Глава 15 · Таппенс делают предложение

Джулиус вскочил на ноги.

— Что?

— Я думал, вам это известно.

— Когда она от вас уехала?

— Дайте сообразить. Сегодня понедельник, ведь так? Значит, в прошлую среду… Ну, конечно же! В тот самый вечер, когда вы, э… упали с моей груши.

— В тот вечер? До или после?

— Дайте сообразить… Да-да, после. Миссис Вандемейер прислала за ней — что-то очень срочное. Мисс Вандемейер и сопровождавшая ее сестра уехали с ночным поездом.

Джулиус рухнул в кресло.

— Сестра Эдит… уехала с пациенткой… я помню! — бормотал он. — Господи, быть совсем рядом!

Доктор Холл поглядел на него с глубоким изумлением.

— Не понимаю. Разве барышня не у ее тети?

Таппенс покачала головой. Она хотела что-то сказать, но предостерегающий взгляд сэра Джеймса заставил ее прикусить язык. Адвокат встал.

— Весьма вам обязан, Холл. Мы все очень благодарны вам за то, что вы рассказали. Боюсь, нам придется начать новые поиски мисс Вандемейер. А сестра, которая ее сопровождала? Скорее всего, вы не знаете, где она?

Доктор покачал головой.

— Мы не получали от нее никаких известий, но, насколько я понял, она должна была некоторое время оставаться с мисс Вандемейер. Но что могло произойти? Ну не похитили же нашу пациентку?

— Это вполне вероятно, — ответил сэр Джеймс.

— Думаете, мне следует обратиться в полицию? — спросил доктор.

— Нет-нет. Возможно, она просто поехала еще к каким-нибудь родственникам.

Доктору это объяснение показалось не слишком убедительным, но он понял, что сэр Джеймс больше ничего говорить не намерен, а пытаться что-либо выведать у знаменитого адвоката было бы напрасной тратой времени. А потому он попрощался со своими неожиданными гостями, и те ушли.

Выйдя из отеля, они подошли к «Роллс-Ройсу».

— Просто взбеситься, можно! — воскликнула Таппенс. — Ведь Джулиус несколько часов пробыл с ней под одной крышей!

— Я просто олух, — мрачно буркнул Джулиус.

— Но откуда же вам было знать, — утешила его Таппенс. — Ведь правда? — обратилась она к сэру Джеймсу.

— Да, не стоит понапрасну казниться, — мягко посочувствовал адвокат. — Что случилось, то случилось.

— Главное теперь, как действовать дальше, — прибавила практичная Таппенс.

Сэр Джеймс пожал плечами.

— Можно через газету поискать сопровождавшую ее сестру. Дать объявление. Хотя вряд ли от этого будет толк. Но больше тут ничего не придумаешь.

— Ничего? — растерянно повторила Таппенс. — А… а Томми?

— Будем надеяться на лучшее, — ответил сэр Джеймс. — Да, нам остается только надеяться.

Но при этом он поверх ее поникшей головки встретился взглядом с Джулиусом и еле заметно покачал головой. Джулиус понял. Сэр Джеймс считал, что надежды нет. Лицо молодого американца помрачнело. Сэр Джеймс взял руку Таппенс в свои.

— Если что-нибудь выяснится, сразу же сообщите мне. Письмо перешлют немедленно.

Таппенс смотрела на него непонимающим взглядом.

— Вы уезжаете?

— Но я же говорил вам, не помните? В Шотландию.

— Да, только я думала… — Она замялась.

Сэр Джеймс пожал плечами.

— Милая барышня, я ничем больше не могу помочь. Все нити, которые нам удалось найти, оборвались. Поверьте, сделать действительно ничего нельзя. Если что-то изменится, буду рад помочь — всем, чем могу.

От его слов Таппенс совсем упала духом.

— Вероятно, вы правы, — коротко сказала она. — В любом случае огромное вам спасибо за все, что вы сделали. Счастливого пути.

Джулиус открыл дверцу машины. Искорка жалости мелькнула в проницательных глазах сэра Джеймса при виде поникшей головки Таппенс.

— Не отчаивайтесь так, мисс Таппенс, — сказал он вполголоса. — Помните, отдыхать еще не значит бездельничать. Одно другому не мешает.

Что-то в его тоне заставило девушку поднять глаза. Но в ответ на ее вопросительный взгляд он с улыбкой лишь покачал головой.

