра с медвежьим капканом вместо зубов, который методично драл на кровавые лоскуты крупную золотистую пуму. Этот монстр играл с пумой, словно кот с жирной мышкой. Именно играл, а кто выйдет победителем - сомнений не было. Медленно до меня доходило, что пума и есть вторая сущность Валурика, а вот кто второй поняла, только когда рядом со мной раздались приглушенные голоса, обсуждающие схватку:

   - Что случилось с Дарианом? Я никогда за столько лет не видел его не то что злым, даже слегка нервничающим. А тут, словно с ума сошел. Никогда подобного не видел.

   - Я с тобой согласен, наш ледяной глава Совета что-то сорвался, и это выглядит словно у него гон... А, Мархуз его забери! Неужели эта маленькая девочка...?

   Договорить они не успели, потому что в этот момент, распоров пуме от горла до паха шкуру и отбросив его от себя, чудовище, подняв морду, трубно и торжествующе завыло. Пума, отброшенная к стене, медленно обернулась истерзанным Валуриком. Смотреть на то, что от него осталось, было жутко, но видеть его затухающие голубые глаза - еще хуже. Вокруг стояла звенящая тишина, которую прервал тихий полустон и, по всей вероятности, последние слова умирающего Валурика:

   - Ты не ошиблась, Чужая. А значит на Траван, вернулась ВИДЯЩАЯ. Прости меня.

   Его слова поразили всех, и теперь старик-смотрящий поедал меня голодным взглядом исследователя. Вальдос и сотоварищи дружно издали удивленный вздох. А вот черный монстр после этих слов быстро потрусил в мою сторону, не обращая внимания на кровавые следы, оставляемые его лапами. О том, чья это кровь, вопроса не возникло. У меня от ужаса свело горло, а мысли заметались в поисках спасения. Неожиданно начала сильно гореть вся кожа. Я больше не соображала, что делаю, просто искала решение, все больше вжимаясь в стенку. И вот мое больное воображение предложило выход: 'Ведь если я стану такой же большой и страшной, то смогу себя защитить. Наверное'. Как только мысль окончательно сформировалась в голове и совместилась со страшным образом, всплывшем в сознании, у меня начались большие неприятности. Я даже не поняла, как это произошло, но через несколько мучительных секунд, словно пройдя сквозь кольцо огня, очутилась на... четвереньках. Черный резко остановился и удивленно рыкнул на меня, а я, частью сознания понимая, что это все ненормально, а другой - полагая, что все идет как положено, глухо зарычала, растопырив ноги. Лапы? Зарычала?! Ну все!

   Черный резво кинулся ко мне, а я, взвизгнув, рванула наутек. Я не трус, просто хорошо бегаю, особенно когда хочу выжить. Перепрыгнув через судейский стол, попутно по кому-то пробежавшись, увидела в углу дверь и, с треском вынеся ее в коридор, двинула вдоль него. Очень скоро, сбив пару раз попавшихся на пути, выскочила наружу, благо распахнутая дверь подвернулась, и уж тут второе дыхание открылось, особенно после того, как услышала цоканье огромных когтей по каменной дорожке. Бросилась в лес, петляя, будто заяц. Влетев со всего маху в заросли, ломилась сквозь них, не разбирая дороги. Пробежав еще пару минут, решила, что удрала, и в этот момент на меня словно налетел смерч и, придавив к земле, вцепился в холку зубами. Шею прострелила сильная боль. Я жалобно заскулила, а 'смерч', лежащий на мне, глухо рычал и усиленно терся всем телом о мое.

