ГЛАВА 16

– А ты постарайся, Мари. Сейчас ты уже не просто скромная, но свободная травница, ты – человек, помогающий самому лорд-канцлеру выполнять правительственное задание, ты – маг жизни высокого уровня, ты, как оказалось, – внучка самой Хелен Роднэр, а теперь еще и мой хороший друг. И что-то мне подсказывает, что это еще не весь список! Уверен, ты полна сюрпризов, пусть сама о большей их части даже и не догадываешься. Пойми, мыслить и жить, как прежде, у тебя уже не получится, а от того, какое учебное заведение ты выберешь, зависит вся твоя жизнь на ближайшие пять лет.

– Я даже не уверена, что смогу проснуться завтрашним утром! – воскликнула я. – А вы мне про пять лет…

– Лично я посоветовал бы тебе ехать в столицу, – как ни в чем ни бывало, продолжил герцог Ламандский, не обратив на мой эмоциональный выпад абсолютно никакого внимания. – Там лучшие преподаватели, а соответственно и больше шансов устроиться в хорошее место после учебы, если ты, конечно, не успеешь выскочить замуж за это время, – на последних словах Андрэ смешно поиграл бровями. Я не выдержала и улыбнулась:

– Замуж! Мне сейчас трудно представить, что в данный момент кого-то на самом деле могут заботить подобные мелочи.

– Мари, – герцог покачал головой. – А вот сейчас ты действительно говоришь, как несмышленая девчонка из леса. Поверить не могу, что не далее, как этой ночью лично видел, что ты самозабвенно целовалась с лордом Вестоном.

– И вовсе не самозабвенно! Только это останавливает мою магию, – я уронила пылающее от стыда лицо в ладони. Столь близкий контакт с мужчиной и без того повергал меня в пучину отчаянного самобичевания, а уж после того, как у этого всего появился свидетель… – Такая вот она у меня странная: срабатывает, как только я сильно на что-то разозлюсь, а перестает от… Ну вы и сами уже поняли, – не смогла договорить я.

– Знаешь, если бы я был свободен от обязательств, сделал бы тебе предложение прямо в этой карете, – неожиданно признался Андрэ. На этот раз в его удивительных голубых глазах не было и тени иронии. Я жалобно застонала, выказывая протест. – Ладно, Мари. Не хочу и дальше смущать тебя, – легко дотронулся до моей кисти герцог. – Но ты должна пообещать мне, что подумаешь над моими словами. Насчет университета, конечно же. В столице я смогу арендовать для тебя квартиру и познакомить с достойными людьми. Да и сам я частенько там бываю, так что смогу за тобой присматривать и помогать в случае чего.

– Спасибо, – только и выдавила я.

Горло сдавило спазмом, а на глаза навернулись слезы – фактически ведь я еще ничем не помогла герцогу, чтобы заслужить столь горячую благодарность. А найти редкий цветок и приготовить снадобье – было теперь и в моих личных интересах. Дальше ехали молча, каждый из нас был погружен в собственные думы. Примерно спустя час герцогу Ламандскому стало хуже. А заметила я это только лишь благодаря тому, что на своем опыте недавно испытала нечто подобное – настолько хорошо научился Андрэ скрывать недомогание.

– Андрэ, – тихонько позвала я друга.– Вам плохо? – тот нехотя приоткрыл глаза и попытался меня успокоить, но явная бледность и затуманенный взгляд сказали мне о многом.

Я спешно полезла за укрепляющей настойкой. Количество капель приходилось с каждым разом увеличивать, а вот длительность ее действия, наоборот, очень быстро сокращалась. Если раньше герцогу достаточно было принимать ее хотя бы раз в сутки, то теперь одной дозы не хватало и на половину дня. Я открыла окно, высунулась наружу и завертела головой, пытаясь найти лорд-канцлера. Тот быстро меня заметил и подъехал ближе.

– Тебе хуже, Мари? – впился он в меня взглядом.

– Не мне, герцогу Ламандскому, – мотнула я головой. – Что вам сказал последний целитель? Сколько времени в нашем распоряжении?

– Он обещал неделю при должном уходе.

