Глава 31

АЛИСА.

— Теперь понятно, почему меня мутило в последнее время. — обмозговываю я своё состояние и отправляю в рот кусочек шоколадного десерта.

— Кушай-кушай! — не сводит с меня восхищённого взгляда Мила и пододвигает ко мне ещё и свою порцию.

— Прекрати! — ворчу я с полным ртом.

— Не прекращу! — возражает подруга, любовно протягивая ко мне ладони и забираясь пальцами под мой свитшот. — Дай поглажу масечку!

— Мил, люди смотрят! — шикаю я, озираясь на сотрудников офиса, но всё равно хихикаю от щекотки.

— Скажем, что я замёрзла и грею руки! — светится от счастья девушка, щупая мне кожу живота. — Ты маме сказала?

— Нет, не смогла… — вспоминаю её отчего-то расстроенное лицо и то, как я ускользнула из дома на работу. — Скажу, когда сама в это поверю.

— Березин в обморок не упал? — не перестаёт улыбаться подруга.

— Весь вечер носил на руках и умолял простить его, самовлюблённого эгоиста… — стараюсь казаться совершенно спокойной, но мои вчерашние слёзы до сих пор стоят комом в горле. — А с утра куда-то срочно уехал и телефон выключил…

— Надеюсь, малыш в тебя пойдёт! — насмешливо закатывает глаза Вольская и принимается помогать мне с завтраком. — Ян бредит уже детьми… хочет много Мил! — хохочет она, не скрывая смущения от возможных сюрпризов.

— Главное, чтобы здоровые были. — делюсь я своим беспокойством. — И выносливыми… этот мир слишком жесток…

— В нашей большой семье никто не пропадёт! — уверенно заявляет подруга, имея ввиду нашу объединившуюся компанию друзей.

Посылаю ей слабую улыбку и уже без энтузиазма ковыряю остатки пирожного.

— Какие люди и без охраны! — ударяет по ушам знакомый голос. — Думал уж, что вы не объявитесь, Алиса!

— Не о том думаете, Родион! — делает замечание Мила, пока я позволяю парню изучить своё отёкшее от слёз лицо.

— Алиса, поговорим наедине? — скидывает с себя образ весельчака Травицкий.

— Это не лучшая мысль. — без пышных фраз отказываюсь я. — У меня нет желания мусолить пройденную тему.

— У меня есть желание и этого достаточно. — слишком настоятельно произносит Родион. — Будь добра, встань и пересядь за мой столик, если не хочешь сцен.

— Вы забываетесь, Травицкий! — бросается на мою защиту Мила. — Вы не в том положении, чтобы выдвигать свои условия.

— Я не собираюсь вступать с вами в дискуссию, Вольская. — раздражённо лязгает зубами Родион. — Оставьте свои пустые угрозы при себе. Ваша интимная связь с Барсовым никак не может повлиять на моё пребывание в компании.

Такого хамства мы с подругой не ожидаем, поэтому столбенеем одновременно.

— Возвращаюсь к вежливой просьбе. — облокачивается на стол ладонями и наклоняется к моему лицу. — Уделите мне, пожалуйста, пять минут своего времени, Фадеева.

— Какие-то проблемы, Мила Андреевна? — вырастают перед нами два амбала, загораживая собой весь обзор и отделяя моего воздыхателя.

— Да. — сквозит гневом голос подруги. — Мужчина не воспринимает наш отказ и настаивает на своём. Примите, пожалуйста, меры.

Изумлённо осматриваю верзил и пытаюсь припомнить, видела ли я их раньше. Секьюрити Легиона, конечно, приметные бойцы, но эти, по-моему, пережрали анаболиков. И слишком уж много внимания уделяют рассмотрению моей реакции.

— Двигай. — жутким басом молвит один из них, бесцеремонно толкая в плечо Родиона.

Его лицо не выдаёт ни единой опаски, наоборот, выглядит он так, будто новую охрану сам на должность утверждал. Определённость в его взгляде говорит о том, что появление мужчин вполне ожидаемо.