   Через пару мгновений, почувствовав попой все его нескромные намерения, прижав хвост и перейдя на тонкий визг, замерла с мыслью: 'Боже! Ну, неужели меня прямо тут, как последнюю собаку, лишат чести и достоинства'. Преследователь тоже не двигался, давя на меня немаленьким весом, от чего дышать становилось все труднее и, очевидно, осознав это, сдвинул свое массивное тело, уменьшив давление, но не позволяя вырваться из его хватки. Нервы были на пределе, но в следующий момент, я ощутила волшебный аромат, от которого закружилась голова, раздувались крылья носа, участилось дыхание, стремясь как можно больше поглотить запах, заполнив легкие, а еще почувствовала, как моя вторая - собачья (или каким там четвероногим созданием я стала?) - половина решила, что, в принципе, не против полежать тут под обладателем ТАКОГО аромата. Но моя человеческая часть пришла в себя и решила тактически выждать удобного момента, чтобы уйти не прощаясь. Так мы пролежали еще минуту, за которую аромат усилился в разы. Быстро привыкнув к нему, неожиданно почувствовала, что он не только дарит удовольствие, но и приносит ощущение покоя и безопасности. Боль в шее ослабла, оставив лишь легкий дискомфорт.

   Я немного успокоилась, и в этот момент жуткие челюсти разжались и отпустили. Помедлив, слегка повернула голову и в шоке уставилась на сидящего рядом абсолютно обнаженного Дариана, который с любопытством и восторгом рассматривал меня, разве что у него на руке какой-то браслет сверкал. Я бы тоже, конечно, посмотрела на себя, но зеркала нет, и лишь закрыв глаза, расслабилась. В этот момент почувствовала дикую боль, обжигающую виски. Зажав голову уже человеческими руками, застонала и тут же оказалась прижатой к теплому твердому телу. Меня гладили и успокаивали, как ребенка. Буквально через несколько минут боль прошла, оставив лишь неприятный зуд. Очень осторожно прикоснулась пальцами к вискам и нащупала гладкую кожу там, где раньше росли волосы. Я в ужасе уставилась на Дариана, а он, одним движением посадив к себе на колени, крепче прижал к себе и глухо произнес:

   - Не волнуйся, это больше не повторится. Твоя инициация прошла успешно, и теперь на правом виске обретается твоя сущность, а на левом - поселилась тень моей. Я не ожидал, что так быстро получится, но твоя малышка сразу приняла меня. Так что теперь ты моя!

   Слушая приятный бархатный голос с рычащими нотками, упивалась им, но услышав последние слова, снова напряглась. А еще в этот момент, я, наконец, осознала, что сижу голым задом на коленях незнакомого обнаженного мужчины, который, к тому же, претендует на нечто гораздо большее, чем просто мои девичья честь и достоинство. И только я открыла рот в страстном порыве громко высказать, что об этом думаю, как в голову пришла ошеломляющая мысль: 'Я ЕГО НЕ ВИЖУ! Мы без одежды. Он прикасается ко мне, даже держит в своих объятиях, и я его тоже трогаю, и - НИЧЕГО. Никаких тебе прошлого и настоящего. Замерев от потрясающе приятной новости, подняла на него изумленный взгляд и, чуть не плача от радости, прошептала:

   - Я не вижу... видений... их нет. Я к тебе прикасаюсь и не вижу ни прошлого, ни будущего. Ничего! Боже, какое счастье, стоило превратиться в какую-то собаку, и я, наконец, избавилась от этого проклятия.

   Не сдерживаясь, смеялась и плакала от счастья, обняв Дариана за шею и уткнувшись ему в ключицу мокрым носом. Он еще крепче прижал меня к себе, также уткнувшись в шею, склонившись в три погибели, довольно сопел и поглаживал своими огромными руками. Имея такую силу, быть таким нежным и заботливым! Обалдеть! Немного успокоившись, чуть отстранилась, задрала голову и снова посмотрела на Дариана, выплескивая на него весь свой восторг от произошедшего. Однако, веселье испарилось как туман, стоило заглянуть ему в глаза. Я утонула, нет, скорее растворилась в их зелени. Такие красивые, глубокие, завораживающие, от которых не в моих силах отвернуться, только забыться и еще глубже погрузиться в эти омуты.

