19

Катя

Удивительно, но едва я выхожу из дома Марата, тут же начинается дождь. Словно в самой слезливой мелодраме. Словно со мной вместе заплакало само небо. Обняв сумку обеими руками, я шагаю в него, надеясь, что он скроет мои слёзы.

Так я и иду к остановке. Не удивительно, что Марат снова отнёсся так ко мне. Так, как я и заслуживаю. Я ведь предала его. И Кира тоже.

Ещё с самого начала, согласившись с ними на отношения. Я просто ничтожество…

Холодные капли бьют по телу. Телу, которое до сих пор ощущается грязным и не моим, чужим. От липких прикосновений физика мне хочется и сейчас блевануть. Так противно мне никогда не было. Никогда я не чувствовала себя такой пустой. Словно моё тело мне не принадлежит. Даже ногами двигать сложно. Еле иду, если честно.

В автобусе меня сторонятся. Будто я прокажённая. А я всего лишь промокла под дождём. Хотя у меня всего лишь болит… Всё. Душа, сердце, тело. В голове только слова, которые я не смогла сказать…

«Я люблю вас. Обоих. И так как наши отношения невозможны, я уйду. Потому сохраните хотя бы ту связь между вами…»

Попытка изнасилования кажется пустяком по сравнению с тем, что произошло позже. Хотя когда-то…

Доезжаю до дома и там ещё раз принимаю душ. Но уже более основательно. Пока слёзы текут рекой, не останавливаясь, я тру своё тело массажными щётками и мочалками, чтобы стереть несколько слоёв кожи. Чтобы стереть любое его касание. Чтобы хотя бы немного стало легче.

Но легче не становится. Я не могу достать до сердца и прополоскать его в холодной воде. Чтобы не так сильно заходилось, чтобы не мешало мне дышать, быстро стуча в грудной клетке.

Читаю сообщения от сестры уже в кровати. Желаю ей спокойной ночи и по привычке захожу в чат с Кириллом. Но уже в последнюю секунду останавливаю палец на кнопке с трубочкой, прикусив губу.

Нет, я определённо не могу больше ему позвонить.

Блокирую телефон и сворачиваюсь в клубочек. Стону тихо, словно раненый зверь. Мне так больно и так жутко. И в этом виновата одна я. Только лишь я стала причиной всех этих проблем. Даже этот урод… Мне стоило быть осторожнее. Мне стоило хоть немного думать о последствиях, а не пускать всё на самотёк.

Уснуть не получается. Даже притащив любимого медведя Ксюши и вдохнув родной запах сестры мне не стало легче. Только ещё хуже и противнее.

За ночь меня несколько раз выкручивает перед унитазом, но я сразу себя успокаиваю тем, что не могу быть беременной. Абсолютно каждый раз мы использовали с Маратом презервативы. А с Киром и вовсе ничего… Не было. К тому же, у меня недавно были месячные. И, вообще, ещё очень много факторов для того, чтобы быть уверенной в одном - я не беременна. Это тошнота от пережитого и от того, насколько всё наихудшее собралось, накопилось и случилось в один миг.

В половину пятого утра домой приехали Ника и Таня. Я сидела на кресле и попивала крепкий чай, чтобы хоть немного стало получше. Там меня девочки и застали.

- Ты чего… - Ника видит мои губы и замолкает. - Что случилось? Кто это сделал?

Я отвожу взгляд и вздыхаю.

- Ребёнок спит? - Ника кивнула на комнату Ксюши, но я качнула головой. Подруга так забавно и очень нежно называла мою сестрёнку.

- Она у подруги с ночёвкой, - ответила я. - Вы отдыхайте после смены, дорогие мои. Мне просто плохо и я пытаюсь не блевануть собственным желудком.

- Что случилось?