– Боюсь, у нас нет этого времени. Настойки хватает часов на шесть, а это верный признак того, что организм приблизился к грани. Этот целитель, скорее всего, что-то напутал.

– Или сделал это намеренно. Жаль, уже нет времени вернуться и как следует допросить его. Кто-то очень не хочет, чтобы герцог Ламандский остался жив. И я обязательно выясню, кто же этот умник. Не беспокойся, Мари, через несколько часов мы уже достигнем подножия горы. Я не позволю ни одному из вас умереть, только не в мою смену.

Его Светлость ускакал вперед и вскоре уже раздавал указания своим воинам. Я села ровно на скамье, закрыла окно и присмотрелась к Андрэ.

– Все будет хорошо, Мари, – пообещал он мне, едва заметно поморщившись. – Вот увидишь.

Я согласно кивнула. Беспокойство никуда не ушло, несмотря на заверения мужчин. Когда мы прибудем в горы, уже стемнеет, и как в таких условиях искать незнакомый цветок, который я видела лишь на картинке, я не знала. А помимо этого нужно еще будет как-то в полевых условиях приготовить противоядие. Хорошо хоть воины лорд-канцлера все необходимое для этого приобрели, я лично сунула свой нос в сумку и проверила – весь составленный мной список был выкуплен.

Еще через некоторое время мы с Андрэ перекусили. Хлеб, сыр и яблоки Его Светлость проверял лично, поэтому очередной порции коварной отравы можно было не опасаться. Ночь впереди нас ждала неспокойная, поэтому я, стряхнув с подола хлебные крошки, вытащила из-под сиденья подушку, одеяло, откинула спинку и постаралась уснуть. Как ни странно, получилось, хотя я была абсолютно уверена в обратном.

Разбудил меня громкий звук взрыва и резкий толчок. Карета внезапно остановилась, а снаружи стали доноситься чьи-то крики.

– Не высовываться! – коротко скомандовал Его Светлость, и я увидела, как вся карета покрылась фиолетовым мерцающим щитом. А потом прямо на моих расширившихся от ужаса глазах Джереми одним резким движением вытащил клинок из ножен и зарубил стоящего рядом Томаса. Я вскрикнула, но крик сквозь толщу щита не прошел, затух в узком пространстве кареты, не найдя иного выхода. И все, что нам оставалось – наблюдать за безмолвной, а от того еще более страшной картиной, разворачивавшейся снаружи. Вот лорд-канцлер гневно сверкнул глазами, его медальон засветился, и Джереми тут же рухнул без чувств рядом с Томасом, вот рой стрел полетел в нашу сторону, и еще один щит, переливавшийся всеми цветами радуги, встал куполом над тем местом, где нашему небольшому отряду пришлось остановиться. Смогли ли стрелы задеть кого-нибудь, я не увидела. Мы с Андрэ переглянулись.

– Похоже, на нас напали, – тихо сообщил тот. Нарушать повисшую тишину казалось кощунством. Подтверждая слова герцога, разноцветный щит снаружи стал вспыхивать ярче из-за попадавших по нему энергетических снарядов. – Давай, Мари, ложись на пол, я укрою тебя хотя бы подушками, – Андрэ затормошил меня, а я почувствовала, что не могу сдвинуться с места. Уши как будто заложило, в глазах заплясали мушки, и слабость снова сковала мое тело. – Мари, – еще раз потряс меня за плечо Андрэ.

– Секунду, – слабо выдохнула я и прикрыла в бессилии глаза, надеясь переждать очередной приступ.

– Иди сюда, – герцог Ламандский аккуратно стянул меня с сиденья, и я послушной куклой упала в его объятия. Он постарался затолкнуть меня как можно глубже под сиденье, а сверху закидал одеялами и подушками. Больше в нашем распоряжении ничего не было. Смешно, конечно. Вряд ли гусиный пух способен всерьез помешать стреле или энергетическому шару достигнуть цели, но от осколков стекла или обломков двери, случись им обрушиться на наши головы, защитить мог. Сам герцог Ламандский постарался укрыться под вторым сиденьем, прекрасно понимая, что ничем больше лорд-канцлеру и его отряду помочь не в силах. – Держись, Мари, – Андрэ стиснул мою ослабшую руку, протянув свою через проход. – Приступ скоро пройдет, это точно, а лорд Вестон обязательно отобьет нас у нападающих. Веришь мне?

