Глава 22 · Раскрытие карт

1

Сидевшая в небольшом кресле мисс Вулстроу разглядывала собравшихся. Все члены ее коллектива были здесь: мисс Чедвик, мисс Джонсон, мисс Рич и две молодые учительницы, Анна Шапленд сидела с блокнотом на случай, если мисс Вулстроу понадобится что-то продиктовать. Позади мисс Вулстроу сидели инспектор Келси и Эркюль Пуаро. Адам Гудмен расположился между персоналом и должностными лицами, как он называл их про себя. Мисс Вулстроу встала и заговорила решительно:

— Я должна рассказать вам, членам моего коллектива, естественно интересующимся дальнейшей судьбой школы, все, что в настоящее время известно о случившемся, — начала она. — Я информировала обо всем инспектора Келси. Присутствующий здесь мсье Эркюль Пуаро, располагающий обширными международными связями, получил ценные сведения из Швейцарии и сможет сообщить вам кое-что об этом щекотливом деле. К сожалению, следствие еще не закончено, но многое уже прояснилось, и я считаю, что вам будет полезно знать о настоящем положении дел.

Мисс Вулстроу посмотрела на инспектора Келси. Тот кивнул и поднялся со своего места.

— Я не могу официально открыть вам все, что знаю, — начал он. — Могу только немного успокоить вас: у нас есть определенные успехи и мы начинаем понимать, кто ответствен за эти преступления. Больше этого я вам ничего не скажу. Однако мой друг, мсье Пуаро, более свободен в своих поступках и, видимо, поделится с вами кое-какой добытой им информацией. Я уверен, что все вы преданы «Мидоубанку» и мисс Вулстроу, а потому сохраните в тайне то, что вам сообщит мсье Пуаро. В данном случае излишняя болтливость может иметь самые дурные последствия. Поэтому я еще раз прошу вас хранить в тайне то, что вы сейчас услышите. Вы поняли?

— Конечно, — откликнулась первой мисс Чедвик, — конечно, мы все преданы «Мидоубанку».

— Естественно, — сказала мисс Джонсон.

— О да! — хором воскликнули молодые учительницы.

— Я согласна, — сказала мисс Эйлин Рич.

— Тогда я попрошу вас, мсье Пуаро.

Эркюль Пуаро поднялся, окинул взглядом аудиторию и осторожно разгладил усы. Молодые учительницы неожиданно хихикнули, переглянулись и закрыли рты руками.

— Это было трудное и напряженное время для всех нас, — начал Эркюль Пуаро. — И естественно, что тяжелее всех было мисс Вулстроу. Но вы все вытерпели. Вы перенесли потерю трех ваших коллег, одна из которых работала здесь долгое время. Я имею в виду мисс Ванситтарт. Мисс Спрингер и мадемуазель Бланш были, конечно, новичками, но несомненно, что их смерть была ударом. Каждый из вас должен был также опасаться за себя, ведь вполне логично было предположить, что против педагогов «Мидоубанка» ведется какая-то вендетта. Однако теперь я могу заверить вас — и инспектор Келси только что говорил вам об этом, — что дело здесь обстоит не совсем так. «Мидоубанк», волею случая, стала средоточием различных сил. Здесь была, как говорится, кошка среди голубей. Отсюда три убийства и один киднеппинг. Сначала я расскажу о киднеппинге. Это было трудное дело, но оно позволило нам ухватить нить, которая тянется к убийце. И убийца этот среди вас.

Он достал из кармана фотографию.

— Сначала я пущу по кругу этот снимок…

Келси взял у него фото и передал его мисс Вулстроу, которая, познакомившись с фотографией, в свою очередь передала ее учительницам. Затем снимок вернулся к Пуаро. Он обвел взглядом их озабоченные лица:

— Я спрашиваю вас всех: вы узнали девушку на этой фотографии?

Они покачали головами.

— Так знайте же, что на этой фотографии, присланной мне из Швейцарии, вы видите принцессу Шейсту!

— Но это не Шейста! — воскликнула мисс Чедвик.