— Нет, больше я ничего не скажу. Сказать лишнее — всегда большая ошибка. Не забывайте этого. Никогда не открывайте всего, что вам известно, — даже тем, кому доверяете. Поняли? Ну, до свидания.

Он быстро пошел по тротуару, а Таппенс смотрела ему вслед. Она начинала понимать принципы сэра Джеймса. Один раз он уже вот так же небрежно бросил ей важный намек. Так, может, и сейчас он не все сказал. Иначе, что означают его слова? Что на самом деле он вовсе не махнул рукой, что в Шотландии он будет продолжать вести розыски, пока…

Ее размышления прервал Джулиус, пригласив в машину.

— У вас какой-то задумчивый вид, — заметил он, отъезжая от тротуара. — Старичок вам еще что-нибудь сказал?

Таппенс открыла было рот, но тут в ушах у нее зазвучал голос сэра Джеймса: «Никогда не говорите всего, что вам известно, — даже тем, кому доверяете». И тут же в ее памяти всплыла другая картина: Джулиус перед сейфом миссис Вандемейер, ее вопрос и пауза, перед тем, как он ответил «ничего». Правда, ничего? Или он нашел что-то и не сказал ей? Ну, если он что-то скрывает, почему бы ей не взять с него пример.

— Так, пустяки, — ответила она и не столько увидела, сколько почувствовала, что Джулиус скосил на нее глаза.

— А не прокатиться ли нам по парку?

— Как хотите.

Некоторое время они молча ехали по аллее. День был чудесный, и бьющие в лицо лучи солнца немножко ее подбодрили.

— Мисс Таппенс, как по-вашему, я отыщу Джейн?

В голосе Джулиуса звучало уныние. Это было так на него не похоже, что Таппенс в изумлении повернулась к нему. Он кивнул.

— Вот именно. Я готов сдаться. Сэр Джеймс явно считает, что надежды нет. Я сразу понял. Он мне не очень нравится — мы с ним разного поля ягоды, но ему пальца в рот не клади, и он не махнул бы рукой, если оставались бы хоть какие-то шансы на успех, верно?

Таппенс стало немножко стыдно, но, тут же вспомнив о том, что Джулиус тоже что-то от нее скрывает, она не стала его обнадеживать.

Она только сказала:

— Он посоветовал дать объявление о медсестре.

— Ну да. Предложил нам соломинку, за которую мы, глядишь, и уцепимся. С меня хватит. Пора домой в Штаты.

— Нет-нет, — воскликнула Таппенс, — мы же должны отыскать Томми!

— Да, про Бересфорда я совсем забыл, — виновато отозвался Джулиус. — Верно. Мы должны его найти. Но потом… Что ж, я отправился в Англию, напичканный всякими иллюзиями, вот и получил по заслугам. Хватит с меня иллюзий. А теперь, мисс Таппенс, у меня к вам один вопрос.

— Ну?

— Вы и Бересфорд. Это как?

— Не понимаю, о чем вы! — с небрежной гордостью ответила Таппенс, тут же, впрочем, добавив: — И вообще, вы ошибаетесь!

— То есть тут никаких нежных чувств?

— Конечно! — с жаром воскликнула Таппенс. — Мы с Томми друзья, и ничего больше.

— По-моему, нет таких влюбленных, — заметил Джулиус, — которые не старались бы всех уверить, что они только друзья.

— Чушь! — отрезала Таппенс. — Неужто я похожа на девушку, которая влюбляется во всех подряд?

— Нет. Вы похожи на девушку, в которую все подряд влюбляются.

— О! — Таппенс немного растерялась. — Это комплимент?

— Само собой. Так вот что я хочу сказать. Предположим, мы не найдем Бересфорда… и…

— Да, ладно, говорите прямо. Я умею смотреть правде в глаза. Предположим, он… погиб. Так что же?

— Ну, и вся эта история так или иначе закончится. Что вы собираетесь дальше делать?

— Не знаю, — тоскливо ответила Таппенс.

— Вам же будет ужасно одиноко, бедняжке.

— Еще чего? — огрызнулась Таппенс, не любившая, чтобы ее жалели.

— Ну, а как насчет замужества? — спросил Джулиус. — Как вы на это смотрите?

— Естественно, я собираюсь выйти замуж, — ответила Таппенс. — То есть, если… — она замолчала, готовая откусить себе язык, но затем решительно продолжала: — …если я найду мужа, достаточно богатого, чтобы стоило все это затевать. Откровенно, а? И вы, конечно, презираете меня?

— Я никогда не презирал разумный подход к делу, — возразил Джулиус. — А какие размеры?

