Эпилог 2

Вадим

Несколько лет спустя

Сегодня последний показ в жизни Любы как модели. Неделя моды в Москве. Более яркую финальную точку в модельном бизнесе сложно представить. Она ушла за кулисы, оставив нас в зале, где мы заняли половину второго ряда.

Да, нас много. Семья Котовых разрослась. И пускай не у всех из нас эта фамилия, по духу мы одна большая семья.

— Не верю, что сегодня её последний показ, — шепчет Алиса, наклонившись к моему уху. — Я думала, она шутит.

— Люба давно об этом думала. И сейчас настал тот момент, когда пора это сделать.

— Мы чего-то не знаем? — интересуется Алиса хитро.

Такая же проницательная, как и её тётя. Да, у нас припасен маленький секрет, который мы планируем рассказать своим сегодня вечером.

У нас забронирован столик в кафе. Этот день должен закончиться волшебно. В кармане пиджака лежит маленький снимок, который ждет своего часа и возможности быть увиденным.

— Не понимаю, о чём ты, — отвечаю спокойно.

— Да, конечно.

— Алис, я сейчас начну ревновать, — слышится голос Родиона, а мне охота закатить глаза.

В моём доме его называют драконом. Он так окружил Алису заботой, что той даже чихнуть нельзя, пацан сразу несется в аптеку. Иногда мне кажется, что его любовь слишком сумасшедшая и попахивает клиникой. Но кто я такой, чтобы судить других, когда сам не сильно здоров от своих чувств к жене.

— Начинается, — подает голос Катя, и все как по команде замолкают.

Свет в зале тухнет, а подсветка подиума, наоборот, загорается ярче. Появляется модельер со своей вступительной речью, а потом уходит за кулисы. Включается музыка, на дальней стене загорается пламя, и из него, словно из искр, появляется Любовь.

Сегодня она открывает показ. Волосы, она, кстати, вернула свой природный цвет, что меня очень радует, заколоты на затылке, а свободные, подкрашенные в красный концы, лежат на плечах. Её стройную фигуру прячет оригинального кроя платье. Очевидно, это огонь. Сложно понять, что хотел сказать модельер, но платье очень эффектное.

— Ты всегда чувствуешь это, когда смотришь на неё на подиуме? — спрашивает Алиса.

— Что чувствую?

— Гордость?

— Я чувствую не только гордость. Восхищение, возведённое в абсолют, вот что я испытываю, — завороженно глядя на Любовь, отвечаю Алисе.

— Она великолепна, — также шёпотом отвечает она.

— Подиумы всего мира созданы для того, чтобы она ходила по ним.

Алиса переводит на меня взгляд и улыбается.

— Что?

— Я всегда восхищаюсь тем, твоей любовью. Вашей. Вы для меня пример.

— Спасибо, — благодарно улыбаюсь ей, слегка толкая в плечо.

Любовь идёт чётко и уверенно, такое ощущение, что из-под её шпилек вылетают искры. Меня восхищает её умение перестраиваться. Вот сейчас она домашняя девочка Любаша в трениках и с гулькой на голове, а через минуту женщина вамп, которая одним взглядом способна отправить вас к праотцам.

Моя Любовь разная, в ней уживается столько всего: и великолепная хозяйка, и нежная жена, и потрясающая модель, и восхитительная тётя и сестра. С некоторых пор и очень грамотный бизнесмен. А теперь ей осталось открыть для себя самую важную роль — роль мамы.

Мы не планировали ребёнка специально и не подгадывали фазы Луны для идеального зачатия. Просто жили, наслаждаясь каждой минутой вместе. А кому-то там на небесах показалось, что нашей семьи для полного счастья ещё кое-кого не хватает.

— Я боюсь, — шептала Люба, когда мы выходили от врача. — Вдруг мы не справимся? Быть родителями — это так сложно.

— Мы справились с Катей и Алисой, когда были по одиночке, вдвоём с маленькой крохой точно сдюжим. Ты будешь отличной мамой.

— Ты это специально говоришь, чтобы я не нервничала.

— Я говорю только то, в чём уверен.

А я знаю, что мы справимся. К тому же мы не одни. У нас рядом всегда есть Алиса и Катюха, и Назар, который готов влезть в любую проблему, лишь бы помочь.

Мы их всех как раз сегодня собрали, чтобы сообщить новость. Теперь только так и делаем, потому что в памяти то и дело всплывает прошлый раз, когда Катя о Любе узнала после Назара. Сколько же она выпила моих нервов. Даже сейчас она умудряется нам это припоминать.

— Может, мне тоже попробовать себя на подиуме? — вдруг говорит моя сестра, вызывая у меня шок.