— Вот именно! — кивнул Пуаро. — Я должен сказать вам, что нити от трагических событий, потрясших «Мидоубанк», тянутся в Рамат, где, как вы знаете, три месяца назад произошла революция. Правитель Рамата, принц Али Юсуф, ухитрился бежать, улетев на самолете со своим личным пилотом. Самолет их, однако, разбился в горах севернее Рамата, и его долгое время не могли отыскать. Когда же обломки самолета были найдены, среди них не удалось обнаружить определенные предметы большой ценности, принадлежащие принцу. Поползли слухи, что предметы эти находятся в Англии. Некоторые люди страстно пожелали завладеть этими ценностями. Одним из объектов их пристального внимания стала единственная родственница Али Юсуфа, его кузина, девочка, которая тогда находилась в школе в Швейцарии. Казалось весьма вероятным, что, если драгоценности спасены, их вернут или принцессе Шейсте, или ее родственникам, или опекунам. Часть агентов получила приказ следить за ее дядей, эмиром Ибрагимом, другая часть агентов должна была наблюдать за самой принцессой. Было известно, что ее должны вскоре отправить в эту школу, в «Мидоубанк». Можно было послать сюда кого-то, кто после появления Шейсты стал бы следить за ней, контролировать ее переписку, телефонные разговоры. Но более простой и эффективной показалась им идея выкрасть принцессу и под ее видом внедрить сюда своего человека. Тем более, что эмир Ибрагим находился в Египте и не собирался до будущего лета посещать Англию.

План был предельно прост. Настоящая Шейста должна была покинуть Швейцарию в сопровождении представителя посольства; однако посольство в Лондоне получило уведомление, что принцессу будет сопровождать представитель швейцарской школы. Настоящая принцесса была отправлена в какую-то деревушку в Швейцарии, где находится до сих пор, а в Лондон прибыла совершенно другая девушка. Там ее встретил представитель посольства и доставил затем в вашу школу. Подложная Шейста была старше настоящей. Но никто не обратил на это внимания — всем известно, что восточные девушки созревают раньше, чем их европейские сверстницы. Для замены Шейсты была выбрана молодая французская актриса, которая играла роли школьниц.

Я спрашивал, — продолжал Пуаро, — не обращал ли кто-нибудь внимания на колени Шейсты. Колени очень хорошо свидетельствуют о возрасте. Колени женщин двадцати трех — двадцати четырех лет никогда нельзя спутать с коленями девочки четырнадцати — пятнадцати лет.

План был успешно претворен в жизнь. Но никто не обращался к Шейсте. Не было ни писем, ни телефонных звонков. А время шло. Эмир Ибрагим мог прибыть в Англию в любое время — он относится к людям, которые не сообщают заранее о своих намерениях. Насколько мне известно, он мог вечером сказать: «Завтра я еду в Англию» — и действительно утром отправиться в путь.

Фальшивая Шейста была предупреждена, что в любой момент на горизонте могут появиться Шейста настоящая или ее дядя. После первого убийства она начала серьезно беспокоиться и стала подготавливать почву для «похищения», рассказав о такой возможности инспектору Келси. Конечно, о настоящем похищении и речи быть не могло. Когда она узнала, что в Лондон приехал эмир Ибрагим и что он желает взять ее на следующее воскресенье, то есть завтра, она тут же позвонила по телефону своим сообщникам, и в школу на полчаса раньше настоящего прибыл автомобиль с фальшивым номером, в результате чего Шейста была, так сказать, «похищена». В действительности же ее высадили в первом большом городе, и она снова стала той, кем была на самом деле. Записка о выкупе, разумеется, должна была лишь придать большую достоверность проводимой игре.

Эркюль Пуаро помолчал, а потом заговорил снова:

— Итак, вы видите, что это был только трюк. Настоящее похищение было совершено три недели назад в Швейцарии.

А теперь перейдем к делам более серьезным, чем похищение. Поговорим об убийствах.

Фальшивая Шейста, конечно, могла убить мисс Спрингер, но она не могла убить мисс Ванситтарт и уж тем более мадемуазель Бланш. Да у нее и не было повода убивать кого бы то ни было, такое условие вообще не ставилось. Ее роль сводилась к получению пакета с ценностями, если таковой ей доставят, и к сбору информации.

