70. Все по своим местам

Ксандер

Конечно же я знал, столь дорогие моему сердцу минуты не могут длиться вечно, но не думал, что они оборвутся так скоро, сменяясь нападением, в том числе и словесным.

Я только поверил, что достучался до Кристел, что смог донести до нее самое важное и она согласится стать моей, как тут появились те, которых в данный момент увидеть не ожидал.

Обида, предательство, разочарование, гнев, желание отомстить… Все эти эмоции я наблюдал как в глазах Демерона, так и на лице сестры Крис. Я чувствовал вину перед другом, что водил его за нос, что не рассказал о своих чувствах. Но с другой стороны в чем именно я виноват? Что полюбил? Что не смог совладать с самим собой и впустил в свое сердце девушку, понравившуюся моему другу? Даже если и так, взаимностью она ответила мне, а не Демерону. Да, это больно, да, можно посчитать за предательство, но ведь я не препятствовал развитию отношений, Кристел сама не захотела строить их с ним. Неужели за то, что мы испытываем с ней чувства друг к другу, меня можно ненавидеть?

Прикрывая собой Крис, охваченную эмоциями, пытался оградить от слов ее сестры, которые ранили больнее ножа. Она знала, на что давить, знала, как посильнее ударить, именно поэтому орала на всю академию, что Крис ее предала…

– Ненавижу тебя! – вскрикнула старшекурсница, в порыве гнева спуская с ладони сгусток чистой энергии, который с легкостью мог разнести стену в клочья.

– Ты что… черт! – ахнул Демерон, мгновенно перепрыгивая через перила и за долю секунды оказываясь рядом со мной. Он вскинул руку, выпуская мощный порыв ветра.

Мой свист, который должен был расщепить магический сгусток на мелкие части, вырвался одновременно с действиями Дема. Даже несмотря на обиду он решил встать на нашу сторону и защитить от удара.

Все случилось так быстро. Вот вроде на нас мчалась разрушительная мощь чистой магии, выплеснув которую сестре Кристел придется долго восстанавливаться, вот мы с Демом пытаемся ликвидировать надвигающуюся катастрофу, но нас опередили… Белый смазанный силуэт пронесся совсем рядом… Прыжок и все прекратилось, а перед нами появился Никс, шерсть которого искрила магическими всполохами. Королевский барс лишь облизнулся, быстро оглядывая нашу троицу, а затем сместил взгляд на сестру Крис, сползающую по стене и падающую в обморок.

– Рейлин! – Кристел распихала нас с Демом, устремляясь вниз по лестнице. – Лин, очнись! – шмыгала носом она, терзая мое сердце своими слезами.

«Почему? – задавался я вопросом. – Почему, чтобы обрести счастье, нужно для этого пройти все круги ада?»

– Я помогу, – устремился следом. – Не переживай, она просто выплеснула почти весь свои магический резерв, ей нужно восстановление, – пытался я успокоить первокурсницу, прижимающую голову сестры к своей груди.

«Это все случилось из-за меня. Я виноват, что Кристел сейчас беззвучно плакала, проклиная себя за то согласие, которое позволила проявить ко мне, что Демерон утопал в обиде, молчаливо стоя у меня за спиной… Мой привычный мир пошел трещинами, но это не значило, что я сожалею. После дождя всегда появляется радуга, так и со мной – стоит осколкам моей серой жизни осыпаться, и предстанет другая картина, с новыми красками. Более яркая и эмоциональная. В ней я буду счастлив, в ней я буду любим. Перестану быть отбросом в глазах отца, перестану цепляться за него и буду сам вершить свою судьбу. Эти мгновения стали переломным моментом, позволяя осознать, что впереди ждет еще много чего, в том числе и плохого, но я готов ко всему, если в моей жизни будет Кристел».

Чувствуя вину, я подхватил на руки бесчувственное тело Рейлин и понес ее в сторону целительского крыла. Крис последовала за мной, как и Демерон с Никсом. Всю дорогу мы сохраняли тишину, нарушаемую топотом туфель и ботинок.

Целитель не стал задавать лишних вопросов, но по его лицу я понял, что об этом обязательно будет доложено ректору, а следовательно вопросов избежать не удастся. Хотя… что-то мне подсказывало, он и так уже в курсе всех событий.

