Рванём?

Ева

Она почти с нетерпением ждала, когда её снова притащат к Грифону, и облегчение, что дождалась, выразилось в показной покладистости.

Ну, в меру, конечно.

Когда он взялся за её подбородок, она не смогла удержать усмешку. Отчасти даже ободряющую, мол, валяй, говори – пообщаемся.

– Вот ты наглая тварь! – с облегчением произнёс фир. – А ты ведь понимаешь, что сломать тебя – нечего делать?

Ева приопустила ресницы, пряча под ними пламя взгляда. Не представляла, зачем это вообще нужно, но помнила то, что говорили ей приятельницы – почему-то на мужчин оно работает. Ну вот так, работает – и всё.

И промолчала. Тоже один из секретов; ими делились девчонки, которых она знала прежде: молчаливые женщины нравятся. Очень нравятся. Взгляды, жесты, улыбки, мимика, гибкая дрожь тела – а вот слов лучше избегать или произносить минимум. Обходиться вовсе без них, если только получится. А в идеале пусть сам додумывает за тебя, что бы ты могла сказать, и произносит самостоятельно. Болтает, а ты делай вид, что слушаешь.

Разумеется, это нужно, если желаешь окрутить мужика вокруг мизинчика и гнуть его так, как тебе захочется. К чему-то серьёзному подобные ухватки не приведут в принципе; если требуется надёжно затолкать объект под подошву, этих приёмов катастрофически мало. Но в ближнем приближении – сойдёт.

Грифон что-то говорил, рассказывал, какие методы он использует, чтоб выдавить из пленницы послушание, и как его помощники постараются – она не слушала. С момента, когда ей удалось свистнуть с пояса одного из охранников пластину рации, слова главного бандита уже не имели значения. Хорошо бы, чтоб не избили до полусмерти, а для этого нужно кивать, улыбаться и смотреть мутно. Типа – я забитая дура, чего ты от меня хочешь, болван? Ничего не понимаю, сделаю что скажешь, отпусти поспать, скотина…

Уже в своей клетке она улеглась боком, так, чтоб по видео не было видно, чем она занимается, и погрузилась в изучение пластинки рации. Без инструментов было трудно, но раньше в какой-то момент она отломила кусочек проволоки, а в какой-то – плотную ниточку оторвала, и её тоже можно использовать.

Жун потихоньку подползла и через решётку уставилась с жадностью.

– Что ты делаешь?

– Что-что… Балуюсь, – буркнула Ева и довернулась, чтоб уж точно плечом прикрыться от чужих глаз. – Дело делаю! Чего пялишься? Изобрази болтовню о ерунде.

– Это дело нетрудное, – заулыбалась пленница. – Это можно. А говорить о ерунде надо?

– Да лучше говорить. Вдруг кто шибко талантливый сможет читать по губам через видео.

– Они, по-моему, по губам могут читать только «налетай, выпивка дармовая» – и только.

– И ты подобное озвучиваешь вслух? Совсем дурная?

Жун захихикала, после чего, чётко артикулируя, произнесла:

– Да где уж! Мечтаю! Мечтаю! – И, прильнув к решётке, потихоньку спросила: – Чем могу помочь?

– Какая-нибудь железка есть?

– Поищем… – Подруга по несчастью отползла, но скоро вернулась со скорбным лицом. – Увы. Ни одной. Камушек есть. В смысле, кусочек пластика, подозреваю.

– Камушек не надо. И пластик тоже. – Ева высунула язык и с усилием разложила пластинку на две основные составляющие. – Ага… Вот, почти… И проволочки тоже нет?

– Прости.

– Ладно, обойдёмся. Давай свой пластик. – Она поёрзала, перекатилась к той решётке, что прилегала к дальней стене, и вцепилась в кабель-канал за пределами крайней железяки. Поковырялась ноготками и вскрыла обшивку. Дальше в дело пошёл кусочек пластика. – Ну-у… Почти… Ага! Так, есть. Следи за камерами.

– Какими именно камерами? – всполошилась Жун.

– Какими-какими… Кой-чью б кривую рожу под коленку запихнуть… Всё, уже не надо. – Ева снова прикрылась плечом и развернула экран с останков рации. – Ну во-от… Кольцуем изображение… Чудненько. Теперь у нас есть сколько-то времени, чтоб сдриснуть отсюда.

– Сколько времени? – встрепенулась Камея в клетке напротив.

