Глава 18.

Кира

На парах сидела в какой-то прострации, переваривая разговор с Пашей. Я была в шоке. Меня словно оглушило от его слов. Поверить не могла, что он серьёзно всё решил.

– Ты чего такая гружёная? – поинтересовалась Юля, когда мы вышли на улицу после учёбы. – Вы ж решили всё? Или я чего-то не поняла?

– Один вопрос решили. Но всплыл другой. Не хочу сейчас об этом. Слушай, ты же не против, если я заеду обратно в общагу? Тебе же вроде пока так никого и не собираются подселять?

– Не против, конечно. Очень даже «за». Сама же знаешь, что мне там без тебя не айс. Но ты уверена, что это именно то, чего ты хочешь?

– Не уверена. Но, наверное, так сейчас будет лучше. – ни в чём я не уверена. Но мне казалось правильным это решение.

– Тебе виднее, но я бы не рубила так. Я, конечно, не в теме, но мне кажется ты это решение сгоряча принимаешь.

– Возможно и сгоряча. Но остыть мне лучше отдельно от Паши.

– Ну, тогда жду тебя с вещами. Делай, как считаешь нужным.

– Спасибо, Юль. – искренне поблагодарила подругу.

– Пффф, да было бы за что. Считай, у меня свой корыстный интерес: не подселят мне никакую непонятную особу. Буду жить как и раньше: комфортно в хорошей компании. – Юля попыталась всё свести в шутку. Но я прекрасно понимала и видела, что она за меня переживает.

Договорившись встретиться через пару часов, попрощались. В нашу с Пашей квартиру ехала с камнем на сердце. Так хреново было. Словами не описать.

Возможно, на эмоциях я была слишком категоричной. Но это не отменяет того, что меня не устраивает такая постановка вещей. Это не значит, что я теперь не буду переживать. Буду, ещё как буду.

Я не соврала, когда сказала, что не знаю, что хуже: возможная измена или эта месть. Да, я поверила, что он не изменял, видела по нему, что не обманывает. Поняла, что в большей степени себя накрутила, ибо все было слишком, на мой взгляд, очевидным. Но! Но то, что я узнала после, не облегчило душевное состояние.

Понятия не имею, серьёзно ли отнёсся Паша к моим словам о том, что я съеду. Или может подумал, что ляпнула сгоряча. Отчасти, я и правда сказала на эмоциях. Но весь день прокручивая в голове наш с ним утренний разговор, убедилась, что моё «сгоряча» не такое уж и импульсивное.

Я очень сильно его люблю. И вряд ли любить перестану. Его из сердца не вырвать (если только вместе с самим сердцем). Эти чувства проросли глубоко в меня. Намертво закрепились. Но и смотреть молча за тем, как он себя губит, я была не готова.

Ведь я и подумать не могла, что в нём сидит такая одержимость. Что он отпустить прошлое не может. Я понимала, что его гложет чувство несправедливости, но и представить не могла, что настолько сильно.

Где-то в глубине души я таила надежду, что мой подобный ультиматум заставит его остановиться. Что может не сразу, но он выберет меня, а не месть. Что уйди я из его жизни и он задумается и поменяет приоритеты. Может это с моей стороны глупо и наивно. Но делала, как умела. Или не умела, но делала.

Наверное, все события последних суток выпотрошили меня в эмоциональном плане, но собирала я вещи с каким-то необъяснимым хладнокровием. Пока Паша был на работе, подчищала все следы своего недолгого присутствия в этой квартире.

Временами задумывалась о том, что буду делать без него. Что если он не изменит решения? Принять со временем его желание? Не смогу. А без него смогу? Тоже нет. Замкнутый круг. Но все эти размышления меня не остановили и полтора часа спустя я ехала в такси с сумками.

Обратно в общежитие заселилась без проблем и помех. Я-то уже настроилась, что за место в комнате придётся повоевать, а оказалось, что всё намного проще, чем нарисовало моё воображение.

Юля не донимала меня вопросами, но порой задумчиво за мной наблюдала, когда думала, что я этого не замечаю. А я не торопилась ей рассказывать причину своего решения. Не хотела. Может немного позже, но не сейчас.

Сама не до конца понимала, правильно ли поступаю или нет. В голове каша, в душе кровоточащие раны. Как-то всё у нас с Пашей через одно место.

