Глава 2 · Чайник

Через несколько дней мистер и миссис Бересфорд вступили во владение офисом международного детективного агентства. Он располагался на третьем этаже довольно ветхого здания в Блумсбери. В маленькой приемной Элберт сменил роль лонг-айлендского дворецкого на роль посыльного, которую играл безупречно. Его концепция образа заключалась в бумажном кульке со сладостями, взлохмаченной голове и испачканных чернилами пальцах.

Из приемной две двери вели в два кабинета. На первой из них значилось — «Клерки», на второй — «Личный кабинет». За второй дверью находилась маленькая комфортабельная комната с большим письменным столом невероятно делового вида, множеством шкафов для картотек, снабженных витиеватыми надписями, но абсолютно пустых, и несколькими крепкими стульями с кожаными сиденьями. За столом восседал мистер лже-Блант, старающийся выглядеть так, словно он возглавлял детективное агентство всю жизнь. Телефон, разумеется, стоял в пределах досягаемости. Таппенс и Томми заранее отрепетировали несколько телефонных звонков, дав Элберту соответствующие инструкции.

В соседней комнате, где находилась Таппенс, была пишущая машинка, стояли несколько столов и стульев, заметно уступающих по качеству своим собратьям в кабинете великого шефа, и газовая плитка для приготовления чая.

Фактически все имелось в наличии, кроме клиентов.

Но Таппенс это не смущало. Она питала самые радужные надежды.

— Это просто чудо! — восклицала она. — Мы будем преследовать убийц, находить пропавшие фамильные драгоценности, искать исчезнувших людей и разоблачать мошенников!

Однако Томми счел своим долгом умерить ее пыл:

— Успокойся, Таппенс, и попытайся забыть дешевые романы, которые ты поглощаешь. Наша клиентура, если таковая вообще появится, будет состоять исключительно из мужей и жен, желающих устроить слежку за своей половиной. Улики, необходимые для развода, — единственная цель частных детективных агентств.

— Фу! — поморщилась Таппенс. — Мы не станем заниматься делами о разводах. Нам следует поднять престиж нашей новой профессии.

— Да-а, — с сомнением протянул Томми.

Через неделю они с унылым видом обменивались результатами.

— Три глупые женщины, чьи мужья уехали на уик-энд, — вздохнул Томми. — Кто-нибудь приходил, пока я был на ленче?

— Толстый старик с легкомысленной женой, — столь же печально вздохнула Таппенс. — Я все время читаю в газетах, что число разводов увеличивается, но до сих пор я этого не осознавала. Мне уже надоело повторять, что мы не беремся за дела о разводах.

— Мы включили это в объявление, — напомнил ей Томми. — Так что теперь бизнес пойдет лучше.

— Боюсь, объявления привлекут еще больше подобной публики, — меланхолически промолвила Таппенс. — Но я не собираюсь сдаваться. Если понадобится, я сама совершу преступление, а ты его расследуешь.

— И что хорошего из этого выйдет? Подумай о моих чувствах, когда я буду нежно прощаться с тобой на Боу-стрит или на Вайн-стрит.

— Вспоминая твои холостяцкие дни, — вставила Таппенс.

— Я имел в виду Олд-Бейли[2136], — поправился Томми.

— Ну что-то необходимо предпринять, — заметила Таппенс. — А то нас распирает от талантов, которые мы не можем применить на практике.

— Мне всегда нравились твои бодрость и оптимизм, Таппенс. Ты, кажется, нисколько не сомневаешься в своих талантах.

— Конечно. — Таппенс широко открыла глаза.

— Но ведь у тебя нет необходимых знаний.

— Ну, я прочитала все детективные романы, которые были опубликованы за последние десять лет.

— Я тоже, — сказал Томми, — но у меня предчувствие, что это не слишком нам поможет.

— Ты всегда был пессимистом, Томми. Вера в себя — великое дело.

— У тебя ее более чем достаточно, — усмехнулся Томми.

— Конечно, в детективных романах все гораздо легче, — задумчиво промолвила Таппенс, — потому что автор действует в обратном направлении. Я имею в виду, когда знаешь разгадку, легко подобрать ключи к ней. Любопытно…

Она сделала паузу, наморщив лоб.

— Да? — спросил Томми.

— Мне пришла в голову идея, — сказала Таппенс. — Еще не совсем пришла, но приходит. — Она встала. — Пожалуй, я пойду и куплю шляпу, о которой тебе говорила.

— О боже! — простонал Томми. — Еще одна шляпа!

— Она очень симпатичная, — с достоинством заявила Таппенс и с решительным видом вышла из комнаты.