Позвольте мне теперь вернуться к Рамату, где все это началось. Самый распространенный слух состоял в том, что принц Али Юсуф отдал пакет Бобу Роулинсону, своему личному пилоту, и что Роулинсону удалось переправить его в Англию. В тот смутный день Боб Роулинсон заходил в отель, где останавливалась его сестра миссис Сатклиф с дочерью Дженнифер. Ни миссис Сатклиф, ни Дженнифер в то время в отеле не было, но Боб зашел в их комнату и оставался там в течение двадцати минут. За это время он мог написать сестре длинное письмо, но написал только короткую записку. Напрашивается интересный вопрос: что он так долго делал в их комнате? Он мог за это время найти надежный тайник среди тех вещей, которые должны были обязательно вернуться в Англию вместе с миссис Сатклиф. Теперь мы подошли к моменту, когда наша версия расщепляется на несколько. С высокой долей вероятности можно было предполагать, что предмет этот, отправленный с вещами миссис Сатклиф в Англию, окажется в ее доме и будет находиться там до тех пор, пока некий человек, посвященный в тайну, не явится туда и не заберет его. Напомню, что в дом миссис Сатклиф проникли воры, но ничего не нашли. Это подтверждает тот факт, что они не знали, где находится этот предмет. Им было известно только, что он в вещах миссис Сатклиф.

И все же существовало лицо, определенно знающее, где находятся ценности. Кстати, я думаю, что не будет ничего страшного, если я скажу вам, что Боб Роулинсон спрятал их в ручку теннисной ракетки.

Ракетка эта принадлежала его племяннице Дженнифер. И вот лицо, точно знающее, где спрятан этот предмет, пришло ночью в спортивный павильон, предварительно сделав себе по оттиску ключ. Лицо это рассчитывало, что в такое время все в школе будут спать. Оказалось, это не так. Мисс Спрингер увидела свет от фонаря в спортивном павильоне и пошла узнать, в чем дело. Она была сильной женщиной и вполне могла постоять за себя. Человек, который там был, вероятно, уже просмотрел все ракетки и нашел нужную. Когда мисс Спрингер обнаружила и узнала этого человека, он не колебался… Раздался выстрел, и мисс Спрингер упала мертвой. Но выстрел услышали. Убийца был вынужден бежать, оставив ракетку.

Через несколько дней попытка завладеть ракеткой повторилась, но уже в другой форме. Неизвестная женщина с американским акцентом остановила Дженнифер, возвращавшуюся с теннисного корта, и рассказала ей правдоподобную историю о встрече с ее тетей и о просьбе передать девочке новую ракетку. Дженнифер, ничего не подозревая, взяла новую ракетку, а старую отдала незнакомке. Но обстоятельства сложились не в пользу лжеамериканки. Дело в том, что за несколько дней до этого события Дженнифер и Джули обменялись ракетками. Таким образом, незнакомка получила ракетку Джули Эпжон, хотя на ней и стояло имя Дженнифер.

Теперь перейдем к второй трагедии. Мисс Ванситтарт по неизвестной причине, однако, возможно, по договоренности с похитителями Шейсты — увы, такая возможность существует! — взяла фонарь и пошла среди ночи в спортивный павильон. Кто-то выследил ее и ударил, по всей вероятности, мешком с песком. Она упала на том месте, где стояла перед ударом, — возле шкафчика Шейсты. И снова преступление было обнаружено немедленно. Мисс Чедвик, увидевшая свет в спортивном павильоне, пошла туда.

Полиция взяла спортивный павильон под наблюдение, так что убийца снова был лишен возможности найти и исследовать ракетку. К этому времени Джули Эпжон, эта умная девочка, догадалась, что ракетка, которая находится у нее, а раньше принадлежала Дженнифер, заключает в себе что-то важное. Она исследовала ракетку, убедилась, что ее предположения верны, и принесла содержимое ракетки мне.

Теперь оно находится в безопасности, и дальше нет нужды говорить об этом. Перейдем к третьей трагедии.

Что было известно или о чем подозревала мадемуазель Бланш, мы никогда не узнаем. Она могла оказаться свидетельницей убийства мисс Спрингер, а может быть, она знала что-то еще. Во всяком случае, она не доверила эту тайну полиции, рассчитывая получить за свое молчание все сполна сама. Но нет ничего опаснее, чем шантажировать человека, который дважды совершил убийство. Мадемуазель, конечно, могла принять собственные меры предосторожности, но они оказались недостаточными.

Эркюль Пуаро замолчал и обвел глазами присутствующих.

— Итак, вы знаете все о фактах, — сказал он после эффектной паузы.

Собравшиеся в комнате смотрели на него не отрывая глаз. Их лица казались застывшими. Можно было подумать, что они боятся обнаружить свои чувства. Пуаро покачал головой.

