Глава 11

Проснулась я внезапно, понимая, что после лечения потеряла сознание. Первую и самую пугающую мысль, что я нездорова, откинула как невозможное, ведь никаких симптомов заболеваний у себя не чувствовала. А значит, я просто неправильно распределяю силу. Трачу много энергии, и мне необходимо найти оптимальный метод, чтобы помогать больным и не истощать себя до потери пульса.

Посмотрела по сторонам, и увидела знакомые стены, радуясь, что нахожусь в своей спальне. Села, и тут же услышала тихие шаги Дихары, приближающиеся ко мне.

Девочка вошла в комнату, и с искренней заботой, улыбнувшись, спросила:

– Как себя чувствуете?

– Спасибо. Ты дома. Это замечательно!

– Ворай отпустил, приказав заботиться о вас.

– Тарлан? Он тебе приказал заботиться обо мне? – недовольно переспросила я и, видя, как она кивнула, высказала мысль в слух. – С чего это?

Малышка пожала плечами и тихо прошептала:

– Он… он принес вас сюда… на руках с полей.

Теперь моему изумлению не было конца и края. Странный поступок мужчины подкосил мое восприятие этого черствого тайхара.

– И где же, – чуть не сказала «рыцарь», но подумав, что здесь шуток наверняка не понимают, да и значения этого слова, предложила свой вариант, – ворай?

– Тарлан у себя. Принес вас и оставил на кровати, а когда он увидел меня, выходящую из погреба, где я перебирала продукты, отправил к вам.

Молчала, в немом удивлении и неприятном предчувствии, что ничем хорошим его помощь, лично для меня, не обернется. Вот теперь думай, с какой стороны грянет гроза…

– Наита была рядом? – вдруг спросила я, мечтая об отрицательном ответе.

– Рядом, и ее глаза пылали яростью. Думаю, она боится… – сконфуженно замялась девочка, дергая свои пальчики.

– Чего?

– Предводитель никогда не проявлял внимания к дери, а вас защищал и нес на руках сюда, в бешенстве рыча на Гавора, желающего принять ношу на себя.

Схватилась за лоб и простонала, проклиная «внимание» Тарлана. По выражению любопытного лица, видела, что Дихара ожидает ответа на ее слова, и произнесла:

– Тарлан заинтересован в моем даре, вот и беспокоится.

Да, я соврала! А что я ребенку скажу? Мужчине захотелось чего-то нового от женщины, а она его не воспринимает должным образом. Не радуется счастью быть его любовницей, избегая, стараясь держаться подальше. Бред. Поэтому я красиво и по-доброму… солгала, за что чувствую себя обманщицей.

Думаю, что Тарлана удивило во мне что-то новое для него, не поддающееся никакому пониманию, что он и желает разрушить, а потом подчинить. Только в этом его заинтересованность, на мой взгляд. Есть такие особенности поведения у некоторых представителей мужского пола, и Тарлан, очевидно, к таким мужчинам как раз и относится. То, что не соответствует его норме, он желает перевернуть изнутри, перестраивая на свой лад.

Улыбнулась девочке, и произнесла:

– Честно, я здорова. Отдохнула и полна сил, поэтому не беспокойся. Но, так как тебе дали отдых, может, пойдем на кухню и перекусим? Между прочим, сейчас какое время суток?

– Поздний вечер, – ласково произнесла Дихара, поглядывая на меня, чуть наклонив голову вниз.

Я только тяжело вздохнула и произнесла:

– А я еще хотела посмотреть пленниц и детей.

– Завтра посмотрите, а сегодня вы спасли жизнь Ладхаре. Родной сестре Тарлана. И без вас она бы несомненно умерла.

«Теперь понятно, почему он так тащил меня туда и оттуда, все ради сестры, и в благодарность за ее жизнь. Так что не стоит пугаться такому поведению. Хотя, его возбуждение напрягло, но мужчины, как правило, имеют привычку терять мозги и думать нижней частью тела».

– Пойдем к детям, – с веселой улыбкой предложила я, и мы направились ужинать.

Трапезничали весело, и мне, со стороны казалось, это совершенно нормальным, вот такое общение. Темы затрагивались касательно всего. И даже после ужина в салочки и прятки поиграли.

***

Следующим ранним утром сидела в кровати, поглядывая на потолок. Мне вновь приснился сон про черноволосую девушку и шанара. Все повторялось вновь, только магия Тайхары в этот раз со мной не разговаривала.

