Глава 52
Глава 52
- Ну вот мы и на месте. – Крайтон остановился у массивной двери в дальнем краю мужской половины.
- Что здесь? – спросила я, с удивлением отмечая, что мой провожатый заметно взволнован.
Спина его выпрямилась, плечи расправились, прохладные пальцы снова сжали мою ладонь, а в глазах засветились гордость и даже (я – не я, если не права) какой-то немного ребяческий восторг. Предвкушение – вот точное слово для описания того, что было нарисовано на его лице. В общем, я уже почти лопалась от любопытства.
- Сокровищница рода герцогов Малейских. – торжественно сообщил он, - Пойдёмте. Я очень хочу, чтобы вы это увидели.
Воображение тут же нарисовало горы золота и сундуки, полные драгоценностей. Ну что ещё в первую очередь может ассоциироваться со словом «сокровищница», у современного человека? В основном то, что связано со сказочными историями из детства. Ну деньги, богатства – зачем мне на них смотреть? И так ведь понятно, что герцогство процветает, и монеты у семьи водятся. Неужели Крайтон решил похвалиться и впечатлить меня их количеством? Так на него, вроде, не похоже. Не водилось до сих пор за парнем склонности к подобного рода эпатажу.
Дверь передо мной распахнулась, и я поняла, как ошибалась. Во-от, а нечего делать «кривые» предположения заранее. «Собачка» в голове у каждого своя. Даже неловко стало, что чуть не подумала про герцога ерунду.
Это был зал славы рода Крайтона. И для него он действительно являлся настоящей сокровищницей. Да что там, у самой дыхание перехватило. Я как будто ступила в историю. Понятно, что мы с Шерлоком и сестрой и так уже находились в иной реальности, но к ней мы почти привыкли. Здесь же хранилось прошлое этого мира в реликвиях герцогской семьи.
Помещение с порога впечатляло торжественностью обстановки. Крайтон одну за другой зажигал свечи, освещая убранство в бордово-изумрудно-золотых оттенках – гербовых цветах дома. Я его уже видела, ну, герб. Он был изображён на флагах замка и над каждым входом. Здесь же огромное полотнище занимало едва ли не четверть одной из стен.
Сейчас попробую описать.
Это был полуовал, увенчанный трезубым подобием короны, поделенный на три сектора.
- Верхний, золотой – цвет короля. – заметив мой пристальный интерес, начал пояснять Крайтон. – Бордовый в нижней левой трети – исконный оттенок нашей семьи. Дело в том, что мы не всегда были герцогами.
Я отвлеклась от созерцания древнего полотна и, ожидая продолжения, подбадривающе посмотрела на рассказчика.
- Да-да. – с улыбкой кивнул Крайтон, - мой пра-пра-пра-прадед получил этот титул в дар от короля за то, что оказал ему неоценимую помощь в войне за страну и за корону. Это были страшные времена смены династии. Данио Элпай, мой предок, был тогда всего лишь, представьте себе, бароном и дальним родственником пра-пра-пра-прадеда ныне здравствующего короля. Правда, очень богатым. Благосостояние семьи в те времена процветало, в основном, на виноградниках и производстве благородного вина. Секрет его производства очень древний и хранится в величайшем секрете, как достояние семьи. Отсюда и выбор цвета в гербе…
Так вот, кроме железной деловой хватки, со слов Крайтона, Данио Элпай обладал недюжинной прозорливостью в политических вопросах и военным талантом. Если коротко, то он рискнул «поставить на карту» всё, сколотил собственную армию и отправил её в ряды родственника – одного из главных претендентов на корону.
Но даже не это, наверное, главное. Барон Элпай, хоть и не обладал солидным титулом, однако, человеком был уважаемым и, вроде Кетано Блона, вхожим в любое общество. Он сумел найти способы объединить вокруг будущего короля людей. От самых простых до рассоренной в тот момент близкой родни кандидата на престол. И сам вышел, так сказать, на поле боя. Такой вот был отчаянный мужчина.
