Глава 18 · Интерлюдия

Эркюль Пуаро прошел через ворота кладбища, зашагал по одной из дорожек и вскоре остановился у покрытой мхом стены, глядя на могилу. Простояв так несколько минут, он перевел взгляд на гряду меловых холмов и море внизу, затем вновь обратил его в сторону могилы. Кто-то недавно положил туда букетик полевых цветов. Такой букет мог оставить ребенок, но Пуаро так не думал. Он прочитал надпись на надгробии:

«В память

ДОРОТЕИ ДЖЕРРОУ,

скончавшейся 15 сентября 1960 г.,

ее сестры

МАРГАРЕТ РЭВЕНСКРОФТ,

скончавшейся 3 октября 1960 г.,

и ее мужа

ЭЛИСТЕРА РЭВЕНСКРОФТА,

скончавшегося 3 октября 1960 г.

И в смерти они были неразлучны.

Прости нам наши прегрешения,

Как мы прощаем тех,

Кто согрешил против нас.

Господи, помилуй нас.

Христос, помилуй нас.

Господи, помилуй нас».

Пуаро простоял еще пару минут, потом кивнул, покинул кладбище и направился по тропинке, ведущей на утес. Вскоре он снова остановился, глядя на море и думая: «Теперь я уверен, что знаю, что произошло и почему, понимаю весь трагизм случившегося. Пришлось проделать долгий путь назад. «В моем конце мое начало» — или следует сказать по-другому: «В моем начале был мой трагический конец»? Швейцарская девушка должна об этом знать, но расскажет ли она мне? Дезмонд считает, что расскажет — ради него и Селии. Им не будет покоя, покуда они не узнают правду».