– Верю, – судорожно выдохнула я, а молодой герцог продолжил, видимо, чтобы хоть как-то отвлечь меня от страшной картины, творящейся снаружи:

– Думаю, что сегодняшний целитель что-то напортачил. Или не стал восстанавливать поврежденные токсином органы, или даже усилил действие яда, помог ему распространиться. Не должно было нам сделаться настолько хуже, тем более тебе. Ведь с момента твоего отравления прошло совсем немного времени, и яд еще даже не вошел в полную силу…

Андрэ еще о чем-то говорил, а все, что я могла делать, – это смотреть, как шевелятся его идеально очерченные губы, совсем не такие, как у Его Светлости. Что угодно, лишь бы отвлечь себя от беззвучно вспыхивающей темноты за окошком кареты.

– Как думаешь, после смерти я смогу увидеть маму? – разлепила я губы, когда прошло уже достаточно времени, а бой снаружи даже и не собирался затихать. – Я так соскучилась, – сдавленно прошептала я. – Хотя уже смутно помню, как она выглядела. А что, если я ее не узнаю?

– Мари, – Андрэ отпустил мою руку и нежно погладил меня по щеке. – Уверен, ты обязательно с ней встретишься и непременно узнаешь с первого взгляда, но только лет через сто. Сегодня мы не умрем. С нами самый сильный менталист Королевства и лучшие бойцы под его командованием. У противника просто нет шансов.

– Зачем же тогда они напали, если это заведомый проигрыш?

– Понадеялись на внезапность и на предателя в наших рядах. Ты же видела, что сделал Джереми. Только поверь мне, лорд Вестон и не в таких передрягах бывал, и ничего – выкрутился.

– А почему он не использует на них свою магию? Сварил бы им мозги, как тем воронам, что сторожили медведицу.

– Скорее всего, на них стоит защита, или они используют отражатель.

Я лежала, сжавшись в комок, и, кажется, дышать старалась через раз. Бой снаружи шел и не думал стихать, это легко было определить по вспышкам, бросавшим разноцветные блики на стены кареты. В темноте это выглядело особенно красиво, но и настолько же жутко.

– Ну почему же так долго? – не выдержала я.

– Потому что сначала нашим защитникам нужно убрать магов, которые прикрывают нападение. Стрелы у их людей уже закончились, заметила? Теперь они ждут, когда их маги разобьют наших или прорвут щит, и тогда противник сможет перейти к ближнему бою.

– Как ты это понял? – неожиданно даже для самой себя я перешла на ты, но Андрэ и бровью не повел.

– Цвет нашего щита изменился, а значит, в него попадают только энергетические снаряды.

– Откуда ты все это знаешь?

– Меня учили военному делу, – по-доброму усмехнулся герцог.

Самым тяжелым во всем этом оказалось ждать. Ждать и бояться, что больше уже не увидишь знакомых людей живыми. И еще – знать, что от тебя ровным счетом ничего не зависит. А ведь я после смерти бабушки приспособилась, приучилась полагаться только на саму себя. Постепенно ставшие уже привычными вспышки стали загораться все реже и реже, пока не прекратились совсем. Даже фиолетовый щит, что укрывал нашу карету, исчез. За окном и у нас внутри повисла темнота. Тишина давила на уши, и хотелось только одного – скукожиться как можно сильнее, сжаться в тугой комок, чтобы тот, кто откроет вскоре дверь кареты, не смог найти и причинить зло. Страх из-за неизвестности, незнания, чья сторона победила, сковывал внутренности. Я беспомощно взглянула на Андрэ. Тот уже выполз из-под укрытия и осторожно выглядывал в окно, не боясь оказаться пронзенным вражеской стрелой или саблей, если вдруг победа далась в руки противнику.

– Лорд-канцлер жив! – первым делом сообщил он, и я нервно рассмеялась:

– Это значит, мы отбились, да?

– Да, Мари, – тепло улыбнулся мне герцог.