Я ведь даже в полной мере не успела насладиться нашим совместным проживанием. Вроде и жили вместе, а вроде и врозь. Что-то пошло не так … Но теперь я хотя бы знаю причины. Правда, от этого не легче. Я бы даже сказала – наоборот.

Убивало собственное бессилие и невозможность на что-то повлиять. Ну не укладывалось у меня в голове, что всё происходящее – правда.

Как же меня разрывало. Хотелось сорваться и вернуться обратно. Но, одновременно с этим, была внутренняя потребность стоять на своём. Если есть хоть малейший шанс разубедить Пашу, то я им воспользуюсь. Возможно, я ещё тысячу раз пожалею и пролью литры слёз (не исключаю подобный вариант). Но если нам суждено быть вместе, значит будем. Время покажет. Главное не загнуться и не зачахнуть, пока всё встанет на свои места.

Пока раскладывала вещи, несколько раз срывалась в слёзы. Пыталась взять себя в руки и убедить себя в правильности решения, но получалось хреново. Для меня сейчас был свой личный конец света. Мой персональный ад размером с галактику. Наломали мы дров.

Казалось бы, вопрос с мнимым предательством разобрали, а назрел другой. Кто бы мог подумать, что всё так обернётся?! Может зря я съехала? Невыносимые качели.

Закончив с вещами, прилегла вздремнуть. Усталость была настолько сильной, что просто ноги подкашивались. Не могла никак найти точку опоры. Поэтому, свернувшись калачиком, отвернулась к стене и задремала.

Из поверхностного сна вырвал телефонный звонок. Паша.

– Да? – ответила немного охрипшим и дрожащим голосом. Или просто я сама вся дрожала.

– Кир, и как это понимать? Ты где? В общаге? – Пашин голос сквозил нервными нотками и переживанием.

Видимо, вернувшись с работы, понял, что нет не меня, не вещей. Удивительно, но с работы он приехал сегодня рано. Ещё несколько дней назад я была бы этому безумно рада. А сейчас … сейчас не понимаю, что именно ощущаю. А ведь сегодня мы должны были идти в кино. И без того шаткие планы обернулись крахом.

– В общаге. – ответила, давясь воздухом. Словно ком в горле встал, мешая лёгким раскрыться в полную мощь.

– Не дури. Я сейчас приеду за тобой, поедем домой. – сказал примирительно нежно. Хотя и его голос дрожал. Это было на столько очевидно, что стало до невыносимого больно.

– Нет, Паш. Домой я поеду только в том случае, если ты сможешь сделать то, о чём я тебя просила. – преодолев порыв согласиться, настояла на своём.

– Ты просила о невозможном. Я не прошу меня понять, но прошу принять.

– Не смогу. Ни сейчас, ни позже. – соврала. Может и смогла бы потом, со временем. Как знать. Но сейчас нет.

– Ладно, успокойся немного. Остынь. Если тебе нужно время – не вопрос. В любом случае я жду тебя дома и в любое время готов забрать тебя из общежития. Просто скажи об этом. – произнёс, тяжело и громко вздохнув.

– Я спокойна. У тебя тоже есть время поменять решение.

– Кир…

– Паш, не надо. – оборвала его на полуслове. – Ты считаешь, что ты прав. Я считаю, что права я. Кто-то из нас должен принять решение.

– Ты так просто от нас откажешься? – спросил с режущей болью в голосе.

– Поверь, не просто. Я безумно тебя люблю. Себя не помню, насколько сильно люблю. Но это не жизнь. Ещё раз ждать тебя из тюрьмы я не вывезу. И не потому что не захочу, а потому что просто не вытяну. Загнусь быстрее. – озвучила ему свои самые страшные опасения. Страх, который не отпускает весь день и отпустит ещё не скоро.

– Да с чего ты решила, что всё закончится тюрьмой? Тут нет никакого криминала, чтоб думать о подобном исходе.

– А с чего ты решил, что нет? Ты связался не пойми с кем. Влез чёрт знает во что. И думаешь, что нет никаких рисков? Я так не считаю.

– Кнопка, ты преувеличиваешь и накручиваешь себя. Давай я приеду и мы спокойно поговорим?

– Поговорим, Паш. Но не сегодня. Я, как выжатый лимон, и, одновременно с этим, будто взрывчаткой напичкана. Я просто не смогу спокойно.

– Я тебя услышал. Просто помни о том, что я не отступлюсь.

