Глава 23

I

— Слышали, что творится в лесу Куорри? — осведомилась миссис Картрайт, укладывая в сумку пакет с кукурузными хлопьями.

— В лесу Куорри? — переспросила Элспет Маккей, к кому она обращалась. — Нет, не слышала ничего особенного. — Она была занята выбором крупы. Обе женщины находились в недавно открытом супермаркете, делая утренние покупки.

— Говорят, деревья там стали опасными. Этим утром прибыли двое лесничих. Сейчас они на крутом склоне, где деревья сильно накренились. Вероятно, они и в самом деле могут повалиться. Прошлой зимой в одно из них ударила молния, но, по-моему, это произошло где-то дальше. Как бы то ни было, лесничие копают возле корней и, боюсь, все испортят. Очень жаль.

— Ну, полагаю, они знают, что делают, — заметила Элспет Маккей. — Очевидно, кто-то их вызвал.

— Там еще два полисмена — следят, чтобы никто не подходил близко. Наверное, они выясняют, какое дерево заболело первым.

— Понимаю, — протянула Элспет Маккей.

Возможно, она действительно понимала. Никто ничего ей не рассказывал, но Элспет никогда в этом не нуждалась.

II

Ариадна Оливер снова прочитала телеграмму, которую ей только что доставили. Она настолько привыкла получать телеграммы по телефону, лихорадочно ища карандаш, чтобы записать содержание, и настаивая, чтобы ей выслали подтверждающую копию, что была удивлена при виде «настоящей телеграммы».

«ПОЖАЛУЙСТА НЕМЕДЛЕННО ПРИВЕЗИТЕ ВАШУ КВАРТИРУ М-С БАТЛЕР И МИРАНДУ ТЧК НЕЛЬЗЯ ТЕРЯТЬ ВРЕМЕНИ ТЧК ВАЖНО ПОВИДАТЬ ВРАЧА НАСЧЕТ ОПЕРАЦИИ ТЧК».

Миссис Оливер направилась в кухню, где Джудит Батлер готовила желе из айвы.

— Джуди, — сказала миссис Оливер, — упакуй все необходимое. Я возвращаюсь в Лондон, и вы с Мирандой едете со мной.

— Это очень любезно с твоей стороны, Ариадна, но у меня дома полно дел. Хотя тебе ведь не обязательно уезжать прямо сегодня, верно?

— Обязательно, — покачала головой миссис Оливер. — Так мне велели.

— Кто велел? Твоя экономка?

— Нет, кое-кто другой. Один из немногих, кого я слушаюсь. Так что поторопись.

— Но я не могу сейчас уезжать!

— Придется, — заявила миссис Оливер. — Машина готова — я привела ее к входу. Мы можем выехать сразу же.

— Мне бы не хотелось брать Миранду. Я могла бы оставить ее здесь у Рейнолдсов или Ровены Дрейк…

— Миранда поедет с нами, — решительно прервала миссис Оливер. — Не создавай лишних трудностей, Джуди. Это серьезно. Не понимаю, как тебе в голову могло прийти оставить Миранду с Рейнолдсами. У них ведь убили двоих детей!

— Да, верно. Думаешь, у них дома что-то не так? Я имею в виду, кто-то там…

— Мы слишком много болтаем, — сказала миссис Оливер. — Хотя, — добавила она, — если кого-то еще собираются убить, то, по-моему, это должна быть Энн Рейнолдс.

— Что происходит с этой семьей? Почему их убивают одного за другим? О, Ариадна, это страшно!

— Да, — кивнула миссис Оливер, — но бывают времена, когда нужно бояться. Я только что получила телеграмму и действую в соответствии с ее содержанием.

— Телеграмму? А я не слышала телефонного звонка.

— Ее прислали не по телефону, а принесли сюда.

Поколебавшись, она протянула телеграмму подруге.

— Что это значит? Операция?

— Возможно, миндалины, — отозвалась миссис Оливер. — У Миранды на прошлой неделе болело горло, не так ли? Разве будет выглядеть невероятным, если ее повезут в Лондон на консультацию у ларинголога?

— Ты спятила, Ариадна?