Удивляюсь самой себе. Но я всё рассказываю девушкам, не скрывая ничего. И при этом снова плачу, меня снова выворачивает разок в ванной. А после кефира, который, на удивление, купила вот утром уже Ника, немного отпускает. Девушки переодеваются в домашнее. Таня решила переночевать у нас, потому что в её квартире кого-то травят. Чтобы меня снова не стошнило, девушка не развивает эту тему. Олька съехала к другим подругам на время, а Ника приняла Таню. Да и я не встала против.

- Пиздец, - Таня качает головой. - Катёнок. Вот скажи мне на милость! Когда ты научишься писать нам сообщения? Понимаю, мы немного старше и может, думаешь, что ты навязываешься… Но я прошу тебя, - подруга взяла мою руку. - Нет, требую! Чтобы ты нам писала в любом случае. Тебе ведь не нужно всегда быть сильной и со всем справляться самой!

- Не наезжай, - Ника пересела и обняла меня. - И так ведь плохо. А что делать с этим мудазвоном? - Ника хмурится. - Если Неверов не сдержит своё слово и не проконтролирует, я попрошу Рому…

- Не надо, Ника… - прошептала я. Внутренне усмехнулась на её слова. Вряд ли Марат будет что-то делать после всего, что я натворила. - Роме твоему я и так должна ещё большую сумму… - тихо всхлипнула. - Не сдержит и ладно… Просто… Просто я как вспомнила…

- Тщ-щ-щ, - Ника прижала меня к себе и вздохнула, пока я снова заплакала. - Что за мудаки?! Сначала пугал, конченая мразь, несколько недель! После ещё и посмел тронуть мою малышку… Сама грохну, если скажут куда увезли!

- Уверена, что хочешь идти сегодня в универ? Ты выглядишь слабой, дорогая, - Таня хмурится, попивая из бокала мартини. Девушки сами пили, им сложно дался мой рассказ. Я из-за самочувствия не смогла бы пить. Хотя хотелось бы. Выпить и забыться.

- Знаешь, сколько мне нужно успеть? - я сглотнула. - Сейчас… Холодный душ, макияж и буду как новая.

- С болью в глазках, малышка, новой не будешь.

- Значит, почти, - усмехнулась я.

Так и решили. А ещё я сделала пару тестов, чтобы проверить на всякий случай. Хорошо, что в аптечке были и я могла ими воспользоваться. Они ничего не показали. Да и задержки не было.

Потому меня действительно могло тошнить от пережитого стресса.

Приказываю выключить паранойю, собираюсь в универ, и захватываю с собой маску для лица. Увы, мои распухшие и разбитые губы не скрыть макияжем.

Одеваюсь в закрытое - джинсы, гольф и сверху ещё кардиган с крупной вязкой. Натягиваю рукава до ладоней, чтобы максимально и неосознанно, конечно, скрыть своё тело. Это защитная реакция. И во мне уже бушует огонь несправедливости. Но он пока не так сильно горит и не сжигает меня, как это делает сильная душевная боль. А кардиган приятно ощущается на ощупь и дополнительно согревает. Хоть какой-то плюс.

Таня меня подвозит. Обещает на вечер придумать что-то вкусное и уезжает, наконец, спать к нам. Ника уже спала и видела, скорее всего, десятый сон.

Я же, натянув маску, иду внутрь универа и уверенно поднимаюсь на первую пару.

Мне так всё равно что сейчас обо мне думают. Правда. Иду, ни на кого не посмотрев, к свободному месту и сажусь, чувствуя на себе взгляды и резкую тишину от одногруппников. Ко мне вряд ли подойдут. Я мерзкая и грязная.

Кажется, все теперь знают о моей второй жизни и о двуличии… Обо всём.

Но внезапно рядом садятся Полина и Женя. Девушки окружают меня. И пока я замерла, пытаюсь не двигаться, чтобы не спугнуть их, Женька кладёт мою голову на своё плечо.

- Мы бы тебя отмазали, детка, - шепнула она. - Отлежалась бы.