Из маленького окошка шел свет от предрассветного сияния неба, освещая стену, и я задумчиво «раскладывала» сон по полочкам. Прекрасно осознавала, что незнакомка из сна – это не я. Тогда кто? И почему я так отчетливо ее воспринимаю? Может быть, это забытая история, и мне продемонстрировали важный ключевой момент из жизни этой девушки? Сон как подсказка, помогающая понять, зачем я здесь?

Без конца ворочалась, но так и не смогла уснуть. Надела платье, поверх него накинула теплый шерстяной платок на плечи, и вышла на улицу. Долго бродила по двору, пытаясь хоть что-то понять, но не могла.

Как только решила идти домой, напряглась и, втянув воздух в легкие, замерла. В мою сторону, тихо ступая, шла неизвестная личность, в темном одеянии, что-то прижимая к себе.

Вновь потянула воздух и прищурилась, понимая, что, чтобы она не несла, оно перемазано в крови. Шаги приближались все ближе и ближе и «гость», обойдя наш двор, присел на песок, рядом с тем местом, где я пряталась, и стал рыть лопаткой яму. Вдохнув глубже воздух, определила, что это женщина. Даже не сомневалась. У мужчин более резкие запахи тела, насколько я поняла по собственным ощущениям. Выкопав небольшое углубление в песке, неизвестная тайхарка потянулась к своему узелку, и принялась разматывать.

Я даже не сдержалась и всхлипнула, видя в ее руках огромный кинжал. Незнакомка в капюшоне сразу же отреагировала, оглянувшись в мою сторону. Нахмурилась, ничего не видя в кромешной темноте, а потом вновь вернулась к своей работе и, положив кровавое орудие в углубление, стала закапывать.

Огромное количество вариантов событий и моего поведения над ними, крутились в голове, и только я решилась выйти из укрытия, как меня прижали к огромной мускулистой мужской груди, а рот зажали ладонью, не позволяя и пикнуть.

«Вот же проклятье, почему не почувствовала мужчину, так близко подобравшегося ко мне? Ведь я всегда чувствую приближение…»

Возможно оттого, что у меня нос забит запахом крови, засохшей на ноже, и все сигналы тела настроены только на этот запах?! Другой причины я не видела. И что особенно интересно, я могла с уверенностью сказать, что кровь свежая, очень тонко это чувствовала. Есть точное подозрение, что она принадлежит женщине, а также, полная уверенность в том, что та, которая скрывается под капюшоном, только принесла его сюда, но не пользовалась им. На холодном орудии чувствуется другой запах.

Попыталась вырваться, но меня только сильнее прижали к стальному горячему телу, и тут же прошептали на ухо:

– Молчи, и… не дергайся.

«Тарлан??! Тарлан! Что он тут делает? И как дергаться, когда он буквально вдолбил меня в свое тело?!»

Пока стояли, чувствовала его горячее напряженное тело, и ощущала себя маленькой девчонкой. Хотя с чего это? Видно аура мужчины влияет на меня, яростная и мощная, давящая своей силой.

Как только женщина спрятала кинжал, крадучись побрела от дома, постоянно оглядываясь по сторонам. Я с облегчением выдохнула в ладонь, надеялась, что Тарлан теперь меня отпустит, но ворай медлил.

Холодный воздух пронизывал до костей, отчего я вся пошла мурашками. А в связи с тем, что нижнего белья на мне не было, так как не выдали, почти голая стояла перед мужчиной.

Закусила губу, пытаясь отодвинуться от его возбужденного паха, направленного мне в спину. А куда еще, если он очень высокий?! Чем больше пыталась освободиться от его захвата, тем сильнее терлась об него, на что услышала рычание:

– Не дергайся! Если не хочешь оказаться на земле… подо мной, – процедил мужчина и убрал свою руку, отступая на шаг. Резко повернулась к нему, желая высказать свое мнение, но, видя дикий голодный взгляд, сглотнула и отвернулась, не желая провоцировать.

Маленькими шажками подошла к месту, где незнакомка спрятала кинжал, и присела, осторожно разрывая песок. Теперь я не волновалась, что на меня «повесят» покушение или убийство. Предводитель тайхаров присутствовал здесь, и все видел.

Подолом приподняла нож и принюхалась, краем сознания отмечая, что это ненормально. Но сейчас мне казалось это не столь важным. Не удержалась и, коснувшись пальчиком капельки крови, поднесла ко рту.