— Ещё раз тронешь и я выверну тебе пальцы. — бойко вещает он стальным голосом.

— Кто это? — спрашиваю шёпотом у Милы.

— Не знаю, да и какая разница, пусть уберут его, совсем уж белены объелся… — хохлится подруга, поддерживая набег незнакомцев.

Я же такого рвения доверять чужакам не чувствую. Их внушительный вид и морды с жаждой к бесчинству вызывают во мне знакомое волнение. Когда не знаешь чего ожидать. Как Влад и его друзья, такие же одичалые, выращенные в среде, пропитанной разрушениями. В них кипит тяга к борьбе, к применённую силы.

Это совершенно не вселяет расположения, скорее отпугивает и создаёт эмоциональную связь с тем, кто попал им в руки.

Нехотя я перехожу на сторону Родиона, ведь именно он выбран жертвой для расправы.

— Нам не нужна ваша помощь, спасибо. — с тарабанящим внутри сердцем говорю я. — Возникло недопонимание, мы в состоянии сами справиться с кризисом.

— Алис, не глупи. — врезается в меня разгромным взглядом Мила. — Неизвестно, что от него ожидать… Его просят оставить нас в покое, а он ноль внимания!

— Сами разберёмся. — непримиримо повторяю я, но должного эффекта не наблюдается. Головорезы настроены решительно и склонны идти до конца. Мы с Вольской лишь повод утянуть Родиона в подвал и отточить мастерство избиения.

Я это не выдумала. Видно по поведению.

— О, Алиса? Ты за меня заступаешься? — расползается ухмылка Травицкого. — Я ценю, но в силах и сам дать отпор.

— Продемонстрируете это на улице. — подчёркнуто глумливо молвит подруга, крутя головой и доходя умом, что всё офисное кафе предвкушает перфоманс, а бывшие любовницы Березина уже смакуют новые сплетни. — Если вы слов не понимаете, то вам объяснят другим путём.

Негодующе округляю глаза, не понимая куда делось рациональное мышление Вольской.

Они ж его сейчас убьют за углом. Как бы он не сопротивлялся, против двойной силы не каждый выстоит.

— Вы под стать своему парню, Мила Андреевна… — с издёвкой произносит Родион. — Бездушная и ослеплённая звёздной болезнью.

— Благодарю за комплимент. — язвит она, протягивая вип-карту официанту. — Идём, Алиса, нам здесь делать уже нечего. Порядок наведут и без нас. — и демонстративно громко отодвинув стул, подтягивает меня за собой.

— Умоляю, Мила Андреевна, будьте осторожны, не порежьтесь о своё остроумие! — начинается словесная дуэль.

— Закрой уже хайло! — агрессивно гундосит один из мужчин и жёсткой хваткой цепляется за пиджак Родиона. — Талдычишь, как баба! Шагай вперёд и не оборачивайся! — и метким движением направляет закипающего парня к дверям.

Пока Мила заново оценивает бугаев и задумывается об их профессионализме, я дёргаюсь и кидаюсь на помощь Травицкому.

Я не хочу новый балласт на совести, что беспрепятственно отдала человека на растерзание. В конце концов, хоть парень и чрезмерно настойчив, но именно он не раз спасал меня от Влада. А я отблагодарю его тем, что отвернусь и позволю получить незаслуженное наказание?

Да, он меня достал и засел в печёнках, но я что изверг, что проучу его таким способом?

У меня есть мужчина, который любит убеждать людей кулаками, вот он пусть и разбирается с ним, а не эти двое. Пара ударов по морде от официального жениха ничто, по сравнению с кровопролитием, что могут устроить незнакомые громилы.

— Постойте! — догоняю их, несмотря на упрекающие крики Милы. — Я же вам сказала, что конфликт исчерпан! На каком основании вы вмешиваетесь?

