Глава 28. Хасан

Придвинув журнальный столик, расставил бокалы с вином и сел в кресло. Рассчитывал, что Катя разместится на диване, но она решила иначе. Забралась ко мне на колени, скинула обувь, исхитрившись подмять под моё бедро пальчики ног и уложила голову мне на грудь. Руки сами потянулись обнять хрупкое тело.

– Знаешь, Хасан… – её голос, нарушил образовавшуюся тишину в комнате.

– Что? – хрипло спрашиваю, поглаживая её блондинистую головку, не знаю сам, почему? Мозг так диктует, а руки делают и мне нравится, даже слишком, что пугает. Смешно.

– Я не могу без тебя, – и прижалась сильней.

– Алкоголь развязал твой язык.

– Да… возможно, так и есть, но ведь я и не скрывала, что люблю тебя.

– Тебя это волнует, я чувствую.

– Чувствуешь?

– Да-а… – интонация птички говорит о том, что она улыбается. – Я слышу твоё сердце.

– И что там… оно есть? – решил скаламбурить, хотя самому крайне невесело.

– Даже не сомневайся в этом. Оно поменяло ритм после моих слов.

– Это возраст, – Катя тихо захихикала мне в грудные мышцы и сказала:

– Нет, какой ещё возраст… – а потом, вдруг, резко стала серьёзной, подняв голову, посмотрела с грустью, хмель понемногу рассеивался.

– Что случилось, – убрав за аккуратное ушко прядь светлых волос.

– Я соврала тебе. Мама действительно меня бросила, мы с ней не созваниваемся уже больше полугода, и вообще, в основном звонила я, по возможности, конечно, а когда поняла, что она там счастлива, оборвала полностью связь.

– Всё в порядке, девочка. Я знаю.

Уперев ладони в мою грудную клетку, отклонилась назад, вскинула брови и округлив глаза, потрясённо воскликнула:

– Знаешь, что меня бросила мама?

– Да, знаю, не будем говорить о ней.

– Ты прав, не будем, – сдулась птичка, льнув доверчиво к моему телу, а я мысленно уже убивал её мать за причинённые страдания. Какой надо быть конченной сукой, чтобы оставить своего ребёнка…

– Идём, уложу тебя спать.

– Нет! – вскинула на меня свою голову. – Не уходи, я тебя весь день ждала, – её ладошка касается моего лица, прикосновение изящных пальцев действует на меня безотказно, приём, который срабатывает только у этой хрупкой девушки, ни с одной другой не вызвал бы должного эффекта.

– И что тебе дома не сиделось, птичка, что за мода бродить по лесу? – отчётливо понимаю, что всё, поплыл окончательно и бесповоротно, глупо отпираться, не пацан, чтобы бегать от самого себя.

«Волк влюбился», – эти мысли за каких-то пару секунд вихрем пронеслись в моей голове. Хотя понял гораздо раньше. Набросившись на её губы, которые весь вечер, только и ждали моих поцелуев. Жадно, обхватив чувственные губки своим большим ртом, просовывая между жемчужных зубов наглый язык. Рывком, поднялся с ней на руках, перехватив под бёдра. Её ноги тут-же сцепились в замок вокруг моего торса, а ладони ухватились за мои плечи, ощутимо вонзая свои острые ноготки. Ещё больше возбуждает сознание того, что я вижу… сама она, ещё не понимает, ощущаю каждой клеточкой её рвущуюся сексуальность, в какую сторону направишь, в той и раскроется, расцветёт, подобно весеннему цветку. Переместив свои ладони, грубо сминая упругую попку, несу в спальную. Бросив на кровать, срывая с себя хаотично одежду и швыряя на пол, сказал:

– Всякий раз, я теряю контроль, когда нахожусь рядом с тобой, птичка, – прозвучало как признание, лишь доказывает, что я только озвучил.

– Сан, не нужно себя контролировать, когда мы вместе, – сбившимся дыханием ответила, откровенно шаря потемневшим взглядом каждый участок моего обнажённого тела, на котором остались лишь боксеры.

– Как ты меня назвала? – закинув колено на кровать, хищно подбирался к Кате, дрожащей от возбуждения.

– Тебе не нравится? – поинтересовалась она, облизнув свои губы.

– Повтори, – приблизив своё лицо к ней и собрав юбку на талии, раздвинул стройные бёдра, расположившись между ними.

– Са-ан… – протянула, томно выдыхая в мои губы.

– Мне нравится, – ответил, и вновь взял в плен её рот. Стягиваю кофточку с неё, разорвав поцелуй. Катя охотно подняла руки вверх, и одежда, включая бельё, поочерёдно, отправилась к моей, на пол. Подогнув одно колено под себя, расположившись сбоку от Кати, медленно веду распластанной ладонью от груди, задевая вздёрнутый сосок. Огибаю контуры точёной фигурки, кожа приятно ласкает мозолистую ладонь, балдею, обводя маленький пупочек. В тишине слышно лишь наше дыхание. Перевёл свой взгляд на её лобок, опустив ладонь, пробуя его гладкость на ощупь. Вчера я не рассматривал тело Кати так детально… оно прекрасно.

– Хочу тебя, пиз… очень, – признался.

– Чего же ты ждёшь? – дрогнувшим от возбуждения голосом спросила меня, а её пальчики робко поглаживали моё колено.

– Нельзя, девочка… нельзя, тебе не понравится.

– Мне понравится всё, что связано с тобой.

– Не хочу, чтобы ты шарахалась при упоминании секса или при виде члена.

– Я и не буду, – улыбнулась птичка, разметав волосы на простынях. – Хочу, чтобы тебе было приятно.