Как только сообразила, что я сделала, в удивлении всхлипнула, ужасаясь себе. Но, одновременно с этим, поняла, чья это кровь. Невероятно, я помнила этот запах, потому что чувствовала его, когда шла с лысой надсмотрщицей.

«Что со мной? Почему я так странно себя веду?»

– И давно у тебя повадки шанаров? – раздался недовольный рык Тарлана, и я тут же посмотрела на него, не зная, что ответить.

– Ну? Обоняние и слух! Говори! – вновь процедил предводитель.

– Ты меня в чем-то обвиняешь? – раздраженно ответила вопросом на вопрос, и, бросив нож на песок, бросилась вперед, желая помочь пострадавшей женщине, и уйти от неприятного разговора.

Далеко не убежала, даже двух шагов не сделала. Тарлан схватил меня за запястье и, дернув на себя, рыкнул:

– Отвечай!

– И что тогда? Да, зрение, слух и обоняние изначально были выше нормы, а сейчас…

– Ты – шанарка! – со злостью выплюнул он.

– Этим ножом порезали, а может и хуже, ту надсмотрщицу, что ударила ребенка. Может, к ней пойдем, пока не поздно? Или будем рассуждать о том, чем меня наградила Тайхара? Или лечение уже не имеет значения, и ты меня поселишь в домик к пленным?

– Светлана… Хорошо, пойдем в домик надсмотрщиц, а после поговорим… – недовольно выдал Тарлан, пронизывая безумным тяжелым взглядом.

Сказал и отпустил, и мы направились через поселок к полям, Тарлан – впереди, а я следом. Смотрела себе под ноги и одновременно переводила взгляд на спину мужчины, рассуждая о его словах.

Хм-м-м, как же мне не хочется говорить с ним на эту тему, но очевидно придется. Я уже и сама догадывалась, что магия подарила мне не только цвет волос оборотней, но и тело. Главное, чтобы не оборачивалась, а то мне еще только превращения в медведицу не хватало.

Посмотрела на свое плечо, и недовольно сморщилась. Думаю, завтра у меня будет огромный синяк с его ладонь, если учитывать, с какой силой он меня держал. Хорошо хоть руку не сломал. А насчет остального, увидим потом.

Чем дольше я тут нахожусь, тем сильнее мне не нравится. Уже и орудия убийства подкидывают, решив, бесспорно, подставить. Как все банально, и я даже уверена, что это женушка предводителя ко мне так неравнодушна. И как же быть?!

Чем дальше шли, тем сильнее мерзла. Как же на Тайхаре ночью и на рассвете холодно, аж до костей продирает. А на ногах у меня только кожаные чешки, и все.

Тарлан резко остановился, и, придирчиво посмотрев на дрожащую меня, недовольно насупился и проворчал:

– Почему не оделась?

– Что теперь говорить? Да и нет у меня ничего…

Предводитель еще больше нахмурился и, сняв с себя шерстяной жилет, вручил мне. Посмотрела и подумала, что он на мне платьем будет смотреться. Только открыла рот, чтобы сказать спасибо, как услышала:

– Одевайся!

Промолчала и быстро накинула на себя его жилетку, следуя за ним. Столько вопросов кружилось в голове, но я пыталась держать их при себе, прекрасно осознавая, что мужчина еле сдерживает ярость. Еще немного и рванет со всех сторон, и кому будет плохо – известно. Мне в первую очередь. Может быть, прогуляется немного, да успокоится.

Подходя к домику, почувствовала кровь, но в другой стороне. Молча направилась в сторону забора, ограждающего территорию деревянных домиков. Как только дошла до душа, прикрыла рот ладонью, чувствуя, как тошнота подступает к горлу из-за огромного количества крови на земле и неприятного тленного запаха, но не от жертвы.

Помимо этого, в воздухе пульсировали отголоски чего-то темного и сильного, распространяя липкий страх по всему телу. Посмотрела по сторонам, и, вновь принюхавшись, на мгновение уловила что-то резкое и знакомое, но конкретно запах определить не смогла.

Увидела ноги женщины, спрятанной в промывочном сооружении, и, только хотела обойти и вытащить, как услышала рычание:

– Стой на месте! Я сам!