  Я впервые испытывала подобные ощущения, с трепетом и легким испугом наслаждалась ими, пробуя словно вино на вкус и запах. Мои руки, все еще обнимающие его за шею, ощутили шелковистость его черных блестящих волос, которые в этой суматохе растрепались и теперь мягкой волной спускались до земли. Мягкие и ласковые поглаживания моей обнаженной спины вызвали волну удовольствия, прокатившуюся от макушки до пяток, и странное тепло внизу живота. Совсем непривычно всей кожей ощущать чужую, такую теплую и бархатистую кожу. Нервно сглотнув слюну и облизав губы, я заметила, что его глаза быстро почернели из-за сильно расширившихся зрачков, а руки, застыв на спине, тверже прижали к мощной груди. Я занервничала еще больше, когда своей пятой точкой почувствовала, что не только его руки стали тверже, но и кое-что ниже. И это кое-что настойчиво упиралось в меня.

   Подняв голову и упершись в его плечи руками, попыталась отодвинуться, но он, словно каменный, не сдвинулся даже на миллиметр. Его правая рука быстро передвинулась мне на затылок, зафиксировав лицо в нескольких сантиметрах от своего. Я прерывисто вздохнула, испуганно посмотрев в уже совсем черные глаза, он же прижался губами к моим, словно выпивая выдох... Его губы стали мягче и нежнее, но рука, все еще удерживающая мою голову, не ослабила захват. С одной стороны, я испытывала страх перед ним, с другой - меня еще никто не целовал, и то что я сейчас испытывала, даже в небольшой степени не отражало моих фантазий, навеянных долгими одинокими ночами. Он будто знакомился со мной и моим телом, обводя языком контур губ, а потом, мягко проскользнув внутрь, приласкал язычок. Ур-р-р, как же приятно! Поцелуй углубился и перестал быть мягким и нежным, наше первое знакомство закончилось, перейдя на новый этап.

   В голове звенела пустота, мозги совсем размякли, как и тело. Я вся расплылась по нему, не отрываясь от такого волшебного рта. Он же, наоборот, весь напрягся и захватил в плен не только мой рот, но и все тело, оплетая меня ногами и руками, которые уже непрерывно блуждали по мне. Из его горла вырвалось глухое рычание, а я могла только всхлипывать и гореть в его руках. Не ведаю, чем бы это для меня закончилось, но мои чуткие ушки даже в такой ситуации уловили звук громких тяжелых шагов и, очнувшись от наваждения, я резко дернулась в сторону, с трудом приходя в себя. Оглядевшись, еще раз убедилась, что совершенно голая, к тому же - бесстыжая и безголовая.

  Боже, ну где были мои мозги пять минут назад? От произошедшего стало нестерпимо стыдно, и я почувствовала, как горят щеки и уши. Быстро перекинув волосы таким образом, чтобы прикрыть голую грудь, остальное прикрыла руками. С трудом решившись поднять глаза, смущенно посмотрела на Дариана и увидела только неприкрытую страсть, восхищение и, как ни удивительно, - нежность в его снова позеленевших глазах.

   От чувств, которые он отнюдь не пытался спрятать от меня, неожиданно ощутила себя более уверенной и счастливой, наверное. Как продуктивно прошло мое первое свидание с мужчиной! Сначала знакомство, которое никогда не забудешь, потом геройский поступок по спасению моей чести и жизни, который будет сниться в кошмарах, прогулка на природе, правда на четырех лапах и в ускоренном режиме, но ведь насколько нестандартно и креативно, а уж первый поцелуй вообще побил все рекорды. Не умеешь - научим, не хочешь - заставим и главное, у него не было и тени сомнений, он явно считал, что все делает правильно и имеет на это полное право.