— Да, — сказал он, — я понимаю, что вы испытываете. И вы хотите знать, почему мы вместе проводим следствие: я, инспектор Келси и мистер Адам Гудмен. Что ж, я скажу вам. Мы хотим узнать, кто в этой голубятне кошка. Вы понимаете, что я имею в виду? Мы хотим знать, кто здесь не тот, за кого себя выдает.

Поймите, — продолжал Пуаро, — в данный момент речь идет не об именах. Имена у вас настоящие. Мисс Чедвик, например, и есть мисс Чедвик, она слишком долго работает в «Мидоубанке», чтобы кому-то в этом усомниться. Мисс Джонсон тоже не вызывает сомнений. Мисс Рич — это мисс Рич. Мисс Шапленд — мисс Шапленд. Мисс Роуэн и мисс Блейк — действительно мисс Роуэн и мисс Блейк. Правда, — Пуаро повернулся в сторону Адама Гудмена, — мистер Адам Гудмен, работавший в саду, не Адам Гудмен, он человек, чье имя пишется по-другому. Но поверьте мне, в данном случае это не важно. Суть дела в том, что мы ищем замаскированного убийцу.

В кабинете стало еще тише. В воздухе повисла угроза. Это понимали все. Пуаро продолжал:

— Вначале мы должны найти того, кто был в Рамате три месяца тому назад. Знать, что предмет находится в ракетке, могло только лицо, которое видело, куда его спрятал Боб Роулинсон. Кто же из присутствующих здесь был в Рамате три месяца тому назад? Мисс Чедвик была здесь, мисс Джонсон — тоже. — Его глаза остановились на двух молодых учительницах. — Мисс Роуэн и мисс Блейк тоже находились здесь. — Его палец грозно остановился на мисс Рич. — А вот мисс Рич здесь не было. Где вы были, мисс Рич?

— Там я не была, — торопливо проговорила мисс Рич. — Я болела.

— Мисс Рич, — строго сказал Пуаро, — будьте осторожны. Когда полиция спрашивала вас, вы сказали, что были в «Мидоубанке». Но вас здесь не было. Вы могли быть в Рамате, и я уверен, что вы там были. Кстати, это легко проверить по вашему паспорту.

Наступила зловещая тишина. Эйлин Рич подняла глаза на Эркюля Пуаро.

— Да, — спокойно сказала она. — Я была в Рамате. А почему бы и нет?

— Зачем вы поехали в Рамат, мисс Рич?

— Это вы уже знаете. Я была больна. Мне посоветовали отдохнуть, поехать за границу. Я написала мисс Вулстроу и объяснила, что мне придется на некоторое время уехать. Она все знает.

— Это правда, — сказала мисс Вулстроу. — Врачи действительно предписали ей отдых и советовали поехать за границу.

— И тогда вы поехали в Рамат? — спросил Пуаро.

— Но почему я не могла поехать в Рамат? — Голос мисс Рич слегка дрожал. — Там все очень дешево, а для учителя это немаловажно. Я хотела отдохнуть. Позагорать как следует. И я выбрала Рамат. Пробыла там два месяца. Почему бы и нет?

— Вы никогда не упоминали, что были в Рамате во время революции.

— Почему я должна упоминать об этом? Я никого не убивала.

— Вы были опознаны, — продолжал Пуаро. — Не очень уверенно, но все же вас опознали. Девочка Дженнифер. Она сказала, что видела вас в Рамате, но не уверена, что это были вы. Она видела вас там полной, а здесь вы худая. — Его глаза впились в лицо Эйлин Рич.

Она сильно побледнела.

— Я знаю, чего вы хотите! — закричала она. — Вы пытаетесь сделать из меня шпионку и убийцу! Хотите обвинить во всех этих преступлениях! Но это не я! Кто-то другой случайно увидел, как сокровища прятали в ракетку. Но это была не я!

— Я думаю, что так и было, — сказал Пуаро. — Кто-то видел все, бросил все свои дела и задался целью завладеть драгоценностями.

— Это неправда! Я ничего не видела.

— Инспектор Келси… — Пуаро сделал знак головой, и в комнату вошла миссис Эпжон.

2

— Здравствуйте, мисс Вулстроу, — сказала она, смущенно улыбаясь и оглядываясь по сторонам. — Простите мне мой вид, я только что прилетела из Анкары.

— О, ничего, — сказал Пуаро. — Мы только хотим кое-что спросить у вас.

— Миссис Эпжон, — обратился к женщине инспектор Келси. — Вспомните, когда вы привезли сюда дочь, то, находясь в кабинете мисс Вулстроу, вы выглянули в окно, выходящее к главному входу, и увидели что-то такое или узнали кого-то, чем были весьма удивлены.