Замерла, и стала наблюдать, как Тарлан подошел к женщине и подтащил ближе ко мне, проверяя рукой пульс. Тайхар недовольно посмотрел на меня и произнес:

– Она уже почти мертва…

Не теряя времени, стремительно села, осматривая тело в поисках раны, чтобы понять причину и последствия.

– Светлана, ты опять потеряешь сознание, – недовольно процедил мужчина, мешая мне работать, прожигая насквозь колючим взглядом.

Ничего не сказала, считая, что бессмысленно отвечать на этот вопрос. Я и сама прекрасно понимаю, что до сих пор не разобралась в своем даре, и поэтому после исцеления мгновенно теряю сознание, но и смотреть, как женщина умирает, не могу.

«Нет, тут все чисто. Значит, рана на спине. Между прочим, на Тайхаре любят в спину бить… Подлость в почете».

– Переверни ее, пожалуйста, – попросила я, отмечая, как замечательно вижу в темноте.

Мужчина недовольно рыкнул, но перевернул, и даже не повторил своего вопроса вновь, за что была ему благодарна. Осмотрев женщину, сразу же увидела рану на пояснице, отчего на секунду замерла. Попыталась не паниковать от мгновенного диагноза, а все разобрать по полочкам.

Раневой канал – линейный (укол), протяженностью приблизительно 10 см, шириной 2,5 см. Удар пришелся в поясничную область и пробил аорту. Кровь быстро поступила в окружающие ткани и полости, образовав «подушку-тампон». Но… очевидно, женщина упала и ударилась спиной, тем самым оторвав ее. Итог: мышцы сократились, растянули раненую аорту; отверстие на ней увеличилось, кровопотеря в течение нескольких секунд привела к потере сознания, вследствие резкой потери артериального давления и остановке сердца. На данный момент пострадавшая находилась в состоянии клинической смерти. И если в течение нескольких минут не провести реанимационные мероприятия, наступит биологическая смерть.

Глубоко вдохнула и, посмотрев на свои руки в крови, стала их очищать, мгновенно продумывая свои действия. Как только прокрутила их в голове, мгновенно подалась вперед, и сама перевернула женщину, решив, что первым делом необходимо заставить заработать сердце, а потом остальное. Отключилась от всего, погрузившись в процесс, и как только услышала стук бьющегося сердца в груди женщины, облегченно улыбнулась. Хмурый мужчина, видя мою попытку вновь перевернуть женщину, рявкнул что-то и сделал это сам. Принялась незамедлительно за рану, мысленно растворяя кровь и зашивая раны.

Закончив исцеление, встретилась с изумленным взглядом надсмотрщицы, непонимающей, что с ней произошло, и счастливо ей улыбнулась, понимая, что на смертельный случай потратила меньше времени, чем на укус таршаны, и даже не падаю в обморок, хотя все перед глазами плыло.

Тарлан резко гаркнул что-то женщине и, услышав ее ответ, только недовольно зарычал, и в эту же секунду я оказалась в сильных руках мужчины, не испытывая недовольства, что он опять меня носит на руках.

По пути к поселку отключалась на несколько секунд и тут же приходила в себя, чувствуя свежесть и запах утренней росы на растениях в полях, глупо улыбаясь.

– Не пойму твоей радости, – буркнул Тарлан, сильнее прижимая меня к своей груди. – Опять все силы истратила!

– Главное – вылечила, – прошептала я, все также вдыхая чистейшие ароматы свежести и еще… терпкий запах мужчины, приятно окутывающий мой нос. Странно, но мне нравился его запах, что неправильно. Нахмурилась, и очень тихо произнесла: – Думаю, тебе не стоит быть рядом со мной. Уверена, что только благодаря твоему вниманию получила дополнительную работу исцеления, а женщина, по этой же причине, чуть не умерла.

Ворай тут же остановился и гневно процедил мне в лицо:

– Не тебе решать, где мне быть и с кем!

– Мне, если это и меня касается, – спокойно произнесла, с огорчением понимая, что совсем нет сил спорить. – Я не желаю, чтобы около меня ходил мужчина, у которого есть жена.

Тарлан резко поставил меня на ноги, и, внимательно посмотрев в глаза, в надежде что-то там увидеть, прямо отчеканил:

– Мужчина, как и женщина, освобождается от жены только в том случае, если один из них умирает. Но в общине допускается иметь несколько…

– Шавань? Или как там их??? – возмущенно уточнила я, наблюдая, как Тарлан скривился, услышав мои слова.

– Дери, – возразил он.