— Очень может быть. В любом случае Миранде понравится в Лондоне. Не беспокойся — ей не будут делать никакой операции. В шпионских романах это называется «прикрытие». Мы поведем ее в театр, в оперу или на балет — что ей больше нравится. Я думаю, лучше всего сводить ее на балет.

— Я боюсь, — прошептала Джудит.

Ариадна Оливер посмотрела на подругу. Она слегка дрожала и казалась более чем когда-либо похожей на ундину. Джудит Батлер выглядела полностью оторванной от реальности.

— Пошли, — сказала миссис Оливер. — Я обещала Эркюлю Пуаро привезти вас, когда он потребует. Ну, вот он и потребовал.

— Что здесь происходит? — спросила Джудит. — И зачем только я приехала сюда?

— Иногда меня это тоже интересует, — заметила миссис Оливер. — Хотя трудно объяснить, почему люди выбирают то или иное место жительства. Один мой друг в один прекрасный день переехал в Мортон-на-Болоте. Я спросила его почему, а он ответил, что всегда хотел там жить, когда удалится от дел. Я сказала, что никогда не была в этом месте, но, судя по названию, там очень сыро, и спросила, что оно собой представляет. А он ответил, что не знает, так как тоже никогда там не бывал, однако мечтал там поселиться. При этом он вовсе не был сумасшедшим.

— И ему там понравилось?

— Ну, я еще не получала от него известий, — отозвалась миссис Оливер. — Но люди иногда поступают очень странно, не так ли?

Она вышла в сад и окликнула:

— Миранда, мы уезжаем в Лондон!

Миранда медленно подошла к ним.

— В Лондон?

— Ариадна повезет нас туда, — объяснила ей мать. — Мы там сходим в театр. Может быть, миссис Оливер удастся раздобыть билеты на балет. Ты бы хотела посмотреть балет?

— Конечно. — В глазах девочки зажегся интерес. — Но я сначала должна попрощаться с одним из моих друзей.

— Но мы едем практически сразу же.

— Я не задержусь надолго. Просто мне нужно объяснить… Я кое-что обещала.

Она побежала по саду и скрылась за калиткой.

— Что у Миранды за друзья? — с любопытством спросила миссис Оливер.

— Право, не знаю, — ответила Джудит. — Она мне никогда о них не рассказывает. Иногда мне кажется, что Миранда считает своими друзьями только птиц и белок, которых видит в лесу. По-моему, к ней все хорошо относятся, но я не знаю, есть ли у нее настоящие друзья. Миранда никогда не приводит девочек к чаю. Думаю, ее лучшей подругой была Джойс Рейнолдс. Джойс рассказывала ей разные фантастические истории о слонах и тиграх… — Миссис Батлер встряхнулась. — Ну, раз ты настаиваешь, мне нужно укладывать вещи. Но мне не хочется уезжать. У меня тут полно дел — желе и…

— Нужно ехать, — твердо заявила миссис Оливер.

Джудит спустилась с парой чемоданов как раз в тот момент, когда Миранда, слегка запыхавшись, вбежала через боковую дверь.

— А как же ленч? — осведомилась она.

Несмотря на внешность лесной феи, Миранда была здоровым ребенком, любившим поесть.

— Остановимся на ленч по дороге, — ответила миссис Оливер. — В хэвершемском «Негритенке». Это примерно в трех четвертях часа езды отсюда, и там хорошо кормят. Пошли, Миранда, нам пора ехать.

— Я не успею предупредить Кэти, что не смогу пойти с ней завтра в кино. Может, позвонить ей?

— Только поскорее, — поторопила ее мать.

Миранда побежала в гостиную, где находился телефон. Джудит и миссис Оливер отнесли чемоданы в машину. Девочка выбежала следом.

— Я оставила сообщение, — сказала она. — Теперь все в порядке.

— Все-таки, по-моему, ты сошла с ума, Ариадна, — промолвила Джудит, когда они сели в автомобиль. — Что все это значит?

— Полагаю, мы выясним это в свое время, — отозвалась миссис Оливер. — Не знаю, кто сошел с ума — я или он.

— Кто «он»?

— Эркюль Пуаро, — сказала миссис Оливер.