В общем, сыграл, если можно так выразиться, роль положительного «Серого Кардинала». И, как это не слишком часто, но бывает, получил за её блестящее исполнение заслуженную награду. Титул и обширные плодородные земли, добавившие изумрудный цвет в герб. Не все в тот момент оказались согласны с таким распределением материальной благодарности от победителя в гонке за высшей властью, но такова была воля нового короля.
И смысл её (благодарности) заключался не только в том, чтобы отметить заслуги барона или позлить окружение, но и в том, чтобы доверить эти земли толковому управленцу, способному достойно поднять их в послевоенное время. Ну что, как мы видим, его величество не ошибся в своём решении.
- И вот, посмотрите… - герцог указал на изображение ладони в центре полотна, - это знак того, что мой предок был удостоен чести называться левой рукой властителя государства. К слову сказать, Данио Элпай мог отказаться от бордового цвета в новом гербе…
- Зачем? – я слушала Крайтона, как зачарованная.
Это сейчас излагаю эту историю сжато, на самом деле всё звучало более захватывающе, подробно и эпично.
- Ну как объяснить… Чем ниже род, тем больше в гербе цветов. К своему присоединяются вассальные.
- А, поняла. То есть к баронскому добавляют избранный графский, плюс герцогский и коронный?
- Верно. По этому порядку, наш главный символ должен был стать двухцветным. Но это означало бы отказаться от части прошлого. Кое-кто тогда так и поступил. В высшем свете, как правило, принято превозносить древность титула рода и всячески указывать на его старинность, даже если это не так. Мой далёкий дед решил по-своему. Он помнил, кем родился, чтил память предков и гордился тем, что герцогство для себя и своих потомков было им честно заслужено. – Крайтон вздохнул, успокаиваясь после эмоционального рассказа. - И я горжусь.
- А… где он здесь? – я повернулась вокруг. На других стенах в несколько рядов располагалась галерея портретов в тяжёлых позолоченных рамах.
- Сейчас. – Крайтон подошёл к картинам и указал на одну из них. – Вот он, Данио Элпай Тимерон, первый герцог Малейский.
С полотна на меня смотрел статный седовласый мужчина с серьёзными глазами и очень умным, благородным лицом. А рядом сейчас стояла и с несказанной гордостью взирала на предка его… молодая копия. Честное слово. Портретное сходство было настолько явным, что я даже не удержалась и несколько раз проверила впечатление.
- Говорят, мы очень похожи. – Крайтон не удивился моей реакции.
- Не то слово. Одно лицо. – подтвердила я. – А выше?
- Это его предшественники.
- Странно, картины не выглядят слишком старыми. – я осторожно провела пальцами по одному из багетов.
- Отец ещё два года назад распорядился, чтобы их реставрировали.
- Дальше, получается, наследники?
- Верно. В этой комнате только продолжатели рода. Семейные портреты в другом хранилище, на всё даже места толком не хватает.
- А… вот эта женщина, кто она? – я указала на единственную в представленном здесь семейном «пантеоне» представительницу слабого пола.
Её изображение находилось рядом с портретом первого герцога. Дама была немолода, но очень красива. Удивительно, как достоверно, дотошно и живо художник прорисовал даже самые мелкие черты её образа. Каждую седую прядку в густых, уложенных в свободную причёску, некогда тёмных волосах. Каждый лучик-морщинку вокруг светящихся теплом и мудростью глаз.
- Это Далиона Элпай. – «оттаял» взглядом Крайтон, - супруга Данио Элпая и хранительница рода. Весь трудный путь она прошла рядом со своим мужем и была ему не просто женой – другом, соратником, советником и любовью всей его жизни. Он даже в завещании отдельной строкой указал, чтобы рядом с его портретами, где бы они не находились, во все времена оставалась она. А сама Далиона, кстати, всегда настаивала на том, чтобы её изображения не приукрашивались.