Хмыкнула в ответ и, вздохнув, спокойным тоном произнесла:

– Я никогда не буду ничьей любовницей!

– Хочешь, чтобы я избавился от жены? – грозно рявкнул он, в полной уверенности этого желания, чем вывел меня из себя.

– А зачем? Я не претендую на связь с тобой, в особенности на роль жены. Так что прошу оставить меня в покое! – в тон процедила ему, отталкивая его от себя.

– Нет! – резко выдал он, рукой притянув к себе, и тут же добавил: – Ты – моя! Разорву любого!

Горячие твердые губы накрыли мои в голодном диком поцелуе, подчиняя, не давая свободы, атакуя яростным захватом. Сильные руки сжимали, одновременно причиняя боль и награждая безумным наслаждением. Не могла сопротивляться, как не пыталась. Сжигающее тепло тела исчезло, не сохраняя и остатков. На него моя защитная сила не действовала.

Его нажим ослаб и, воспользовавшись моей краткой передышкой дышать, проник в мой рот языком, соблазняя смелыми ласками. Через краткое мгновение меня уже затрясло от ярких ощущений, с которыми я уже не боролась, но так и не отвечала на поцелуй. Такой шквал резкой подачи необузданного желания в каждой частичке моего тела, что я готова была рычать от своей безумной реакции на его прикосновения.

Ослабив хватку, и оставив меня в покое, мужчина прохрипел:

– Ты меня хочешь, но борешься! Зачем?

Его слова сейчас не имели никакого значения, я пыталась понять, что со мной. Никогда настолько сильно не реагировала на мужчину, а тут… когда презираю его за порядки и суровые законы, ТАК реагирую… Когда нужно отталкивать ворая за его эгоистическое суровое мировоззрение, жестокие правила и устои, не понимая и осуждая! Как объяснить мою реакцию на его поцелуи?

С возмущением посмотрела на него и отчеканила:

– Тарлан! Я прошу тебя оставить меня в покое. Ты мне не нужен!

– Я могу заставить, – снисходительно произнес он, чем еще больше взбесил меня.

– Попробуй, раз привык к насилию. Буду каждую секунду своей жизни проклинать и мечтать, чтобы ты исчез далеко и надолго, – смело заявила, со страхом смотря на его бешеный взгляд, возникший в мгновение ока.

Мужчина замер, а потом сухо произнес:

– Почему ты противишься моему желанию?! Я могу дать тебе многое!

– Спасибо, я сама, – ответила, отходя от него подальше.

– Ты слаба, как бы не силен был твой дар. Я нужен тебе!

– Нет, спасибо, обойдусь. А от твоего внимания, у меня только проблемы с твоей женой будут.

– Она не посмеет!

– Уже посмела!

– Ты уверена в своих словах? – тут же уточнил ворай, и я замолчала, желая уточнить вопрос о наказаниях.

– А что будет с ней, если «да»?

– Наказание – пустыня ворхов, – категорично выдал мужчина, как будто не о его жене говорим.

Сглотнула, представив себе эту картину, и, посмотрев в сторону поселка, спросила:

– Что тебе сказала надзирательница?

– Ничего не помнит, кроме черного дыма, когда вошла в подсобку для мытья. Ты что-то почувствовала? Учуяла запах или следы Наиты?

Прикрыла глаза, вспоминая свои ощущения, и сообщила:

– Нет, не уверена, и… я могу только помочь, излечить, а не обрекать на смерть.

– Светлана, ты обманываешь меня? – рявкнул Тарлан, делая шаг ко мне.

Как от чумы отошла подальше, выставив руку, и убежденно произнесла:

– То, что я думаю, и как есть на самом деле, может отличаться, а обрекать человека на мучения я не намерена. Ты – предводитель тайхаров, вот и ищи убийцу.

– Найду, и кто бы он ни был, накажу.

Хотела промолчать, но не вытерпела и спросила:

– А если это Наита?

– Тогда ее ждет пустыня, – спокойно без каких либо эмоций сухо сообщил он, поражая меня в самое сердце своим бездушием и бессердечностью.

Смотрела ему в глаза и понимала, что черствость души – это счастье тайхаров, как у нас наглость. А где же их любовь, верность, уважение?! Только законы и наказания… не поймают, значит, умрет невинный. Много чего хотелось сказать, но не видела смысла. Только покачала головой и, вновь выставив руку вперед, давая понять, чтобы не подходил, побрела домой.