– Я побуду с ней, – шепнула Кристел, не смотря в мои глаза.

Хотел коснуться ее руки, поддержать хоть как-то, но она развернулась и скрылась в палате, прикрывая за собой дверь.

Постояв совсем немного в пустом коридоре, развернулся и направился в обитель. Нужно было объясниться перед Демероном, но это лучше делать там, где точно никто и ничего не услышит.

Воздушник все понял, шагая рядом. Он, по всей видимости, и сам не горел желанием поднимать эту тему там, где в любой момент могли появиться ненужные уши и глаза.

Стоило переступить порог обители, как в лицо ударил сильный порыв ветра, отбрасывая меня в сторону.

– Злишься, – произнес я, смотря на друга, волосы которого развивались от собственной магии, кружащей вокруг него.

– Нет, не злюсь, – мотнул он головой. – Мне больно! Сильно больно!

– А мне? – не выдержал я, повышая голос. – Думаешь, мне нет?! За эти последние дни я пережил столько, что не сосчитать!

– Не дави на жалость, Ксандер, – стиснул зубы друг, сжимая пальцы в кулаки, – не поможет! Ты слышал, как я рассказываю вам с Нейманом о своих чувствах. Видел, как сильно я переживаю и пытаюсь привлечь внимание Кристел, но вместо того, чтобы поддержать меня, ты либо молчал, либо… злился… – ахнул он, понимая причину моего поведения. – И как давно?

Я понял суть его вопроса, но отвечать не спешил.

– Как давно, я тебя спрашиваю?! – рыкнул Демерон, и порыв ветра ударил в оконную раму, распахивая ее настежь.

– Мои чувства к ней появились с самого первого дня, – неотрывно смотрел в наполненный мучениями взгляд Дема. – Только изначально они проявлялись как раздражение и нежелание верить ей, ведь я считал, что Кристел такая же, как и все…

– Да ну?! – скрипнул зубами воздушник. – А потом до тебя дошло, что она особенная! Да?!

– Да! – рявкнул я. Вообще-то не одному ему сейчас было сложно. – Дошло! И когда это случилось, я начал бороться с собой! Начал внушать себе, что Кристел мне не пара, что нам никогда не быть вместе, но с каждым днем становилось только хуже! Я влюблялся в нее все сильнее…

– Достаточно! – Демерон вскинул руку, и люстра над его головой закачалась в разные стороны. – Она мне врала! – воздушник яростно замотал головой, пытаясь совладать со своими чувствами. – Говорила, что ее сердце не занято! Что она никого не встретила!

– Кристел тоже было тяжело… – шагнул я вперед, собираясь встать на защиту девушки.

– Я как идиот кружил возле нее! – повысил голос воздушник. – Готов был бросить весь мир к ее ногам! Собирался познакомить со своей семьей! Ты знал мои планы, знал, что она никогда не ответит мне взаимностью, но молчал!

– Вообще-то тебе говорили, – раздалось спокойное от дверей.

Я сместил взгляд, наблюдая Неймана, который стоял привалившись плечом к косяку.

– Ты тоже? – задыхался Демерон. – Тоже обо всем знал?

– Только слепой бы не заметил, как они смотрят друг на друга, – хмыкнул Ней. – Между ними чувства, и они взаимны, так что возьми свои эмоции под контроль и прекрати орать на всю академию. Надеюсь, ты выше того, чтобы кинуться махать кулаками, потому что девушка выбрала не тебя…

– Дело не только в этом! – взревел Демерон. – Я перед вами душу изливал, а вы, зная правду, зная, что мне ничего не светит, тихо молчали!

– Да, я виноват перед тобой! – крикнул я. – Виноват, что ничего не сказал, не поделился тем, что происходило со мной и прошу прощения, но только за это! Не жди от меня, что я буду извиняться за свое влюбленное сердце! Такое нельзя предугадать, как и контролировать! Я люблю ее! Слышишь?! Люблю! – магия бежала по венам, словно приветствуя мое признание. – И не отдам Кристел ни тебе, ни кому-то другому!