  Пока все эти мысли вихрем крутились в голове, их герой плавно скользнул ко мне и, отвернувшись, продемонстрировал свой крепкий зад, шикарную мощную спину, с разметавшимся черным водопадом волос. В следующую секунду из-за густых кустов на полянку шагнул высокий мужчина. Выглянув из-за широкой спины Дариана, краем глаза обозрела незнакомца, который, чуть ухмыляясь, рассматривал нашу сладкую парочку. Стройный, светлокожий, платиновый блондин как и я, с необыкновенными фиолетовыми глазами и выбритым виском. Как только он посмотрел в мою сторону, смутилась и снова нырнула за спину Дариану, уткнувшись между лопаток, и с удовольствием вдыхая неповторимый аромат, исходящий от его кожи и волос. Немного забывшись от волшебного запаха, который даже не смогла с чем-нибудь сравнить, провела ладонью по его волосам и пальчиками, на ощупь, стала измерять ширину плеч. Мр-р-р, какая гладкая кожа, твердые мускулы и блестящие шелковистые волосы, мягкой волной стекающие по моей ладони. Красота! С небес меня вернули жуткий рык сильно напрягшегося Дариана и напряженный голос незнакомца:

   - Простите, ренван Дариан, но Совет требует Видящую в зал высших решений. Я принес одежду вам и ренне.

   Он сложил на траву небольшую стопку одежды и молча скрылся в кустах, а на поляне повисла напряженная тишина. Я боялась пошевелиться и, все так же прижавшись к спине Дариана, прислушивалась к удаляющимся шагам. Наконец, он медленно развернулся и, мягко обхватив, поднял мой подбородок и заглянул в глаза:

   - Ты, правда, ВИДЯЩАЯ?

   Я только пожала плечами, сильно нервничая и испытывая неловкость, что разговаривать приходится в обнаженном виде:

   - Я не знаю, что это означает у вас, но могу видеть прошлое и будущее. Хотя могла, но сейчас не вижу. Это ведь не страшно?

   Радость от того, что я теперь свободна от видений, внезапно сменилась страхом неизвестности. Как это сообщение примет Совет? Он заметил мои сомнения, неуверенность и смущение, ласково погладил мое лицо большим пальцем.

   - Больше никогда ничего не бойся, Дарина. Ты моя, а я никому не позволю причинить тебе вред или боль. Это я тебе обещаю, - мой благодарный взгляд и его решительное: - А теперь давай оденемся и вернемся в резиденцию, мне надо выяснить, что задумали эти интриганы, пока нас не было.

   Стоя возле кучки одежды, с восхищением смотрела, как он нагнулся, от чего волосы соскользнули со спины, и она заиграла хорошо развитыми мышцами. Вот уж кто точно не смущается! Подняв верхний предмет, протянул мне. Его ответный понимающий взгляд добавил мне румянца на щеках. Мысленно отвесив своему озабоченному воображению оплеуху, выхватила вещь у него из рук и, развернув, замерла, рассматривая голубой шелковый халат до щиколоток на длинной молнии с пояском. Интересные наряды тут носят, видимо не заморачиваясь новыми тенденциями и веяниями моды. Хотя они же оборотни! Еще мне достались сандалии, похожие на римские. Обувшись, я неожиданно вспомнила один момент, требующий немедленного разъяснения:

   - Дариан, объясни, пожалуйста, а почему у некоторых одна тату, а у других - две.

   - Имеющие две тату обрели своих избранников. И у мужчин, и у женщин на висках выражены их сущности и сущности пары. Чаще всего пары имеют сущность одного вида, но бывают и такие, у которых они разные. Чем сильнее интенсивность расцветки сущности, тем полнее ее связь с хозяином и у него больше возможностей пользоваться способностями животной половины. Моя вторая сущность называется свон, который не только слишком редко встречается в природе, но и крайне редко его дух соединяется с дуовитом. И как ни странно, тебя тоже выбрал свон своей хозяйкой. Знаешь, ты также прекрасна во второй ипостаси, как и в первой. Никогда не видел серебристого свона раньше. Для меня чудо уже то, что я, наконец, обрел тебя, а мой свон встретил в тебе свою вторую половину, подходящую ему по виду. Просто необъяснимая удача. Если виды сущностей не совпадают, связь между дуовитами не может быть полной.