Я завозилась, чтобы тоже, наконец, выползти, Андрэ помог мне откинуть одеяла и заключил в объятия. Я сжала его в ответных и в восторге пищала, уткнувшись в ткань дорожного сюртука:

– Мы выжили! Мы победили! Его Светлость нас всех спас!

– Именно, – смеялся герцог Ламандский и целовал мою макушку.

Дверца кареты резко открылась.

– Вы в порядке? – послышался за моей спиной резкий голос лорд-канцлера. – Вижу, что да.

– Ваша Светлость! – резко обернулась я. Мое счастливое зареванное лицо наверняка выглядело донельзя глупо, как и руки, что я стискивала возле груди. – Вы их разбили! Вы самый лучший! – я не знала, что еще можно сказать, чтобы выразить весь свой восторг и благодарность, поэтому просто сверкала восхищенным преданным взглядом в сторону лорд-канцлера. В тот момент он взлетел на пьедестале еще выше, чем я уже его поставила.

– Ради этого стоило вступить в бой, – подмигнул он мне, и я тут же затихла, смутившись и почувствовав себя ужасно нелепой. А потом вспомнила о своих обязанностях и спохватилась: – Кто-нибудь ранен, требуется моя помощь?

Лицо Его Светлости накрыла тень.

– Томасу уже не поможешь, а остальных я отправил в лес на зачистку, – ответил он. – Можете выходить из кареты, если на то есть желание. Враг разбит, а оставшиеся в живых сбежали, но и это ненадолго – мои люди их обязательно поймают.

Сидеть внутри кареты, где я провела столько откровенно страшных минут, не было уже никаких сил, и мы с Андрэ поспешили наружу, пока лорд-канцлер не переменил решения. Нас застали врасплох посреди дороги, идущей через лес. Что ж логично, часто растущие деревья – лучше места для засады и не придумать. Лошади со светящимися глазами безвольно топтались рядом, и я вспомнила, что к счастью в нашем увеличившемся отряде, помимо убитого Томаса, был еще один маг, способный брать животных под контроль. Видимо его сила сейчас и действовала на животных, не позволяя тем в ужасе рвануть в неизвестность. Воздух после битвы был словно наэлектризован и пах озоном, ветви и стволы ближайших деревьев были покорежены, повсюду на земле валялись их обломки, кучи стрел усыпали пространство вокруг, а все полотно дороги было испещрено рытвинами, оставшимися от энергетических сгустков. Дышалось, несмотря на все это, легко. Миновавшая угроза не сжимала больше грудь и не била набатом в голове.

– На такое я не подписывался! – выполз откуда-то из-под козел наш извозчик. Его простой костюм был весь перепачкан, руки, сжатые в кулаки, тряслись от беспомощности, испуга и гнева, а дыхание было частым от только что пережитого стресса.

– Можете прямо сейчас отправляться обратно, – невозмутимо предложил ему Его Светлость. – Разумеется, без кареты, потому что никто вам ее не отдаст, пока не выйдет срок нашего договора.

– Но ваши люди не упоминали, что в пути нас будут пытаться убить!

– Путешествия – вещь всегда опасная, – напомнил лорд-канцлер. – К тому же, все ваши риски были оплачены более чем щедро, а сами вы находитесь под защитой лучших воинов Королевства. Уйти или остаться – решать сейчас вам. Но не забывайте, что за государственную измену у нас предусмотрена смертная казнь, а мы сейчас находимся на задании особой важности. Далеко не отходите, – скомандовал уже нам с Андрэ Его Светлость, потерявший всякий интерес к побледневшему враз кучеру, и подошел к Джереми, лежащему неподалеку. Через мгновение тот открыл глаза, повинуясь магии лорд-канцлера, перевернулся через бок и встал на колени, руки сложил за спиной. А я вспомнила, как Его Светлость рассказывал, что воздействие его магии на человека увеличивается со временем, которое они проводят вместе. Видимо, власть лорд-канцлера над людьми, состоящими у него на службе, очень велика.

– Подчиненные лорда Вестона проходят особый ритуал, который позволяет его магии обходить любые блоки, защитные артефакты и заклинания, – подсказал тут же Андрэ. – Это одно из условий поступления к нему в прямое подчинение.

– Говори, – устало произнес Его Светлость.