– А хе… мужской орган его знает. Я лично сдрисну по-любому. А ты как хочешь. – Ева сосредоточенно тыкала в голокнопки и потому слова произносила замедленно. – Но мой тебе совет: беги отсюда со всех конечностей. Ты, кстати, в отличие от нас вообще ничем не рискуешь. Ты – штучный товар, такую, как ты, невозможно заменить. А значит, тебя не убьют. В самом худшем случае отлупят и тут же вылечат. Смотри сама, но по мне, так тебе бы как раз бежать при любом удобном случае.

– Пожалуй… Я готова, я же говорила! Вот только что ты думаешь делать дальше, сразу после того как мы выберемся из клеток?

– Сперва затихаримся в глубинах станции. Доберёмся до любого корабля, который можно будет угнать. Я умею управлять.

– Помнишь про опознавание? – негромко уточнила Жун. – На мне-то чип-маячок точно есть, а на тебе – неизвестно.

– Помню. Попробуем решить и эту проблему. – Ева перебралась поближе к замку клетки. Скоро тот отозвался бодрым щелчком. – Вот та-ак… Теперь твой… И твой! Девицы – кто ещё с нами?

– Ну нафиг, – прозвучало неуверенное из камеры слева. – Рискуй, ежли хочешь. А я за свою жизнь наигралась.

– Не-е, нафиг надо!

– Знаем мы эти игры. Будем жаться по воздуховодам, без еды и воды, а потом всё равно поймают и такое сделают, что не рад будешь, что жив остался.

– Ну его…

– Не надо нам таких приключений.

– Как хотите! – отрезала Ева, выбираясь из клетки. – Потом при случае честно отчитаемся, что вы, девчонки, отказались. Камея – идёшь?

Юная принцесса выбралась из-за решетчатой преграды и с сомнением посмотрела вправо, потом влево…

– Ты что – на дороге? – рыкнула Жун. – Давай за нами или обратно за решётку!

Девочку буквально передёрнуло.

– Я с вами!

– Вот и чудно, – в задумчивости произнесла Ева, ковыряясь кусочком пластика в замке, ведущем из помещения наружу. – Ну вот, – произнесла она, когда раздался щелчок, – готово. Тебя экранировать?

– Конечно!.. А они точно не смогут нас засечь?

– А хоть бы и засекли. – Молодая женщина уже возилась с системой охраны – и подручными средствами, и с помощью перекрученного гаджета. – Насрать.

– Но ведь тут же прибегут, – шепнула девочка и от испуга даже уселась на пол.

Ева взглянула на неё сверху вниз.

– Ну и? Да, нас сейчас будут гонять по всей станции. Но тут вопрос, кто окажется быстрее и хитрее. Не попробуем – не узнаем. – Она приоткрыла дверь наружу, выпустила Камею и Жун, после чего поспешно подогнала створку на прежнее место. Всё-таки охранную систему удалось пригасить лишь на короткое время. Если оставить всё настежь, сирена включится уже спустя полминуты. – Давайте сюда.

– А потом в воздуховод? – уточнила Жун, шаря взглядом по сторонам – то ли угрозу высматривала, то ли искала вход в систему вентиляции.

– Ну сейчас! Это же самый очевидный вариант, там будут искать в первую очередь. Нет уж, технические помещения – наше всё. – Ева вскрыла панель и гостеприимно взмахнула рукой. – Добро пожаловать.

Закуток был очень мал, тесен, и разместились они трое в нём с огромным трудом. Но и останавливаться на достигнутом никто не собирался. Жестом показав, что нужно быть очень аккуратными и ничего не касаться, женщина начала протискиваться дальше, выискивая то место, где можно будет подрубить к системе её самопальную консоль.

Нашла, раскурочила разъём, обмотав пальцы содранной изоляцией, занялась проводками, скрутила между собой нужные и погрузилась в изучение схемы станции, а потом и тех документов, которые ей были интересны. Отвлеклась лишь разок – чтоб неодобрительно посмотреть на спутниц.

– Ну чего стоим столбом? Давайте, осторожно обдирайте вон ту облицовку с трубок. Это отличная изоляция, сигнал скорее всего погасит.

– И что с ней нужно делать? – недоумённо уточнила Камея, разглядывая толстые кабели, змеящиеся по стенам.