В последующие дни Томми пару раз спрашивал ее насчет «идеи», но Таппенс всего лишь качала головой и просила дать ей время.

А затем одним достопамятным утром прибыл первый клиент, и все прочее было забыто.

В дверь приемной постучали, и Элберт, только что положивший в рот леденец, крикнул неразборчивое: «Войдите!» После этого он от удивления и восторга проглотил леденец целиком. Ибо на сей раз клиент выглядел как надо.

Высокий молодой человек, красиво и дорого одетый, неуверенно стоял на пороге.

«Настоящий джентльмен, если я когда-нибудь такого видел!» — подумал Элберт. В подобных вопросах на его суждения можно было положиться.

Молодой человек выглядел года на двадцать четыре; у него были черные напомаженные волосы и розоватые круги вокруг глаз, а подбородок практически отсутствовал.

Охваченный экстазом, Элберт нажал кнопку под столом, и из-за двери с надписью «Клерки» сразу же послышался стук пишущей машинки. Таппенс заняла боевой пост. Этот признак деловой атмосферы, казалось, наполнил посетителя благоговейным страхом.

— Скажите, — запинаясь, начал он, — это… детективное агентство «Блистательные сыщики Бланта»?

— Желаете, сэр, поговорить с самим мистером Блантом? — осведомился Элберт, всем своим видом выражая сомнение, что такое можно устроить.

— Да, приятель, хорошо бы. А это возможно?

— Полагаю, вам не назначена встреча?

Визитер выглядел все более виноватым.

— Боюсь, что нет.

— Всегда разумнее, сэр, сначала позвонить. Мистер Блант так занят. В настоящее время он разговаривает по телефону. Скотленд-Ярд обратился к нему за консультацией.

Казалось, эти слова произвели должное впечатление на молодого человека.

Понизив голос, Элберт доверительно поделился информацией:

— Кража важных документов из правительственного учреждения. Хотят, чтобы мистер Блант взялся за это дело.

— Вот как? Должно быть, он способный малый.

— Он босс, сэр, — ответил Элберт, — и этим все сказано.

Молодой человек опустился на жесткий стул, абсолютно не догадываясь, что через искусно замаскированные отверстия за ним внимательно наблюдают две пары глаз: Таппенс, отрывающейся от бешеных атак на пишущую машинку, и Томми, ожидающего подходящего момента. Вскоре на столе Элберта раздался звонок.

— Босс освободился. Узнаю, сможет ли он вас принять, — сказал Элберт и скрылся за дверью с надписью «Личный кабинет».

Вскоре он появился снова:

— Пожалуйста, пройдите сюда, сэр.

Посетителя проводили в кабинет, где симпатичный молодой человек со смышленым лицом и рыжеватой шевелюрой поднялся ему навстречу:

— Садитесь. Хотите посоветоваться со мной? Я мистер Блант.

— В самом деле? Я имею в виду, вы очень молоды…

— Дни стариков остались позади, — махнув рукой, заявил Томми. — Кто развязал войну? Старики. Кто повинен в нынешней безработице? Старики. Кто ответствен за все происшедшие безобразия? Снова старики.

— Думаю, вы правы, — согласился клиент. — Я знаю одного поэта, по крайней мере он так себя называет, который говорит то же самое.

— Должен сообщить вам, сэр, что ни одному из моих прекрасно подготовленных сотрудников не больше двадцати пяти лет. Это истинная правда.

Так как весь штат прекрасно подготовленных сотрудников состоял из Таппенс и Элберта, в этих словах не приходилось сомневаться.

— А теперь — факты, — потребовал мистер Блант.

— Я хочу, чтобы вы кое-кого нашли, — выпалил молодой человек.

— Пожалуйста, сообщите подробности.

— Понимаете, это нелегко. Дело уж больно деликатное. Ей это может чертовски не понравиться. Я имею в виду… ну, это трудно объяснить…

Он беспомощно посмотрел на Томми. Последний ощущал некоторую досаду. Ему хотелось отправиться на ленч, но он предвидел, что извлечение фактов из данного клиента окажется долгой и утомительной процедурой.

— Она исчезла по собственной воле или вы подозреваете похищение? — резко осведомился Томми.

— Не знаю, — отозвался молодой человек. — Я вообще ничего не знаю.

Томми взял карандаш и блокнот.

— Прежде всего, — сказал он, — сообщите мне ваше имя. Мой посыльный получил инструкцию никогда не спрашивать имена. Таким образом беседа остается полностью конфиденциальной.

— Отличная идея, — одобрил молодой человек. — Моя фамилия… э-э… Смит.

— Нет-нет, — возразил Томми. — Пожалуйста, подлинное имя.

Визитер испуганно посмотрел на него:

— Э-э… Сент-Винсент. Лоренс Сент-Винсент.