III

В Лондоне Эркюль Пуаро сидел в комнате вместе с еще четверыми мужчинами. Одним из них был инспектор Тимоти Рэглен, чье лицо не выражало ничего, кроме почтения, как всегда в присутствии начальства, вторым был суперинтендент Спенс, третьим — Элфред Ричмонд, главный констебль графства, а четвертым — человек из прокуратуры с характерным проницательным взглядом законника. Их лица, устремленные на Эркюля Пуаро, постоянно меняли выражение.

— Вы кажетесь абсолютно уверенным, мсье Пуаро.

— Я действительно абсолютно уверен, — ответил Пуаро. — Когда вещи выглядят определенным образом, понимаешь, что так и должно быть, если только не находишь причины для обратного.

— Однако мотивы кажутся весьма сложными.

— Совсем наоборот, — возразил Пуаро. — Но они настолько просты, что их трудно четко рассмотреть.

Джентльмен из прокуратуры выглядел скептически.

— Очень скоро у нас будет прямая улика, — сказал инспектор Рэглен. — Конечно, если мы ошиблись…

— Ошиблись мы немножко — в колодце нету кошки? — осведомился Эркюль Пуаро. — Вы это имеете в виду?

— Ну, вы должны признать, что с вашей стороны это всего лишь предположение.

— Но все на это указывает. Для исчезновения девушки может быть не так уж много причин. Первая — что она сбежала с мужчиной. Вторая — что она мертва. Все остальное притянуто за уши и практически никогда не происходит.

— Нет других моментов, к которым вы бы хотели привлечь наше внимание, мсье Пуаро?

— Есть. Я связался с известной фирмой, занимающейся торговлей недвижимостью в Вест-Индии, на побережье Эгейского моря, на Адриатике, в Средиземноморье и других подобных местах. Их клиенты обычно очень состоятельны. Вот недавняя покупка, которая может вас заинтересовать. — Он протянул сложенный лист бумаги.

— Думаете, это связано с нашим делом?

— Не сомневаюсь.

— Мне казалось, продажа островов запрещена правительством этой страны.

— С помощью денег можно обойти запрет.

— У вас имеются другие интересные сведения?

— Возможно, в течение суток я представлю вам кое-что, могущее решить все вопросы.

— И что же это?

— Свидетель.

— Вы имеете в виду…

— Свидетель преступления.

Юрист смотрел на Пуаро с возрастающим недоверием.

— Где же сейчас этот свидетель?

— Надеюсь, на пути в Лондон.

— Вы кажетесь… обеспокоенным.

— Это правда. Я старался обо всем позаботиться, но, говоря откровенно, я боюсь. Боюсь, несмотря на принятые мною защитные меры. Потому что мы имеем дело с безжалостностью, быстротой реакции, не знающей границ алчностью и — хотя я в этом не уверен — с зачатками безумия. Не врожденного, но тщательно культивируемого. Семя, которое пустило корни и быстро прорастает, одержимое абсолютно нечеловеческой жаждой жизни.

— Нам придется посоветоваться со специалистами на этот счет, — промолвил юрист. — Спешить тут нельзя. Конечно, многое зависит от… э-э… результатов работы лесничих. Если все подтвердится, мы можем двигаться дальше, а если нет — нужно будет обдумать все заново.

Эркюль Пуаро поднялся со стула.

— К сожалению, я вынужден откланяться. Я сообщил вам все, что знаю, чего ожидаю и чего опасаюсь. Буду поддерживать с вами контакт.

Он удалился, с иностранной церемонностью пожав руки всем присутствующим.

— В этом человеке есть что-то от шарлатана, — заметил юрист. — Вам не кажется, что у него не все дома? В конце концов, он уже очень стар, и я не знаю, можно ли полагаться на способности человека в столь преклонном возрасте.

— Думаю, мы можем на него положиться, — отозвался главный констебль. — По крайней мере, таково мое впечатление. Спенс, я знаю вас много лет. Вы его друг. По-вашему, он стал немного слабоумным?

— По-моему, нет, — ответил суперинтендент Спенс. — А каково ваше мнение, Рэглен?

— Я познакомился с ним совсем недавно, сэр. Сначала его идеи казались мне фантастичными, — возможно, в этом повинна его манера разговора. Но теперь я думаю, что он прав.