– Нам обоим, будет приятно, поверь. Раздвинь свои ноги, – поджав пальчики на ногах, глядя на меня расширенными зрачками, развела ноги в стороны. Опустив взгляд на блестящую от её смазки промежность, сдавил головку своего члена, чтобы прежде временно не кончить. С этой девочкой всё не так, всё совершенно по-другому… меня накрывает от вида её узкой пещерки. Сполз коленями на пол, ухватив Катю под бёдра подтянул к краю кровати. Тяжело дыша, наблюдающая за мной птичка, свела свои колени. Боится… но не сознается в этом. Будет делать так, как скажу.

– Насколько ты мне доверяешь? – задал вопрос.

– На сто процентов, – не задумываясь, ответила птичка, глядя на меня внимательным взглядом.

– Тогда расслабься, и если захочется, кричи.

– Что? – недоумённо уставилась на меня.

Ничего не ответив, в одно движение развёл её ноги закинув себе на плечи и крепким хватом, взялся за выпуклую попу. Лизнув влажный клитор, я губами всосав его в рот и всё это под Катин стон, похожий на скулёж. Я хрипло рассмеялся, не разрывая контакта.

«Это всего лишь куннилингус, что будет девочка, когда я тебя трахну?» – мысленно спросил её. Пару движений языком, и она ещё больше потекла. Сука! Я не выдержу… Заводит. Мускусный запах со сладковатыми нотками, у каждой женщины свой запах и свой вкус. Фруктовая девочка, любит сладенькое. Вылизывая каждую складку розовой плоти. Ухмыльнулся. Моя девочка. Кайфую от вкуса, от запаха, от действий… никому не отдам. Я разве что не прорычал эти слова на клиторе. Сжимаю, мну ягодицы. Уверен, синяков не избежать, но не могу остановиться. Углубляю свой язык в узкую дырочку поступательными движениями, будто членом, а она сочится на мой язык. Стоны становятся всё громче. Катя извивается, кайф, который я дарю, предназначен и распространяется на двоих, я как сумасшедший тоже кайфую, вылизывая её плоть и большим пальцем поглаживаю колечко ануса, слегка надавливая. Не могу оторваться от неё. С губ птички срываются крики, она дрожит подо мной, скоро моя девочка кончит, об этом мне говорит напряжённый клитор. Не ускоряю движения языка на розовой кнопке, если поторопиться, острые ощущения получатся смазанными, а я хочу услышать, как кричит Катя. Рисую в размеренном темпе круговую абстракцию, ещё и ещё…

«Давай, девочка. Подари музыку моему слуху», – обращался к ней мысленно. Чувствую на своём языке, как прошла первая волна оргазма в этот момент я засовываю свой палец в её лоно на всю длину и чувствую, как узкая дырочка сжимается вокруг моего пальца кольцом.

– Бля-ядь… – хриплю. Вторая волна оргазма накрывает Катю так, что она кричит на разрыв связок.

Спустив её ноги со своих плеч, глядя в расфокусированный взгляд, снял боксеры, отшвырнув их в сторону. Не сводя своего пристального взгляда от неё, облизал языком свои губы, от её соков, что блестели на моих губах. Медленно, пошло, как я и хотел, реакция не заставила себя ждать: губы птички приоткрылись, в глазах снова стало расти возбуждение, – я так и думал!

– Катя, ты готова ещё раз кончить?

– Хасан… я… – шокировано хлопнула ресницами, не произнеся более ни слова.

– Посчитаю это за согласие, – под её вскрик, резко, в одно движение перевернул на живот, подогнув ей колени к груди. – Вот так, попу выше! Ну давай же Катя, ты же сказала, что доверяешь мне. Так, что же, доверяешь или это были преждевременные выводы?

– Нет. Я тебе полностью доверяю Сан.

– Вот и умница, – расположившись позади между её ног, раскрыв половинки небольшой, но чертовски манящей попке и размашисто облизал, вырвав мучительный стон у её обладательницы, просунув пальцы в мокрую дырочку, и я размазал соки по попке. Вложил упругий член между половинок, зажав их ладонью, скользил чувствительной головкой, имитируя полноценный акт. По спине стекает капля пота, создавая щекочущее чувство. Нащупав ненасытный клитор, снова ласкаю его в этот раз пальцами, напряжённо приближаясь к разрядке, работая бёдрами в полсилы. Как же хочется жёстко войти в неё, до упора, почувствовать каждый сантиметр тугих стеночек лона, но пока нельзя. Катя застонала, я ускорил свои движения, скользя между ягодиц до тех пор, пока не почувствовал, что секунда-другая и я кончу. Рыкнув, перевернул её на спину. Горло рвёт от хриплых звуков, передёрнул член в зажатом кулаке и кончил, бурно, до натяжения жил на шее. Выстреливая спермой, попадаю на живот и часть лица. Возвышаясь над ней, пытаюсь отдышаться. Развёл ноги широко, щёлкаю пару раз по клитору, зажимая между пальцев, и Катя разлетается на атомы, не забыв порадовать мой слух своими голосовыми связками. Какое-то время наблюдаю, как её тело бьёт мелкой дрожью, постепенно приходя в себя. Склоняюсь над ней, двумя пальцами собираю с правой щеки вязкую сперму, подношу к губам и хрипло говорю:

– Открой рот, Катя, – она открывает и с таким удовольствием сосёт мои пальцы, как если бы это был мой член, слизывая с них сперму, глядя мне в глаза! И будь я проклят, если в них снова не проснулась похоть! Сука! Снова хочу её…