Глава 2

Заминка длится слишком долго.

Сначала наступает оглушительная тишина, которую режет лишь сдавленный кашель кого-то из администраторов. А потом зал взрывается. Не криками, нет. Шепотом. Шепотом, который шипит, как змеиное гнездо, со всех сторон.

Ведущий пытается что-то сказать, но лишь беспомощно шевелит губами.

Ко мне подходит мужчина в униформе службы безопасности аукциона и хватает за локоть.

— Прошу проследовать… — но он не успевает сделать и шага.

— Убери от неё руки, — я не понимаю, как тот самый мужчина оказывается рядом и его мощный голос заставляет отпрянуть работника аукциона.

Воздух застывает. Шёпот в зале сменяется гробовой тишиной. Даже ведущий замирает, его рот приоткрыт в немом изумлении. Вся моя дрожь куда-то уходит, сменившись оглушительным гулом в ушах. Я чувствую лишь жар, идущий от его тела, стоящего так близко, что до моего плеча остаётся сантиметр или даже меньше. И моя кожа… она светилась так ярко, что, кажется, может ослепить всех в этом зале.

Он ничего не объясняет охране или ведущему. Не удостаивает их даже взглядом. Его большая, тёплая и невероятно твёрдая рука ложится мне на спину чуть выше талии, и толчок, данный ею становится настолько уверенным и непререкаемым, что мои ноги несут меня вперёд сами, будто я марионетка.

— Идём, — его приказ звучит прямо над моим ухом.

И мы идём. Вернее, он идёт своей мощной, размашистой походкой, а я почти бегу рядом, чувствуя, как его пальцы прожигают ткань платья, которое на меня с трудом натянули перед началом демонстрации. Мой свет пульсирует в такт бешено колотящемуся сердцу, отбрасывая на стены причудливые мерцающие тени. Я ловлю на себе шокированные, возмущённые взгляды, но он продолжает идти, не обращая ни на кого внимания, рассекая толпу, как ледокол рассекает лёд.

Какой-то смельчак с рогами и зелёной кожей пытается встать у нас на пути, возмущённо жестикулируя.

— Нарушение! Правила…

Мой незнакомец даже не замедляет шаг

— Правила меняются, — рычит он так, что у меня по спине пробегают мурашки от его голоса. И… о боже. Мне показалось, или от его низкого голоса дрожит хрустальная люстра под потолком? Зелёный в миг отпрянул, и мы проходим дальше, выйдя, наконец, из зала в более узкий и тихий служебный коридор.

Дверь с шипением закрывается за нами, оставив за спиной гул голосов. Наступает тишина. Только предательски громкое дыхание и стук каблуков по глянцевому полу нарушают её.

Я отшатываюсь от него, прислоняюсь спиной к прохладной металлической стене, пытаясь перевести дух. Моя грудь тяжело вздымается, и я отчаянно надеюсь, что он не смотрит.

Но незнакомец смотрит. Его глаза, цвета чернёного золота, медленно скользят по мне, по моему светящемуся, пылающему жаром телу. В них я чувствую спокойное, изучающее любопытство, от которого становится жарче.

— Я… — мой голос срывается на шепот. — Я не понимаю. Что происходит? Почему вы… я?

— Ты задаёшь слишком много вопросов, — его губ касается что-то, отдалённо напоминающее улыбку.

Незнакомец делает шаг вперёд, сокращая и без того крохотное расстояние между нами. От него пахнет тёплым камнем и чем-то мне совсем неизвестным.

— Для начала хватит и одного. Как тебя зовут?

Этот простой вопрос ввергает меня в новый ступор. После всего, что произошло, он спрашивает моё имя?

— Лиана, — выдыхаю я. — Лиана Мирная.

— Лиана, — моё имя на его языке звучит как низкий, бархатный рык. Он протягивает руку, и я инстинктивно отстраняюсь, ещё сильнее упираясь в стену, но он лишь проводит большим пальцем по моей светящейся щеке. Кожа под его прикосновением вспыхивает ещё ярче. — Приятно познакомиться. А теперь перестань дрожать. Я не верну тебя обратно.

— А что вы со мной сделаете? — шепчу я, глотая комок в горле.

Он наклоняется так близко, что его дыхание опаливает мои губы.

— Для начала, — говорит он тихо, — научу тебя не стесняться этого света.