– Ну как – что? Примотать к шее. Неудобно, смешно, но единственный доступный нам более или менее действенный вариант.

– А чем примотать-то? – Девочка принялась осторожно щупать ближайший толстенный шнур, больше похожий на гофрированную трубку. Только его облицовка проминалась под пальцами почти как толстая фольга.

– Ну ты же не голая. Оторви полоску от подола и привяжи.

– А-а… Точно. Не сообразила. – Камея растерянно уставилась на свою скудную одежду. Её всё-таки переодели в «униформу» рабынь, и в этой исчезающее малой сорочке она чувствовала себя крайне неуютно.

– Давай я, – сжалилась Жун. – Помогу.

Уже спустя пару минут все они примотали к шее кусочки облицовки, и, сдёрнув свою консоль с разъёма, Ева жестом указала, в какую сторону идти. Местами приходилось протискиваться с заметным трудом, кое-где – пользоваться вертикальными колодцами и сползать вниз, цепляясь за опоры для кабелей. Наконец женщина отыскала подходящий узел и шёпотом предложила спутницам передохнуть. Сама же привычным образом подсоединила состряпанную консоль к проводам и «вгрызлась» в нутро сервера.

– Да, есть тут один подходящий кораблик, – сказала она, пробегая пальцами по страницам. – Сейчас мы его зарегистрируем на вылет. А то позывных-то я не знаю. Так, пойдёт как беспилотник… Если получится, конечно.

– Откуда ты такое умеешь? – удивилась Камея, поправляя обвязку на шее. – Неужели всему этому учат в военных школах Сферы бестий?

– Ну, чему-то учат, конечно. А что-то приходится осваивать самостоятельно. – Ева перебирала данные кораблей, указанные в файлах системы безопасности, с которой, собственно, и будет соотноситься программа, регулирующая вылет. Тут нельзя было ошибиться. – При желании в галактических хранилищах можно найти много полезного, если знаешь, как искать.

– Надо же… И удивительно, что тебя при таких знаниях и навыках не взяли в службу безопасности.

– А откуда им знать, что я умею? Я не спешу делиться своими талантами.

– Да? – Камея вдруг тихонько усмехнулась. – А я тут подумала, что мне бы обеспокоиться твоими возможностями и знаниями, которые ты так щедро демонстрируешь. Может, и ты на самом деле подставная?

Ева слегка изогнула губы.

– Толково рассуждаешь, так-то. Тебе как принцессе и полагается думать о подобных вещах. И быть очень и очень осторожной. Только, будь я подставной, вряд ли стала бы звать с собой всех пленниц. А ну как они бы согласились? И как потихоньку провести такую толпу по станции? В подобном случае чрезмерное везение уже показалось бы подозрительным.

– А почему тогда ты их позвала с собой?

– Да думала, что кто-нибудь всё-таки согласится, но была уверена, что далеко не все. А если б согласилось большинство, можно было бы пустить часть девчонок по воздуховодам и так отвлечь бандитов. Они бы сперва стали именно их ловить… Ну да, вот такое я г…

Камея нервно передёрнула плечами.

– Мда…

– Расскажи пока что-нибудь про свою семью. Я имею в виду Кристальных.

– И что тебя интересует?

– Хм… Про дочь королевы Агаты и её первого мужа Ардиса Сверада Еву знаешь что-нибудь?

– Ну-у… Это давно было. В семье она родилась третьей…

– Нет, я про другое. Она ведь была замужем, так?

– Да, у Евы был только один муж, офицер сухопутных войск, кажется. Вроде, его звали Равен Эргис.

– Равен Малый Эргис, – кивнула Ева, копаясь в файлах, которые отвечали за контроль над внешними шлюзами. – Он же погиб позже супруги, да?

– Да почти в одно время, – рассеянно ответила Камея, следя за действиями собеседницы. – Он был ранен в том же бою, в котором погибла досточтимая. И скончался на следующий день.

Руки Евы замерли. Ей потребовалось несколько мгновений, чтоб снова овладеть пальцами и заставить их действовать дальше.

– А кто именно его убил – выяснилось?

– Да я не знаю. Вряд ли. Раз уж даже гибель досточтимой Сверад считается таинственной. Уж её-то смерть, думаю, расследовали тщательнее… А ты так интересовалась семьёй Сверад? Или всеми Кристальными?

– Ну как сказать… Думаю, можем идти дальше. Всё, что было нужно, я выяснила.