- Талантливая работа. И фантастический союз. – я не могла оторваться от мистически притягательной картины.
- Да. Как гласят семейные легенды, удивительная была женщина. Сильная, смелая, умная, преданная и очень добрая. Вы бы с ней подружились. На схожести характеров.
- Что? – я даже не сразу сообразила, что речь зашла обо мне, - Ваша светлость, не преувеличивайте. Не стоит приписывать мне…
Ой, оправдываться и «махать руками» показалось до невозможности пошлым.
- В общем, лишнее это. – стушевалась я. – Лучше давайте продолжим наше исследование.
Крайтон промолчал, лишь ответил мне тёплым, но твёрдым прабабкиным взглядом, мол, я могу думать, как хочу, но каждый остаётся при своём мнении.
А дальше он повёл меня в следующую комнату. И там. (о, боги!) показал надраенный до слепящего блеска турнирный доспех Данио Элпая. Так называемый, «белый», если я правильно помню. Это когда не так вот, как, чертыхаясь, рассказывал Серёга про своё облегчённое снаряжение, а натуральный капец в полный рост. Неподъёмная броня от макушки до пяток, в которой можно только неподвижным муляжом скакать на коне с копьём, каковое в несгибаемую руку приладил оруженосец. Говорю же, памятник прошлого.
Правда, более ценной реликвией мужчинами многих поколений почитался не этот блестящий и жутко дорогой архаизм, а реальный боевой доспех предка. Считалось, что в нём живёт боевая удача рода. Он хранился отдельно и надевался потомками в сражениях. Мир, как выяснилось, на этой земле воцарился далеко не сразу.
О том свидетельствовали батальные сцены на драгоценных гобеленах домашнего музея памяти семьи, трофеи, добытые в боях – знамёна и оружие поверженных врагов.
- Помните про левую руку в центре герба? – рассказывал Крайтон, - Такая же, только правая, имеется на гербе наших соседей – герцогов Иданских. Они стали главной боевой силой на стороне короля. К тому же, сам Гаэтано Иданский был двоюродным братом его величества, ему получить герцогство сам бог велел…
Так вот, эти два почтенных предка не слишком искренне друг друга любили, однако, договариваться умели и свой век соседствовали вполне мирно. Им других забот хватало, имелось, куда применить военную мощь. В частности, помочь удержать новому королю завоёванную власть.
А вот когда всё более-менее устаканилось и на смену отцам пришли дети, сынок этого Гаэтано решил, что негоже отпрыскам какого-то «баронишки» иметь в хозяйстве такой жирный кусок земли. Ну и… решил оттяпать себе «краюшку».
Соседские разногласия закончились только со смертью зачинщика противостояния. Когда у руля встали внуки. Крайтон показал мне золотой драгоценный кубок, из которого пили мировую эти мудрые люди, заключая соглашение, свято чтимое и поныне.
Были здесь и другие драгоценности. Например, набор рубиновых украшений, в котором женщин наследников рода принимали в семью. В смысле, замуж они в нём выходили. Я столько рубинов такого размера и чистоты в жизни не видела.
Да всего не перечислишь. Мы так увлеклись, что не заметили, как наступил вечер. И это ещё до библиотеки с уникальными свитками и книгами толком не добрались.
- Мари, я совершенно забыл правила гостеприимства и заморил вас голодом. – на пороге оной спохватился Крайтон.
- О-о, нисколько о том не жалею. Это всё… просто потрясающе! – тряхнула переполненной впечатлениями головой в ответ, - Но вы правы, если появится такая возможность, продолжить лучше в следующий раз. Нас наверняка потеряли.
Конечно же нас потеряли. И, судя по выражениям Лилькиного и Серёгиного лиц, меня ожидал о-очень пристрастный допрос.