Эпилог

У них всё было, будет и есть…

Они жили вместе, среди важных неотложных дел они всегда находили время для друг друга. Но не все шло гладко, они даже ругались, только никогда не кричали, им и не нужно было кричать, взгляды, жесты и бурлящая вокруг энергия, а когда Кира не могла держать себя в руках, то швырялась в него всем, что под руку попадалось, но это было редко. Саврасова всегда удивляло, что Кира мирилась первой, она всегда его опережала.

Саврасов договорился, что рожать Кира полетит в дорогущую клинику, но она отказала.

— Я буду рожать в обычном роддоме, с нормальными врачами.

— Я хочу, что бы ты рожала в нормальных условиях.

— Я и буду рожать в нормальных условиях, там, куда не пускают ненормальных папаш. И никуда не полечу.

— Я не пойду прыгать под окнами. Хочешь рожать черте где, рожай. Но без меня.

И он прыгал, прыгал и кричал о том, что он ее любит. Он кричал, прекрасно зная, что она не слышит, а он всё кричал. Она позвонила ему на телефон, а он даже об этом не подумал, ведь он всегда глупел, когда дело касалось Киры. Прыгал не только он, рядом были Мира, Леший, Васса, Олег, Самин, Денис, Яна, Артур.

Потом он прыгал под дверью роддома с букетом, в окружении журналистов, непонятно как пронюхавших про выписку. Он ждал. А она позвонила и сказала, что они ждут его дома. И он бежал домой, забыв, что у него есть машина, Роман поймал его и с трудом запихнул в автомобиль.

Коста узнал, что он бревно бесчувственное. Ему очень хотелось помогать Кире с малышом. Он не понимал, как он может не слышать крики ребенка ночью, но упорно не слышал. А первые недели он не мог взять на руки это маленькое существо, все боялся что-нибудь сломать. Потом непонятная ревность, он знал, что это глупо ревновать к сыну, но ревновал. Всё закончилось, когда этот маленький человечек дотопал до него и сказал «папа», и все эти глупости испарились. С дочерью было по-другому, стоило ей только открыть глаза, как он понял, что погиб.

Ее проблемы всегда были только ее проблемами, она никогда с ним не делилась, она всегда умудрялась оставлять свои проблемы за их уютным мирком, но если возникали проблемы у него, то Кира всегда заставляла его всё рассказывать, и становилось легче, и проблемы были уже не такими сложными.

Когда было плохо и всё вокруг рушилось, кто-то хотел уничтожить его, Саврасов решил уйти, чтобы вместе с собой не погубить и свою семью. Кира читала очередной проект. Она даже не подняла на него глаза, просто сказала, что если он сейчас уйдет, то это навсегда. И он понял, что так она и сделает, и что тогда он потеряет то ради чего и хотел уйти. «В богатстве и бедности, в печали и радости, всегда вмести, Коста, всегда». Он выстоял. И настоял на венчании.

Она могла забежать на минуту к нему на работу, просто ворваться в кабинет, поцеловать и исчезнуть. Как он злился на нее в такие минуты, так как она всегда его отвлекала, как он ее любил за такие минуты. А ещё уходя, могла попрощаться на неделю или месяц, так он узнавал об ее отъезде.

Он заставил себя танцевать, сначала было очень больно, но постепенно боль уменьшалась, многие движения все равно были для него недоступны, но он не стоял радом с ней, он двигался. Они даже ездили в Аргентину и танцевали на площадях.

И каждый год в мае они сбегали во Флоренцию…

У них всё было, будет и есть…