— Любопытная вещь, — заметил Томми, — насколько редко встречаются люди, чья настоящая фамилия Смит. Лично я не знаю ни одного Смита. Но девять человек из десяти, желающих скрыть подлинное имя, называют эту фамилию. Я как раз пишу монографию на эту тему.

В этот момент на письменном столе затренькал звонок. Это означало, что Таппенс предлагает взять инициативу на себя. Томми, который хотел есть и не испытывал к мистеру Сент-Винсенту никакой симпатии, был этому только рад.

— Прошу прощения, — извинился он, поднимая телефонную трубку.

На его лице отразились быстро сменяющие друг друга чувства — удивление, испуг и, наконец, радость.

— Неужели? — сказал он в трубку. — Сам премьер-министр? Конечно, в таком случае я отправляюсь немедленно.

Положив трубку на рычаг, Томми повернулся к клиенту:

— Должен извиниться перед вами, мой дорогой сэр. Крайне срочный вызов. Если вы изложите факты моему доверенному секретарю, она займется ими.

Он подошел к двери, соединяющей его кабинет с комнатой Таппенс.

— Мисс Робинсон!

Таппенс, выглядевшая аккуратно и скромно с гладко причесанными черными волосами и в платье с кружевными манжетами и воротничком, вошла в кабинет. Томми представил ее и удалился.

— Насколько я понимаю, мистер Сент-Винсент, леди, к которой вы питаете интерес, исчезла, — заговорила Таппенс, сев за стол и взяв карандаш и блокнот мистера Бланта. — Молодая леди?

— О да! — ответил мистер Сент-Винсент. — Молодая и… и ужасно красивая!

Лицо Таппенс стало серьезным.

— Боже мой! — пробормотала она. — Надеюсь, что…

— Вы не думаете, что с ней что-то случилось? — с тревогой осведомился мистер Сент-Винсент.

— Нужно надеяться на лучшее, — ответила Таппенс фальшиво бодрым тоном, который поверг молодого человека в уныние.

— Вы должны что-нибудь сделать, мисс Робинсон! Не считайтесь с расходами. Я не пожалею для нее ничего на свете. Вы вроде бы мне сочувствуете, поэтому признаюсь вам, что я обожаю землю, по которой она ходит. Лучше ее никого нет!

— Пожалуйста, сообщите ее имя и все остальное.

— Ее зовут Жанетт, фамилии я не знаю. Она работает в шляпном магазине мадам Виолетт на Брук-стрит. Жанетт девушка строгая, сколько раз меня отшивала… Я зашел туда вчера и стал ждать, когда она появится, но все вышли, кроме нее. Тогда я узнал, что в то утро она не пришла на работу, никого не предупредив; старая мадам была в ярости. Я взял ее адрес и отправился туда. Но мне сказали, что Жанетт накануне вечером не вернулась домой и они не знают, где она. Я был в отчаянии и сначала хотел обратиться в полицию, но потом подумал, что, если с Жанетт все в порядке, она на меня за это рассердится. Потом я вспомнил, что на днях она сама показывала мне ваше объявление в газете и говорила, что одна из женщин, которая покупает у нее шляпы, расхваливала вовсю ваше мастерство и вашу тактичность. Поэтому я отправился прямиком к вам.

— Понятно, — сказала Таппенс. — Какой же у нее адрес?

Молодой человек назвал его.

— Пожалуй, это все, — задумчиво промолвила Таппенс. — Скажите, вы помолвлены с этой молодой леди?

Мистер Сент-Винсент покраснел как рак.

— Ну… не совсем. Но я собираюсь просить ее руки, как только увижу ее снова… если это когда-нибудь произойдет.

Таппенс отложила блокнот.

— Желаете специальное суточное обслуживание? — деловито осведомилась она.

— А что это такое?

— За это полагается двойной гонорар, но мы дадим поручение всем незанятым сотрудникам. Если леди жива, мистер Сент-Винсент, то завтра в это же время я сообщу вам ее местопребывание.

— Это просто чудесно!

— Мы пользуемся услугами экспертов и гарантируем результаты, — скромно сказала Таппенс.

— Должно быть, у вас первоклассный штат!

— Безусловно. Кстати, вы не сообщили мне описание молодой леди.

— У нее чудесные волосы — золотистые, цвета заходящего солнца. Знаете, я только недавно стал обращать внимание на закаты. В них куда больше поэзии, чем мне казалось.

— Рыжие волосы, — бесстрастно повторила Таппенс, делая запись в блокноте. — Какого она роста?

— Высокого, и у нее потрясающие темно-голубые глаза. Держится она решительно, может с ходу обрезать парня.