   Дариан взял меня за руку, от чего по коже забегали мурашки, и повел обратно по образованной нашей, хм-м-м, прогулкой тропинке. Незнакомец в поле видимости не появился. Я решилась продолжить:

   - И что мне теперь грозит после того, как на виске появился твой свон?

   - Твоя сущность приняла меня, а значит мы связанная пара, и теперь ты принадлежишь мне, Дарина.

   Он остановился и пристально, с нажимом, смотрел мне в глаза, ища подтверждение сказанному. Но меня такое давление разозлило:

   - И кто это решил, позволено ли будет узнать. Неужели у меня совсем нет никаких прав, почему я не могу решать сама? Ведь я не дуовит!

   Его глаза снова почернели, а фигура превратилась в злобную статую.

   - ТЫ ПРИНАДЛЕЖИШЬ МНЕ! И никто не посмеет это оспорить. Я триста раз проходил через брачные игры и каждый раз, выходя победителем, оставался ни с чем. И вот, когда я смирился и потерял надежду, тебя приводят ко мне. Ты можешь себе представить, сколько усилий потребовалось, чтобы высидеть на месте столько времени, выясняя о тебе все и не имея возможности прикоснуться, глубже вдохнуть тот единственный аромат, который я мечтал ощутить более пятисот лет. По закону ты можешь мне сейчас отказать, но я потребую участия в следующих брачных играх, и поверь, ЛЮБОЙ ценой их выиграю. И тогда закон будет на моей стороне, хоть и через год, но ты все равно станешь моей. Ты хочешь получить эту бессмысленную отсрочку, ренна?

   - Э-э-э-э, а сколько тебе лет, Дариан? - я в ступоре смотрела на него, переваривая сказанное.

   Он напряженно посмотрел на меня, а потом с трудом выдавил:

   - Шестьсот двадцать один год, Дарина. Это много для тебя, я знаю, но дуовиты живут слишком долго, и старость приходит не на первом десятке тысячелетий. Нас осталось слишком мало, и каждый на счету. Из-за войн, болезней, банальной скуки, распрей и внутренних интриг наша раса вымирает. Дети - все большая редкость, а уж рождение девочек - это благословение небес. Мы живем обособленно друг от друга, в отдельных родах или кланах. Дошло до того, что семьсот лет назад Совет Дуовитов принял решение о проведении брачных игр для особей мужского пола. И теперь победитель имеет право на обязательном ежегодном собрании всех незамужних женщин проверить их на наличие своей пары. Если он ее не находит, то после него такое же право получают те игроки, которые пришли вторым и третьим номером. Конкуренция слишком высока, ведь на одну женщину может претендовать несколько мужчин, подходящих ей по сущности. Из-за этого на играх борются за победу, даже не будучи уверенными, что обретут избранную, просто надеясь на чудо. У нас жестокий мир, Дарина, и играем мы не всегда честно. А теперь, зная какой приз ждет меня в случае победы, я не уступлю никому, МОЯ ренна. Так что у тебя нет шансов улизнуть от меня.

   Его речь, пронизанная горечью, страхом и несгибаемой уверенностью в том, что он говорит истину, вызвала у меня ощущение обиды и жалости к нему. Обидно, что я просто приз, а не самая любимая женщина на свете. Жалко, что такой привлекательный мужчина в "самом расцвете лет" страдает от одиночества так же, как и я.

   - Я не хочу быть чьим-то призом!

   - А чего ты хочешь, ренна? - хрипло прошептал, склонившись, требовательно и в тоже время с надеждой, заглядывая мне в глаза.