- Не хочу, - выдохнула я. Смотрю на других девушек, но они явно не собираются ко мне тоже подходить. В их числе и пара парней, Даниил даже.

- Если эти конченные будут тебе что-то говорить, - наклонилась Поля ко мне, словно прочитав мысли. - Ничего не отвечай. Они просто стайка куриц, - девушка покрутила у виска.

Что ж. Я ожидала, что они все будут против меня. Но хотя бы мои бывшие соседки по комнате в общежитии не лишились здравого ума.

Наш препод по аналитике и структуре данных, нудный, но понятно рассказывающий свои лекции, начал пару через секунду после начала. И, слушая его монотонную речь я посчитала, что будет скучно и я смогу немного поспать. Усталость и истощение всего организма давало свой отпечаток на моё самочувствие. Я слабо понимаю рассказ препода, когда мне кажется, что прошло минут тридцать, по факту проходит всего десять.

А после в кабинет заходит небольшая делегация.

Я даже просыпаюсь.

В компании декана факультета и нашего куратора группы так же я вижу Неверова и Валесова, а так же двух его друзей - Рому и Сережку. И пока я нервно перебираю край вязанной кофты, Елена улыбается мне. А после прошла к преподу.

- Матвей Фёдорович, мы заберём Скворцову Катю, хорошо? - улыбнулась куратор.

- Да-да, конечно. Катенька, - мужчина по-доброму улыбнулся. - Обязательно после возьмите у подруг материал пары, если задержитесь.

- Спасибо, Матвей Фёдорович, - я привстала, погладила по плечу Женю. Но она встала со мной.

- Можно с Катей? - спросила быстро она. - Я переживаю.

- Хорошо, так и быть, - преподаватель хохотнул. И после отпустил ещё и Полинку.

Несмотря на то, что я готова была идти одна, поддержка девочек очень тепло отозвалась в моём сердце.

Мы выходим в коридор, и Марат тут же оказывается рядом со мной, пока Кир начинает с кем-то разговор по телефону.

Математик тем временем уверенно обращается ко мне, дыхнув ароматом мятной жвачки:

- Какого чёрта ты сегодня пришла в универ?

Ему ли не всё равно? Зачем он вообще спрашивает и зачем так близко подошёл?

Мне и так плохо. Еле иду за ними на дрожащих ногах.

- Нашёл время, еб твою мать, - Кирилл берёт его за руку и толкает вперёд. И тут же отвечает в динамик телефона. - Да-да, дядь. Мы тогда только тебя и ждём. Я встречу. Окей.

Они оба выглядят не очень свежо. Кирилл весь вроде бы бодрый, но глаза сонные. А Марат и вовсе зол до чёртиков, только мне не понятно - на кого именно.

На меня? За то, что его втянули за разбитое лицо физика?

Может быть.

На лестнице Кир останавливается и кивает декану:

- Я встречу адвоката и с ним приду, - затем повернулся к Марату и сузил глаза. - Держи себя в руках, сколько можно?

Марату такое отношение явно не нравится, но он спокойно выдохнул и кивнул. Словно прислушиваясь к разумному голосу Кира. И понимая, что он прав.

Мы спускаемся в кабинет ректора, где уже в приёмной я замираю и нервно дёргаюсь назад. На диване, с разбитым и опухшим лицом сидит он. Руки не в наручниках, рядом просто стоит полицейский. Но ужас, который меня пробирает до самых кончиков пальцев рук и ног заставляет меня вцепиться в руку Женьки.

- Привет, крошка! - весело реагирует физик. - Ты решила сделать из нашей романтики спектакль? Давай лучше по-хорошему разберёмся? Хочешь, я заплачу тебе? Сколько ты хочешь?..

У меня темнеет в глазах. Так резко, словно кто-то вырубил свет в комнате.

И я просто отрубаюсь, дойдя до края своего терпения. И теперь… Теперь мне становится хорошо и спокойно. И все беды просто исчезают.