Глава 8

Глава 8

— Сейчас, сейчас, Мими… я что-нибудь обязательно придумаю. Я обещаю тебе, маленькая, — шептала я девочке на ушко, баюкая её в своих руках и пытаясь унять собственную дрожь.

Сумерки в заброшенном парке сгустились окончательно, превращаясь в плотную, осязаемую тьму.

Мне нужно было что-то делать, куда-то идти, но я никак не могла взять себя в руки.

Полное, беспросветное отчаяние накрыло меня с головой, словно ледяная океанская волна.

Из этого тупика, из этого кошмара, казалось, невозможно было выбраться. Безысходность давила на меня, мешая сделать даже вдох.

Но ощущение того, что в моих руках притихла маленькая крошка — беззащитное существо, которое не может само о себе позаботиться и полностью зависит от меня, — внезапно придало мне сил.

Я кое-как заглушила подступающую истерику, глубоко впиваясь ногтями в ладони.

Я продолжала судорожно всхлипывать, но рассудок начал проясняться: сидеть на месте нельзя. Еды не осталось, когда мы бежали от полицейских, мы меньше всего думали о мешочке с булочками, он так и остался лежать на той проклятой скамейке.

А ведь малышке наверняка уже хочется пить, да и голод скоро даст о себе знать. Я ответственна за её жизнь, и эта мысль жгла меня сильнее раны в плече.

Я встала, превозмогая слабость, и огляделась.

Этот парк… он был странным.

Словно дикий, совершенно неухоженный, он зарос густым кустарником и вековыми деревьями.

Это было в высшей степени необычно для Аристократического квартала. Я, конечно, не знала досконально, как здесь всё устроено, но предполагала, что сады знати должны сиять ухоженностью, расти в строгом геометрическом порядке.

Здесь же этот кусочек природы сохранился в своем первозданном виде.

— Сейчас что-нибудь придумаю, что-нибудь придумаю… — шептала я, уговаривая девочку и саму себя одновременно.

Я сделала первые неуверенные шаги вперед.

Сама не знала куда — перед глазами мелькали только ветки, колючие кусты и причудливо переплетенные стволы. Я шла, придерживая малышку здоровой рукой и ласково поглаживая её по спинке.

В голове метались мысли: если я сейчас выйду на освещенную улицу, под прицел магических фонарей, шансы найти особняк Блэквута возрастут, но и риск быть схваченной станет запредельным.

С другой стороны, пробираться ночью по кварталу — тоже безумие. Вдруг тут опасно?

Хотя какая опасность может грозить в этом квартале? Похоже, самая большая угроза здесь — это я сама с ребенком на руках.

Жаль тут же нет никаких табличек или указателей: «Особняк Блэквута — направо». Найти прохожего и спросить? А кто мне ответит? Будь это простой горожанин из рабочего квартала, он бы, может, и помог, а здесь… лорды и леди?

Да они же первыми сдадут меня полицейским, едва завидев мои одежды! Если вообще снизойдут до того, чтобы заметить, наградив перед этим пренебрежительным взглядом.

И снова эта безнадежная плита, холодная и тяжелая, опустилась на мою душу.

Но вдруг я почувствовала какое-то странное шевеление поблизости. Я замерла, почти не дыша.

Звуков не было, в лесу стояла мертвая тишина, однако боковым зрением я четко улавливала: что-то шевелится.

Тень переместилась и мгновенно исчезла. Я резко обернулась в другую сторону — там тоже что-то было.

В слабом свете звезд и луны я увидела, как более густая, чернильная тень сама собой пошевелилась, отделяясь от подножия дуба.

Я посмотрела на малышку. Её глазки блестели.

— Это ты играешь? — ахнула я. — Мими, ты ведь можешь управлять ими?

Малышка серьезно кивнула.

— Па-па… — тихо пролепетала она, и её голосок дрожал.

Тут меня осенило.

— Мими, ты чувствуешь его? Ты чувствуешь своего отца?

Из её маленькой ручки снова вытянулась тоненькая, извивающаяся темная ленточка. Она указала вперед, в самую гущу зарослей.

Я выдохнула с облегчением — неужели получится?

Пошла вперед, доверясь этому призрачному зову. По бокам нас сопровождали другие тени: они извивались, перетекая по стволам деревьев, но не приближались, словно почетный караул.

А потом я поняла — они показывают путь. Это было невероятно!

Какой же силы дар у этой крохи! Тени не просто слушались её, они помогали нам. Я ведь совсем ничего не знала о магии Теней до этого момента, лишь слышала пугающие легенды. Знала только, что это побочная магия Тьмы.

Когда мы наконец вышли к особняку, сердце в моей груди сделало болезненный кувырок.

Огромное черное здание возвышалось перед нами, дыша мощью и скрытой угрозой. Неужели этот дикий парк — часть территории особняка? Неужели нам так повезло?

После всего, что я пережила за последние три года, я вообще перестала верить в удачу.

Я повернулась и увидела в отдалении огромные кованые ворота, а перед нами — парадное крыльцо. Только я сделала шаг в сторону входа, как тишину разорвал бешеный цокот копыт. Черная карета, едва не перевернувшись на повороте, со свистом остановилась у ворот.

Дверца распахнулась, и оттуда выскочили двое мужчин. Один черноволосый, в строгом камзоле, другой — с длинными белоснежными волосами, оба что-то яростно кричали.

А затем я увидела, как они вдвоем буквально вытаскивают из кареты третьего мужчину. Он был широкоплечим, мощным, но сейчас его голова бессильно свесилась на грудь, а белая рубашка была полностью, пугающе залита кровью.

— Армус, скорее! Делай же что-нибудь! — раздался гневный, почти панический крик одного из мужчин.

— Лорда нужно срочно положить!

Двое мужчин, поддерживая раненого под руки и за ноги, быстро потащили его к воротам. Тот, кого звали Армус — светловолосый парень в очках, вероятно, лекарь, — только попытался сделать шаг к ним, как воздух вокруг раненого внезапно исказился. Силовая волна ударила лекаря в грудь так, что он отлетел назад, врезавшись в карету, и повалился на землю.

Мужчины, державшие третьего, выругались, едва удерживая ношу.

— Кейган! Кейган, слышишь? Приди в себя, ты убиваешь своих! Нам нужен лекарь сюда! Открой защиту!

Но тот не реагировал. Сквозь защиту прошли только они трое.

А я стояла как вкопанная, прижимая к себе Мими. Раненый, окровавленный человек в белой рубашке — это был Кейган Блэквут. Повелитель Теней был на грани смерти.

В этот момент тени вокруг нас дрогнули и рассеялись, и мужчины у ворот наконец заметили меня с ребенком.

— Эй, ты! — крикнул один из них с черными волосами. — Ты кто такая⁈ Откуда здесь⁈