— Не лезь, Алиса. — пресекает моё желание помочь Родион и презрительным рывком освобождает из рук охранника своё плечо.

— Мне обратиться к начальству? — взыскательно смотрю на мужчин.

— Обращайтесь. — пофигистично бросает мне в лицо один из них и снова тянется своими лапами к Травицкому. — Заканчиваем и в машину его.

Возле меня снова оказывается Мила и по тому, как она хмурится, ясно, что и её посещают сомнения.

— Кто-нибудь знает этих двоих? — громко обращается она к обедающим работникам фирмы. — Покажите удостоверения. — требует у чужаков, когда все присутствующие отрицательно мотают головой.

Реакция амбалов достойна театральных оваций. Молча переглянувшись, они хватают за шкирку Родиона и волоком тащат его на выход. Бедный парень машет руками и пытается хоть одному зарядить в глаз, но это ему не субтильный Влад, а накаченные зверюги.

— Твою мать! — прозревает Мила. — Куда они его повели? — нервничая, тычет ногтями по айфону и попутно просит коллег вызвать настоящую охрану Легиона. — Стой, куда собралась? — хватает меня за рукав, когда я намереваюсь бежать за попавшим в беду парнем. — С ума сошла? Сядь и сиди, ещё не хватало оттуда тебя вытаскивать! Тебе вообще запрещены лишние телодвижения…

Колеблюсь. Чего делать-то? Надо хоть номера машины посмотреть, как искать-то будем?

— Чёрт, Ян недоступен! — бормочет сквозь зубы девушка. — Стой, сказала! — мчится за мной на улицу. — Эля, быстро свяжи меня с начальником безопасности! — на бегу отдаёт приказ своей помощнице.

Вижу спины бугаев и даже не удивляюсь, что все прохожие мужчины не торопятся к ним соваться. Одним ударом расквасят лицо, потом не соберёшь. Не успеваю добежать, как лифт с троицей уезжает на первый этаж. Меняю направление к лестнице.

— Меня хоть подожди! — кряхтит мне вслед подруга, ускоренно перебирая шпильки. — Ты что собралась делать, Алис!? Себя вместо него предложишь?

— Тебя отдам, это же ты их науськивала! — сердито бросаю через плечо.

— Кто ж знал, что они не из местных? — бурчит Вольская, едва поспевая за мной. — Под ноги смотри, дура! — кричит мне в затылок. — Я за вас двоих отвечаю, если что! — напоминает мне о том, что я теперь не одна.

Ох ё! А бегать-то во время беременности можно? Я ж ещё у врача не была, Березин только на завтра нас записал…

Резко торможу и перевожу дыхание. Стараюсь успокоиться.

Как ты там, ребёнок? Не вздумай учудить! Мы с тобой договорились, что будем держаться вместе и построим счастливую жизнь!

Закрываю глаза и мысленно прячу в руках тот пузырик, что формируется под сердцем.

— Ничего не болит? Не тянет? — с беспокойством нависает надо мной Мила.

— Нет. — прислушиваюсь к своим ощущениям. — Всё отлично! Я просто забыла…

— Забыла она! — ругается Вольская, хватаясь за лестничные перила. — Надо в первую очередь думать о… так, всё! — подносит к уху трезвонящий телефон. — Вова! — взывает к начальнику безопасности. — Срочно к правому выходу! Там какие-то люди насильно уводят нашего сотрудника! Да-да! Это они на камере! Пожалуйста, скорее!

— Ага, уже «пожалуйста, скорее!», а сначала сама говорила убрать его! — обвинительно бубню я, уже не так сумасбродно спускаясь по лестнице.

— Я ж его не красть просила, а обьяснить русским языком, что нас доставать не надо было! — впопыхах оправдывается леди-босс.

— Ты и правда в Барсову превращаешься! — хмыкаю я.

— А ты становишься Березиной! — кривит в ответ гримасу. — Бестолочь!

Ускорившись на первом этаже, выходим на крыльцо здания и застаём невероятную картину, как три наших охранника тщетно пытаются спасти Травицкого, которого против воли запихивают в машину.