— Размеры? — с недоумением повторила Таппенс. — Вы имеете в виду рост моего избранника?

— Да нет. Какая цифра… ну, размеры дохода?

— Ах, это! Я… я как-то еще не пришла к окончательному решению.

— А как насчет меня?

— Вас?!

— Ага.

— Ни в коем случае.

— Но почему?

— Да говорю же вам, ни в коем случае.

— А я вас спрашиваю: почему?

— Ну, это как-то нечестно.

— Не вижу ничего нечестного. Так что ловлю вас на слове. Я вами дико восхищаюсь, мисс Таппенс. Я таких девушек еще не встречал. Вы же чертовски смелая. Я буду жутко рад, если смогу вам дать все, чего вы хотите. Скажите «да», и мы сейчас же смотаемся к лучшему ювелиру — выберем кольца.

— Не могу, — еле выговорила Таппенс.

— Из-за Бересфорда?

— Да нет же, нет же, нет!

— Тогда почему?

Но Таппенс только отчаянно мотала головой.

— Вряд ли вам удастся встретить кого-нибудь с большим количеством долларов в заначке.

— Ах, да не в этом дело, — еле выговорила Таппенс с нервным смешком. — Конечно, я вас благодарю и все такое, но лучше я прямо вам скажу: «нет».

— Может, сделаете мне одолжение — подумаете до завтра?

— А что толку?

— Но все-таки — подумаете?

— Хорошо, — покорно сказала Таппенс.

Всю остальную дорогу до «Ритца» они молчали.

Таппенс сразу же поднялась к себе в номер. После схватки с напористым Джулиусом она чувствовала себя совершенно обессиленной.

Сев за туалетный столик, девушка несколько минут смотрела на свое отражение.

— Дура, — пробормотала она наконец и состроила себе гримасу. — Идиотка. Все, чего ты хотела, все, о чем ты мечтала, — а ты только и сумела, что проблеять «не-е-ет», точно безмозглая овца. Такой случай не повторится. Чего еще ты ждешь? Хватай! Цепляйся обеими руками! Чего тебе еще нужно?

И, словно отвечая на этот вопрос, ее взгляд остановился на стоящей у зеркала небольшой фотографии в дешевой рамочке — Томми. Несколько секунд она пыталась сдержаться, но потом, оставив притворство, прижала снимок к губам и разрыдалась.

— Ах, Томми, Томми! — всхлипывала она. — Я так тебя люблю… А что, если я больше никогда тебя не увижу…

Через пять минут Таппенс села прямо, высморкалась и отбросила волосы с лица.

— Так вот, — сурово начала она. — Посмотрим фактам в глаза. Оказывается, я влюбилась… в глупого мальчишку, которому наверняка до меня нет никакого дела. — Тут она помолчала. — Во всяком случае, — продолжала она, словно возражая невидимому собеседнику, — если это и не так, мне на этот счет ничего не известно. Да разве он посмеет признаться? Я всегда презирала сентиментальность и вот — допрезиралась! Какие же мы все идиотки! Ну, да это я всегда знала. Осталось еще положить его фото под подушку и грезить о нем, не смыкая глаз. До чего же противно изменять собственным принципам!

Таппенс покачала головой, скорбя о своем малодушии.

— А что я скажу Джулиусу? Дурацкое положение! А сказать придется! Он же типичный американец и не успокоится, пока не выпытает у меня причину отказа. Интересно, было что-нибудь в том сейфе?

И Таппенс начала размышлять о вчерашнем вечере. Она перебрала в памяти все события — подробно и тщательно. Они каким-то образом перекликались с прощальными словами сэра Джеймса… такими непонятными…

Внезапно она охнула и побледнела. Глаза ее уставились в одну точку, зрачки расширились.

— Не может быть, — пробормотала она. — Это невозможно! Я просто сошла с ума…

Да, чудовищно… но все сразу становится ясным.

На миг задумавшись, она села и, взвешивая каждое слово, написала записку. Потом удовлетворенно кивнула, вложила ее в конверт и вывела на конверте фамилию Джулиуса. Потом прошла по коридору к его номеру и постучала. Как она и ожидала, никто не отозвался. Тогда она вошла и положила записку на стол.

Когда она вернулась обратно, у ее двери стоял мальчишка-рассыльный.

— Вам телеграмма, мисс.

Таппенс с рассеянным видом взяла телеграмму с подноса, вскрыла ее и вдруг вскрикнула. Телеграмма была от Томми.