Миссис Эпжон повернулась к нему:

— Когда я была в гостиной мисс Вулстроу и смотрела в окно?.. О да, конечно! Я увидела…

— И вы были удивлены?

— Ну, скорее я была… Видите ли, все это было очень давно.

— Вы хотите сказать, что это было во время войны, когда вы работали в Интеллидженс сервис?

— Да. Это было лет пятнадцать тому назад. Конечно, она постарела, но я узнала ее. И удивилась, как она могла сюда попасть.

— Миссис Эпжон, посмотрите, пожалуйста, на людей, присутствующих в этой комнате, и скажите, видите ли вы этого человека здесь?

— Да, конечно, — ответила миссис Эпжон. — Я увидела ее, как только вошла. Вот она.

И она указала пальцем. Инспектор Келси умел двигаться быстро, у Адама тоже была великолепная реакция, и все же они опоздали. Анна Шапленд вскочила на ноги, в руке у нее оказался крошечный пистолет, и направлен он был на миссис Эпжон. Мисс Вулстроу, опережая мужчин, бросилась вперед, но еще быстрее оказалась мисс Чедвик. Казалось, она молниеносно выросла между миссис Эпжон и мисс Шапленд.

— Не стреляйте! — крикнула мисс Чедвик, бросаясь к Анне, и в этот момент пистолет выстрелил.

Мисс Чедвик тяжело рухнула на пол. Мисс Джонсон кинулась к ней. Инспектор Келси и Адам схватили Анну. Она боролась, как дикая кошка, но мужчины скрутили ее.

Миссис Эпжон сказала растерянно:

— Говорили, что ее расстреляли, хотя тогда она была совсем юной. Считалась одной из наиболее опасных агентов. Ее кодовое имя — Анжелика.

— Ты врешь, сука! — задыхаясь от злости, крикнула Анна.

— Она не лжет, — сказал Пуаро. — Вы действительно очень опасны. И вас было очень трудно заподозрить. Ведь вы прикрывались своим настоящим именем. Все эти годы вы занимались одним делом — собирали информацию. Вы работали в нефтяной компании, где могли узнать о многом, служили у видного археолога, что позволяло вам разъезжать по разным странам, были секретарем актрисы, которую посещали видные государственные деятели. Уже в семнадцать лет вы были агентом. Вы служили за деньги и все время вели двойную игру. А когда вам нужно было срочно уехать, вы прикрывались своей матерью. Но я глубоко убежден, что старая женщина, которая живет в небольшой деревушке и которую я навестил, не ваша мать. Три месяца, в течение которых вы «ухаживали за матерью», — как раз то время, которое вы провели в Рамате. Но не как Анна Шапленд, а как Анжелика де Торадо, испанская танцовщица. В отеле вы занимали комнату, смежную с номером миссис Сатклиф, и каким-то образом заметили, куда Боб Роулинсон спрятал драгоценности. Вы не успели взять ракетку тогда, потому что началась эвакуация британских граждан, но вы без труда узнали, куда отправилась теннисная ракетка. Я расследовал это дело. За основательную сумму вы подкупили секретаршу мисс Вулстроу, чтобы она освободила эту должность. А для мисс Вулстроу вы запаслись жалостливой историей. Казалось, все ясно, не так ли? Стоило ли похищать ракетку? Не проще ли пойти ночью в павильон и вытащить драгоценности? Но вы не приняли в расчет мисс Спрингер. Возможно, она уже заметила, что вы интересуетесь ракеткой, а может, просто случайно проснулась ночью. Она последовала за вами, и вы ее застрелили. А потом вы убили мадемуазель Бланш, когда она попыталась вас шантажировать.

Он закончил. Инспектор Келси официальным тоном объявил Анне, что она арестована. Повернувшись к Пуаро, та разразилась отборной бранью.

— Вот это да! — воскликнул Адам, когда Келси увел Анну. — А я-то считал ее очаровательной женщиной!

Мисс Джонсон по-прежнему стояла на коленях возле мисс Чедвик.

— Боюсь, что ей очень плохо, — сказала она. — Пожалуй, лучше ее не трогать до прихода доктора…

Мисс Вулстроу уже стояла у телефона и звонила своему старому другу, опытнейшему врачу города. Молодые учительницы стояли обнявшись, и у обеих на глазах блестели слезы.