— Нет, тебе не надо, — говорит Рагим моментально.

— Это из-за возраста? Думаешь, я слишком старая для этого? — надувает она губы.

— Я думаю, у тебя крайне ревнивый муж, который будет устраивать разборки с каждым, кто будет на тебя смотреть, — отвечает Алиса.

— Блин, а я бы на это посмотрела, — веселясь, говорит Янка.

Смотрю на нашу молодежь и улыбаюсь. Они у нас все с характером и своим мнением, которое хрен заткнешь. Но когда собираются вместе, душевнее компании не найти.

— У неё ещё один выход? — спрашивает Алиса, указывая на подиум.

Перевожу взгляд туда. Моя девочка вновь блистает, правда уже в другом наряде. Скромное, но элегантное спереди и вызывающе развратное сзади.

— Охуеть, — присвистывает Родион. — Не знаю, как ты держишься, я бы уже кутал её в пиджак.

Парень смеется, а Алиса начинает ему что-то грозно объяснять. Я же, не отрывая глаз, смотрю на удаляющуюся обнажённую спину своей жены.

— С трудом, Родион, с трудом, — отвечаю ему, обдумывая, как бы купить это платье для домашнего использования.

Показ завершён, и я с удовольствием иду похищать свою жену. У нас сегодня своя программа, в которую тусовка с моделями не входит.

Ребята уехали в ресторан раньше нас, так что в машине мы сейчас вдвоём. Люба не догадывается, что сюрприз ожидает не только нашу молодежь, но и её саму.

— Как ты? — интересуюсь, садясь в машину.

— Я счастлива. Раньше думала, что мне будет грустно прощаться с подиумом. А сейчас я этому очень рада. Могу больше уделять времени своей модельной школе.

— Через несколько месяцев всё твоё внимание перейдёт к маленькому крохе.

Люба мечтательно улыбается, укладывая ладошку на ещё плоский живот.

Наш столик в вип-зоне, где царит приятный полумрак. Поэтому Любовь не сразу видит, что в нашей компании пополнение.

— Наконец-то моя любимая модель пожаловала, — подает голос Натан, покинув свой стул в самом дальнем углу стола.

— Натан, — восклицает Люба и обнимает гостя. — Почему не сказал, что приедешь?

— Хотел сделать тебе сюрприз, — спокойно отвечает он, подмигивая.

— О, сюрприз удался. А теперь наша очередь!

Разговоры за столом стихают, и все внимание обращается к нам. Натан отходит на несколько шагов, уступая мне место. Люба обнимает меня за талию, прижавшись к плечу. А я достаю заветное фото и, поцеловав жену, разворачиваю, демонстрируя его нашей семье.

— В нашей большой, ненормальной семье планируется пополнение. Мы ждём ребенка!

Тишина взрывается громкими криками «Ура», и начинается какое-то сумасшествие. Всем хочется обнять новоиспеченную беременяшку. Люба переходит из рук в руки, мне к ней не подобраться.

— Предупреждаю сразу, — говорит появившийся рядом Натан. — Я буду крестным. И возражения не принимаются.

А потом он уходит, оставив меня на мгновение одного. Через секунду в меня врезается Катя, крепко обнимает, и по её щекам текут слезы.

— Я буду тётей, — шепчет она. — Жаль, наши не дожили до этого. Но они точно видят, каким ты стал. Что ты опора для всей семьи, что за тобой не просто как за каменной стеной, а как в самой высокой башне замка — уютно, безопасно и тепло. Я рада, что теперь у тебя есть семья. Ты заслужил всё это как никто другой. Спасибо, что был и есть потрясающим братом, и отцом будешь невероятным. Это в крови у всех Которых!

В груди сжимается сердце от таких слов Кати, прижимаю её к себе, целуя в макушку.

— Пойду потискаю будущую мамочку, — поднимает она на меня глаза и, чмокая в щёку, убегает в самую гущу событий.

Наблюдаю за ними секунду и, не удержавшись, направляюсь к ним, отвоёвывать свою Любу.

— Так, руки прочь от госпожи Котовой! Теперь всё только по записи.

Комнату наполняет смех собравшихся, а я, добравшись до своей жены, целую её.

— Внимание! — Катя стучит вилкой по бокалу, привлекая внимание гостей. — Тост! За меня!

— Скромненько, — усмехаюсь.

— Если бы я не потащила тебя на тот показ, кто знает, когда бы вы ещё встретились, — тычет она в меня пальцем.

— Справедливо, — отвечает Люба, расплываясь в безумно счастливой улыбке.Конец