— Боже! — восклицает Мила, прикрывая рот рукой. — Что я наделала?!

Про себя соглашаюсь с этим высказыванием и шокировано наблюдаю, как одного из наших людей ударяют кулаком в живот.

Господи! Кто они такие и что им надо? Кто выпустил этих буйволов из клетки?

Ахаем с Вольской одновременно, когда машина срывается с места и увозит беднягу Родиона, а трое охранников остаются лежать на земле и катаются от боли по асфальту на глазах у оцепеневших прохожих.

— Ян меня убьёт… — жалобно пищит Мила, смотря на то, как из офиса запоздало выбегает ещё несколько человек из нашей охраны.

— Ещё как убьёт! — словно выстрел из пушки звучит сзади нас ледяной голос.

Онемев от ужаса обе прирастаем к месту.

— Ответьте мне на один вопрос, Вольская. — слышится медленная поступь в нашу сторону. Каждый шаг отбивается эхом в ушах и пускает по телу волну дрожи.

— Почему мою конференцию прерывают сообщением, что моя невеста носится по всему зданию, спасаясь от террористов и молит их о пощаде?? Даже видео прислали, где вы обе сшибаете всё на своём пути и рвётесь на улицу! — заполняет меня липким страхом жуткий тон Барсова.

Обалдеть, как люди успевают всё переврать!

— Знаете, что самое интересное? — неторопливо обходит нас Ян и встаёт перед нашими лицами. — Что я даже не удивился… такой балаган в офисе могли устроить только вы.

— Они Травицкого похитили! — делает грудь колесом Мила.

Типа бесстрашная и всё такое.

— И что? — получает устную оплеуху.

— Как что? — возбухает девушка. — Это я им сказала…

— Ах ты им сказала? — втягивает ноздрями воздух Ян. — Давай-ка проясним. Мои вчерашние слова вчера о том, что нужно быть осторожнее и не устанавливать контакт с подозрительными личностями ты не расслышала или принципиально решила пойти наперекор?

— Травицкий надоедал, а они предложили помощь… — стушёвывается под его убийственным взглядом подруга.

— Вольская. — ходит ходуном челюсть Барсова.

— Тебя что больше волнует-то, Ян? — смотрит она поверх очков. — То, что я по надобности созвала охрану или всё-таки похищение человека? Твоего подчинённого, кстати…

— Основное, что меня волнует, это твоя безопасность! — гневается мужчина, прожигая Милу насквозь. — И твоя тоже, Фадеева! — уже не только Милу. — Тебе ещё предстоит объяснять Березину!

Обрадовал…

— Прежде, вам всем предстоит объясниться передо мной! — громыхает голос Барсова-старшего. — Что здесь происходит?? Ян? — подходит он к сыну.

— Я сам только что узнал. — темнеет больше тучи тот.

Смотрю на эту семейку и внутри всё переворачивается от нервов. Как Мила с ними справляется? Они же машины для убийства.

— Я успел-я успел?? — откуда не возьмись прилетает запыхавшийся Березин. — Фух, успел! — смотрит на меня и улыбается. — А, нет, не успел… — переводит взгляд на мрачного Марка Мироновича и становится таким же.

— Ох, Березин… — трёт пальцами морщины на лбу генеральный и тяжело вздыхает. — Рассказывай. Что за хренотень творится в моей компании??

— Не при дамах. — упирается упрямым взглядом Игорь.

— В мой кабинет. — приказывает Барсов-старший и поворачивается к нам с Милой. — Вы за нами. Подождёте в приёмной, пока я вас тоже не вызову. — и резко развернувшись повелительно ведёт всех за собой.

Встречаемся с подругой настороженными взглядами и вперёд за Барсовыми. Только пропускаю её перед собой и делаю шаг, как меня сильно щипают за попу:

— Домой приедем и я тебе настоящий террор покажу.

Ух ё!