Глава 30

Вытаскиваю из файла несколько листов. Один - фотография с датой и временем в аэропорту, на которой вижу Романа, второй - фото какого-то мексиканца с усами и шрамом на правой половине лица.

- Это шутка такая?

Такое чувство, что это герой сериала, но Роман не улыбается.

- Это кто? – поворачиваю к нему бумагу.

- Джоккер.

Снова рассматриваю мужчину, прикидывая, что ему около сорока. И как он со мной связан?

- Так, - теряю терпение. – Пояснительная бригада выехала?

- Если коротко, то он причина того, почему твой муж в больнице.

Несколько раз хлопаю глазами, не понимая, почему мне говорит это мужчина напротив, а не следователь. То есть всё же не герой фильма.

Официант притаскивает две большие тарелки с аппетитным салатом, ставит графин апельсиновой жидкости и уходит.

- Если ты был в полиции, почему не указал на него?

- Зачем? – Роман накалывает на вилку креветки и листья салата, отправляя в свой рот. – Пусть учатся сами делать свою работу. К тому же меня не спрашивали.

- И как ты вычислил какого-то там Джоккера?

- Слышал бы Джоккер, что он «какой-то», - усмехнулся мужчина. – Мерзкий тип, скажу тебе. С ним лучше не встречаться молодым и привлекательным женщинам.

- Как и мужчинам, - намекаю на Рубцова.

- Тоже верно, - кивает Роман.

- И зачем ему это?

- Есть одно предположение.

- Поделись.

Он отпивает сок и полощет рот, задумчиво глядя на меня.

- Ты из полиции? – пронзает догадка, но Роман не торопится с ответом.

- Такое чувство, что это ты из полиции, - отшучивается. – Столько вопросов, ка на дознании. Скажем так, был связан.

- И зачем мне эти сведения?

- Карина, - говорит так, будто я несу несусветную чушь. – Меня зовёт следователь, начинает заглядывать во все места. Мне это вообще не надо. Я не при делах. Но я понял, откуда ноги растут.

- Как?

- Пффф, - выдыхает шумно воздух. – Ну а кто ещё мог на меня вывести?

- Горячев, - пожимаю плечами, и он клонит голову влево.

- Каким боком он?

Хорошо, хоть не ломает комедию, что они не знакомы.

- Я видела вас вместе. А Макс заложил наш дом и фирмы ему.

- Тогда встречный вопрос: зачем Горячеву трогать Рубцова, который и без того уже всё ему отдал? – понижает он голос до шёпота, и я, сколько не пытаюсь ответить на этот вопрос, не могу. Может, Макс знал какой-то выход, которого я не вижу? Надо дождаться адвоката, вдруг он что-то нашёл.

- Откуда ты знаешь Горячева? – решаю уточнить.

- Говорю же, я немного связан с полицией.

- Как это немного? – он кружит мне голову, а салат тем временем не тронут, и Роман напоминает мне о нём.

- Я – частный детектив, - то ли говорит правду, то ли врёт.

- И тебя нанял Горячев?

– Не только у твоего мужа будут проблемы из-за этой ситуации. Александр тоже пострадал, потому что с него спрашивают. И, поверь, ему совершенно ни к чему участвовать в подобных делах. Он птица высокого полёта. А здесь иные методы. Это как подозревать волка, что он ест падаль. Ты же в курсе, что зверь никогда не притронется к падали?

Выходит, когда я видела их около ресторана, они договаривались о работе? Это многое объясняет. По крайней мере всё складно. Или же меня хотят запутать. Только зачем, ума не приложу.

- И всё же не понимаю, для чего тебе было устраивать эту встречу? Не всё ли равно, что какая-то женщина думает о тебе, если следователь говорит, что у тебя алиби?

- Как видишь – нет.

- Почему?

- Ты мне понравилась.

Слова настолько простые, что окатывают волной горячего страха. Что он только что сказал.

- К тому же, вдруг ты пойдёшь сдавать Александра, с которым лучше не связываться.

