3

На столе Крэддока в Нью-Скотленд-Ярде лежала аккуратная стопка бумаг. Быстро проглядев их, он бросил через плечо:

— Где остановилась Лола Брюстер?

— В «Савое», сэр. Номер тысяча восемьсот. Она вас ждет.

— А где Ардуик Фенн?

— В «Дорчестере». Первый этаж, номер сто девяносто.

— Прекрасно.

Он взял со стола несколько телеграмм, еще раз пробежал их глазами и запихнул в карман. Читая последнюю, он не сдержал довольную улыбку.

— И не говорите, тетушка Джейн, что я плохо делаю свое дело, — пробурчал он себе под нос.

Выйдя на улицу, Дермот Крэддок направился к «Савою».

Лола Брюстер приняла его в номере, всем своим поведением давая понять, что безумно ему рада. Крэддок внимательно разглядывал ее, сопоставляя увиденное со строчками недавно прочитанного отчета. Еще вполне красивая и даже роскошная женщина, может быть, слегка пышновата, но такие вполне пользуются успехом. С Мариной Грегг, разумеется, ничего общего, совершенно другой тип. Когда обмен любезностями был закончен, Лола отбросила со лба волосы — прическа жительницы острова Фиджи, — игриво надула щедро напомаженные губки, над карими глазами порхнули голубые веки.

— Вы пришли, чтобы опять задавать мне эти кошмарные вопросы? Как местный инспектор?

— Надеюсь, мисс Брюстер, они не будут уж очень кошмарными.

— Будут, как же не будут, и вообще вся эта история — жуткая ошибка.

— Вы действительно так считаете?

— Да. Такая нелепость. Неужели вы всерьез считаете, что кто-то пытался отравить Марину? Да кому такое придет в голову? Это же милейшая женщина. Все ее обожают.

— Включая вас?

— Я всегда относилась к Марине с нежностью.

— Мисс Брюстер, а разве одиннадцать или двенадцать лет назад между вами не возник некий конфликт?

— Ах это! — Лола махнула рукой — мол, какие пустяки. — Я тогда была в растрепанных чувствах, сильно нервничала, мы с Робом жутко цеплялись друг к другу. И он, и я были на себя не похожи. Марина страстно влюбилась в него и смела этого беднягу вихрем своей страсти.

— Вы ведь были сильно против?

— Тогда мне казалось, что да, инспектор. Но сейчас могу сказать: какое счастье, что мы разошлись! Если что меня и беспокоило, так это дети. Что рушится наш дом. Боюсь, к тому времени я уже поняла — у нас с Робом несовместимость. Вы, наверное, знаете, что, едва мы развелись, я вышла за Эдди Гроувза. В общем, я любила его давно, но не хотела разводиться из-за детей. Важно, чтобы у детей был дом, правда же?

— Но от людей мне известно, что вы были очень расстроены.

— Ну, люди вам расскажут, — туманно заметила Лола.

— Вы ведь тогда наговорили много, да, мисс Брюстер? Даже, я слышал, угрожали застрелить Марину Грегг.

— Ну и что, мало ли кто чего говорит. От меня ведь ждали чего-нибудь подобного. Ни в кого я стрелять не собиралась, это же ясно.

— А кто пальнул в Эдди Гроувза несколько лет спустя?

— Да, было дело, мы здорово поссорились, — признала Лола. — Я тогда вышла из себя.

— У меня есть достоверные сведения, мисс Брюстер, что вы произнесли буквально следующее. — Он раскрыл записную книжку и стал читать: — «Пусть эта сука не думает, что это сойдет ей с рук. Если не застрелю ее сейчас, рано или поздно все равно до нее доберусь. Не знаю, сколько придется ждать, пусть даже годы, но в конце концов я все равно с ней поквитаюсь».

— О-о, я уверена, что в жизни ничего подобного не говорила. — Лола засмеялась.

— А я уверен, мисс Брюстер, что говорили.

— Люди так любят преувеличивать! — На лице ее возникла очаровательная улыбка. — В ту минуту я просто взбеленилась, вот и все, — доверительно проворковала она. — А в таком состоянии чего только не скажешь. Неужели вы думаете, что я ждала четырнадцать лет, чтобы из-за океана приехать в Англию, отыскать Марину и через три минуты после встречи подсыпать ей в коктейль яд?

Дермот Крэддок так не думал. Ну правда, мыслимо ли такое? Он сказал:

— Я лишь напоминаю вам, мисс Брюстер, что в прошлом имели место угрозы и что, увидев кого-то в тот день на лестнице, Марина Грегг, безусловно, вздрогнула и испугалась. Логично предположить, что этим кем-то были вы.

— Но милейшая Марина была счастлива меня видеть! Она поцеловала меня и воскликнула, как прекрасно, что я приехала! Нет, правда, инспектор, думать так — ужасная глупость с вашей стороны.

— В общем, воссоединилось счастливое семейство, да?

— Ну, это больше похоже на правду, чем все, что вы тут навыдумывали.

— И вы ничем нам не можете помочь? Не представляете, кто хотел бы ее убить?

— Говорю вам, убивать Марину не хотел никто. Вообще она очень глупая женщина. Все время поднимает волну из-за своего здоровья, то ей нужно одно, то другое, а стоит получить вожделенное, оно тут же ее не устраивает! Понятия не имею, почему люди ею так восхищаются. Джейсон всегда был от нее совершенно без ума. Чего только он из-за нее не натерпелся! И вот поди ж ты. Марину терпят все, все готовы ради нее наизнанку вывернуться. После этого она одаривает их грустной, нежной улыбкой и говорит спасибо! Видимо, этого им вполне достаточно, их труды вознаграждены! Не знаю, как ей это удается. Так что выкиньте из головы мысль о том, что кто-то хотел ее убить.

— Я бы рад, — сказал Дермот Крэддок. — Но не могу, ибо это произошло.

— Что произошло? Марину ведь никто не убил?

— Нет. Но покушение на ее жизнь было.

— Не верю я в это! Уж не знаю, кто убийца, но убить он хотел другую — ту, которую и убил. Может быть, с ее смертью кто-то здорово разбогатеет?

— Никаких денег у нее не было, мисс Брюстер.

— Значит, другая причина. В общем, на вашем месте я насчет Марины не беспокоилась бы. У Марины всегда все в порядке!

— Вы считаете? А мне она не показалась очень счастливой женщиной.

— Да потому что она все превращает в трагедию. То у нее неудачный роман. То она не может иметь детей.

— Кстати, нескольких детей она усыновила? — спросил Дермот, живо припомнив настойчивые просьбы мисс Марпл.

— Да, было такое. Правда, ничего путного из этого не вышло. Взбредет ей что-то в голову, она и сделает, а потом жалеет.

— И что случилось с этими детьми?

— Понятия не имею. Взяли и исчезли. По-моему, она просто от них устала, как устает от всего на свете.

— Ясно.