   - Хочу стать единственной, без которой невозможно жить и дышать. Хочу быть любимой не по принуждению или из-за отчаяния не найти другую, а потому что я такая есть, и другой просто не надо! - ответила, пытаясь хоть немного скрыть горечь своих слов.

   - А ты, Дарина, ты сама к этому готова? Или это привилегия только мужчины - любить? - ответил он, не скрывая своей многолетней отчаянной надежды найти подобные чувства в ком-то близком и родном ему.

   Я же смотрела на него и отчетливо понимала, что вижу потрясающего мужчину, от вида которого текут слюни, и за которым пойду хоть на край света, причем долго не раздумывая. Можно сказать, побегу, если только пальчиком поманит. Бог ты мой, КАК это могло случиться? Неужели жизнь меня ни чему не научила. Но ведь даже тот факт, что я его не ВИЖУ, говорит в пользу Дариана, забивая последний гвоздь в крышку гроба, где упокоены мои разумность, осторожность и практичность. Рядом с ним они скоропостижно скончались, хотя до этого целых двадцать пять лет служили верой и правдой.

   - Дар, а дети у тебя есть? - я почему-то испугалась, ожидая ответа.

   - Нет, Дарина, детей у меня нет. Вообще, у дуовитов принято заводить детей в браке, найдя свою половину. Как ты понимаешь, продолжительность и образ жизни, присущие нам, весьма способствует этому. Детей заводят в паре, маленькая моя. Пара - это не просто связанные между собой сущности. Это нечто большее. Наши духи сливаются между собой, образуя единое целое, и чем сильнее слияние, тем полнее связь. Некоторые пары, у которых очень сильна связь, полностью чувствуют друг друга независимо от расстояний, мысленно общаются друг с другом. Наша связь нерасторжима. И я, наверное, огорчу тебя, единственная моя, но наша связь уже осуществилась и с каждым мгновением только крепнет. Я вижу - ты недовольна, но не отвергаешь меня, и я тебе не противен.

   Только открыла рот, чтобы показательно возмутиться, как заметила, что продолжаю держать его за руку, а второй нервно перебираю его пальцы и поглаживаю запястье, в попытке успокоиться. Я покраснела как маков цвет, от стыда даже уши вспыхнули, уже начала разъединять наши руки, как он, крепко схватив меня за руку и быстро прижав к себе, поцеловал. Как только он коснулся моих губ, снова поплыла, растекаясь у его ног. И если одна часть меня громко возмущалась подобным тряпочным поведением, то вторая - просто наслаждалась поцелуем и его ароматом, снова окутавшим меня с ног до головы. Мр-р-р!!! Все же найдя в себе силы отстраниться, я молча потопталась, не глядя на него, а потом буркнула:

   - Так не честно затыкать мне рот.

   Он засмеялся уже более расслабленно и, подхватив меня на руки, легко и быстро зашагал к появившемуся из-за буйной растительности дворцу, сопровождаемый всеобщими любопытными взглядами. Уткнувшись ему в ямочку между ключицами, спрятала свое пламенеющее от смущения лицо. Однако надолго меня не хватило:

   - Скажи, а я тебе хотя бы внешне понравилась, или ты только по воле природы на меня клюнул? - уж очень сильно этот вопрос мучил.

   Он остановился, все так же крепко прижимая к себе, и мягко ответил, ласково глядя в глаза:

   - Меня природа не заставляет, просто она гораздо лучше знает, что нам идеально подходит. И поверь, я с ней полностью согласен. Прекрасней тебя никого не видел, ни у одной женщины нет такого восхитительного аромата, как у тебя, и такой нежной белоснежной кожи, и волос, светящихся как третья луна, освещающая ночной Траван. Наши поэты слагают ей песни. Ты идеальна, а главное, ты моя и значит лучше всех.

   "Интересный вывод, а главное - бесспорный". - с облегчением подумала я.