– Это я как раз прекрасно поняла. – грустно усмехнувшись, покачала головой. К сожалению, поняла.

– Нет, не поняла. От тебя не отступлюсь. Слышишь? Нужна тебе пауза, окей. Но хрен ты от меня отделаешься. – от его слов сердце затрепыхалось, глаза округлились, а во рту пересохло. – Целую, кнопка.

– Целую. Пока.

Сбросив вызов, прижала телефон к груди и откинулась обратно на подушку. Теперь мои внутренние качели чуть ли с креплений не сорвались, как штормило.

– Пашка звонил? – спросила подруга, которая всё это время находилась в комнате.

– Да, он. – с трудом сглотнув, только крепче сжала телефон. Не отступится. От меня не отступится. А от желания мстить? Как же всё сложно.

Желание было сорваться к нему прямо сейчас. Безвольно, слабохарактерно и бесхребетно сорваться. Забить на свои принципы и оказаться рядом с ним. Как же я себя ненавидела за подобную слабость.

Постоянно крутила в голове мысли, как повлиять на его решение. Как заставить одуматься. Но толкового ничего на ум не приходило.

Остаток дня прошёл мимо меня. Первая половина следующего тоже. Только после пар немного собралась, чтоб нормально отработать смену в кафе.

В течение дня периодически переписывались с Пашей. Так, ни о чём. Простые сообщения, не содержащие глубокого смысла. Просто были рядом, хотя и не вместе.

В общагу со смены вернулась полностью вымотанная. Сил с трудом хватило принять душ и слегка перекусить. Всё, сдулся пупсик. Хотя смена была вполне щадящей. Та же Юля, в отличии от меня, была полна сил и бодрости.

– Что-то ты совсем разваливаешься находу, подруга! Ты из-за Пашки такая? Не кисни, всё нормально будет. Перебеситесь и снова упорхнёшь от меня в ваше с ним гнёздышко.

– Я просто устала. – отвечала ей уже лёжа в кровати. Мне кажется, что было бы достаточно на несколько секунд прикрыть глаза и я бы отключилась в миг.

– Ты случаем не залетела? Что-то вялая такая всё время. – спросила подруга со смехом, попутно отправляя в рот бутерброд с сыром.

– Нет, это просто переутомление из-за последних событий. Скоро пройдёт. – ответила максимально равнодушно, но на её словах невольно заострила внимание.

А ведь то, о чём она сказала, вполне вероятно может оказаться правдой. Мы с Пашей всегда предохранялись, используя презервативы. За исключением одного единственного раза. Того, когда был наш первый раз после его возвращения.

По телу прошла волна дрожи. Тому, что у меня, возможно, задержка, я значения не придавала, ведь с циклом у меня всегда было сложно. Сбоил с самого начала и был не регулярным. Но я ведь реально немного вялая и постоянно хочу спать. И это касается не только предыдущих пары дней. Это состояние стало моим верным спутником на протяжении двух последних недель. Хотя, больше не было никаких явных признаков возможной беременности.

Если десять минут назад мне казалось, что я с лёгкостью усну, то сейчас сон, как рукой сняло. Мне вдруг стало до ужаса страшно. А что если я беременна? Что мне делать-то? У меня нет законченного образования, нормальной работы и жилья. Вообще ничего нет.

В эту же секунду захотелось взять телефон и позвонить Паше. Просто, чтоб голос его услышать, чтоб успокоил, сказал, что всё будет хорошо. Но я себя вовремя притормозила. Что я ему скажу? Что возможно беременна?

Мне показалось глупым поднимать панику, когда ещё ничего не известно и не понятно. А если ничего нет, для чего это бессмысленное сотрясание воздуха? Он ведь может подумать, что я таким способом решила им манипулировать, чтоб отказался от своих планов. А уж чем-чем, а этим я манипулировать не хотела и не собиралась. И не важно, подтвердятся мои догадки и опасения или нет.

Из всех посетивших мою голову мыслей я вычленила одну: завтра с утра схожу в аптеку и куплю тест на беременность. Нужно всё проверить и только тогда поддаваться панике или, наоборот, расслабиться. Если же он окажется положительным, то буду думать, что делать и как быть. Сейчас бессмысленно себя накручивать.

Не знаю, где нашла внутренние силы побороть панику, но мне удалось. Наверное, последние ресурсы организма на это потратила, потому что отключилась вмиг.