- Это угроза?

- Совет для красивой девушки.

- Я замужем! – напоминаю ему, всё же беря вилку, чтобы скрыть неловкость. Я надеялась на комплимент, но никак не ожидала подобных признаний.

- Не претендую на место твоего мужа, - усмехается Роман. – Но кто сказал, что нельзя смотреть на красивых замужних женщин?

Он играет. Он умеет нравиться, и я даже представляю, что в его жизни просто толпа девиц. Бросаю взгляд на руку, и он тут же показывает мне обе. Неужели, я настолько предсказуема?

Кольца нет. Но это тоже ничего не значит!

- И зачем это было делать Джоккеру? – возвращаюсь к теме.

- Смотри, - он тянется за солонкой и перечницей. Берёт забочистки, пару стаканов и салфетницу, расставляя их хаотично на свободном месте. – Мир поделен на участки, в каждом из которых заправляет свой авторитет.

Я внимательно слежу за тем, как он перечисляет каждого: с кличками, позывными, методом добычи денег. Кощей, Север, Змей, Эмир. Круговерть из прозвищ. Только зачем мне всё это надо?

- И есть Джоккер, который хочет урвать себе кусок. Как Табаки при Шерхане.

Ого, да он ещё и начитанный. Смотрю на большую ладонь с дорогими часами на запястье, вещами из бутика, стрижкой из салона. Знает, как себя одеть и подать.

- Джоккеру выгодно слить Горячева. Это мир мужчин.

- Со стальными яйцами, - заканчиваю фразу, которую всегда говорил Макс. И снова вспоминаю про Рубцова.

- То есть, Макс пострадал не из-за своей дурости, а просто попав под горячую руку? Как символично. Как разменная монета.

- Увы, - пожимает Роман плечами.

- Значит, занимаешься волонтёрством? – подвожу итог. – Или я тебе должна за то, что ты выяснил?

- Это бесплатно, - делает широкий жест, и я понимаю, что у него и отменное чувство юмора. – Что теперь будешь делать?

- Жить, - не понимаю вопроса. Мы не друзья, даже не знакомые. А просто люди, пару раз столкнувшиеся на улице. Но он ведёт себя так, будто у нас есть нечто общее.

- Может, что-то заказать? – интересуется, убирая фотографии.

- Нет, спасибо. Пойду.

- Ещё посидим? Пообщаемся?

- Не вижу причин, по которым это стоит делать. Думаю, ты прекрасно знаешь, кто мой муж, и что я идиотка, которая не видела, что делается за спиной.

- Планируешь к нему вернуться? – задаёт провокационный вопрос.

- Во-первых, это касается только нас, - мне не нравится, что мужчина лезет в то, что ему не принадлежит. – Во-вторых, я не из тех, кто подставляет вторые щёки. Знаешь, - решаю высказать тому, кто косвенно связан с нашим банкротством. – На первую фирму деньги дали мои родители. А дом я считала крепостью, которую никто не разрушит. И вот представь, что теперь я потеряла всё, даже не прилагая никаких усилий.

Злюсь, потому что он позволил себе переступить черту, но он просит прощения за бестактность.

- Да, ты права, я не должен лезть. Предлагаю просто забыть то, что за периметром этого кафе.

- И?

- И наслаждаться обществом друг друга. Я слышал, ты наняла адвоката?

- Какой острый слух, - хмыкаю. – Ты за мной следил?

- Он просто наводит справки о Горячеве.

Надо же. Я до конца и не верила, что Игнат реально захочет помогать. Сказать можно всё, что угодно. Сделать вид, что активно работает, а потом слиться. Даже уважать его больше стала.

- Подожди, - вдруг поднимается с места и уходит, а я в недоумении смотрю вслед. Возвращается буквально через пару минут, когда я уже намерена точно отправиться домой, и садится напротив.

- Привет, - говорит мне, улыбаясь. – Роман.

Молчу, потому что не понимаю, что сейчас происходит.

- Давай начнём сначала.