Таппенс записала еще несколько слов, закрыла блокнот и поднялась.

— Если вы придете завтра к двум часам, думаю, мы сможем сообщить вам какие-нибудь новости, — сказала она. — Всего хорошего, мистер Сент-Винсент.

Когда Томми вернулся, Таппенс как раз закрыла справочник Дебретта.

— Выяснила все детали. Лоренс Сент-Винсент — племянник и наследник графа Черитона. Если мы с этим справимся, то станем известны в высшем обществе.

Томми прочитал записи в блокноте.

— Что, по-твоему, произошло с девушкой? — спросил он.

— Думаю, — ответила Таппенс, — она исчезла по велению сердца, чувствуя, что слишком любит этого молодого человека, чтобы сохранить душевный покой.

Томми с сомнением посмотрел на нее.

— Я читал про такое в книгах, — сказал он, — но никогда не знал девушек, которые поступали бы так в реальной жизни.

— Вот как? Ну, возможно, ты прав. Но Лоренс Сент-Винсент легко проглотит подобный вздор. Он полон романтических иллюзий. Кстати, я гарантировала результат через двадцать четыре часа: наши специальные услуги.

— Ты полная идиотка, Таппенс! Зачем ты это сделала?

— Просто мне в голову пришла идея. Я подумала, что это неплохо звучит. Не беспокойся. Предоставь все мамочке, она лучше знает, что делать.

Таппенс вышла, оставив Томми глубоко неудовлетворенным.

Вскоре он поднялся, вздохнул и отправился делать то, что мог, проклиная живое воображение Таппенс.

Когда усталый и сердитый Томми вернулся в половине пятого, он застал Таппенс вынимающей пакет с печеньем из тайника в одном из ящиков для картотеки.

— Ты выглядишь разгоряченным, — заметила она. — Чем занимался?

— Обходил больницы с описанием девушки, — проворчал Томми.

— Разве я не сказала, чтобы ты предоставил это мне? — осведомилась Таппенс.

— Ты не можешь в одиночку разыскать девушку за сутки.

— Могу. Более того, я уже это сделала.

— Что ты имеешь в виду?

— Очень простая проблема, Ватсон.

— Где же она сейчас?

Таппенс указала рукой на дверь:

— Рядом, в моей комнате.

— Что она там делает?

Таппенс рассмеялась.

— Ну, учитывая наличие чайника, газовой горелки и полфунта чая, ответ легко угадать. Понимаешь, — продолжала она, — я всегда покупаю шляпы у мадам Виолетт и на днях узнала среди продавщиц девушку, которая работала со мной медсестрой в госпитале. После войны она открыла шляпный магазин, но прогорела и поступила к мадам Виолетт. Мы с ней все это придумали. Она должна была подсунуть наше объявление молодому Сент-Винсенту, а потом исчезнуть. Блистательные сыщики Бланта со свойственной им эффективностью ее находят. Это, с одной стороны, создаст нам рекламу, а с другой — побудит Сент-Винсента поскорее сделать Жанетт предложение, а то бедняжка уже отчаялась.

— У меня просто нет слов, Таппенс! — воскликнул Томми. — В жизни не слышал о такой безнравственной авантюре! Ты ведь подстрекаешь этого молодого человека жениться на девушке не его круга!

— Чушь! — отрезала Таппенс. — Жанетт прекрасная девушка, даже странно, что она так влюбилась в этого рохлю. С первого взгляда видно, что его семья нуждается в здоровой свежей крови. Жанетт отлично ему подходит. Она будет присматривать за ним, как мать, заставит его покончить с коктейлями и ночными клубами и вести здоровую жизнь сельского джентльмена. Пошли, я тебя с ней познакомлю.

Таппенс открыла дверь в соседнюю комнату, и Томми последовал за ней.

Высокая девушка с красивыми темно-рыжими волосами и приятным лицом поставила вскипевший чайник и улыбнулась, продемонстрировав ряд ровных белых зубов.

— Надеюсь, вы простите меня, сестра Каули… я имею в виду, миссис Бересфорд. Я подумала, что вы тоже захотите чаю. Сколько чайников вы кипятили для меня в госпитале в три часа ночи.

— Томми, — сказала Таппенс, — позволь представить тебе мою старую подругу, сестру Смит.

— Смит, говоришь? Как странно! — воскликнул Томми, пожимая девушке руку. — Что? О, ничего особенного, просто маленькая монография, которую я подумываю написать.

— Приди в себя, Томми, — одернула его Таппенс.

Она налила ему чашку чая.

— Давайте выпьем за успех международного детективного агентства «Блистательные сыщики Бланта»! Пусть они никогда не знают поражений!