Глава 49

Меня касается чужой человек, мужчина, и мне чертовски приятно, потому что, несмотря на наше короткое знакомство, он уже столько для меня сделал. Позволяю себе прижать его в ответ.

- Вкусно пахнешь. И картина классная, - отстраняет Роман, а я неловко тяну «эээ».

– Рада, что смогла угодить.

- Кстати, у меня нет ни одного портрета. Повещу в комнате, буду любоваться на себя любимого, - усмехается.

- Спасибо за то, что нашёл информацию. Не знаю, может, всё-таки я заплачу?

- Карин, я могу и обидеться. Ну, в самом деле. Это просто слова.

- Только ты за них с других плату берёшь.

- По дружбе, ладно? – вытаскивает телефон, кривя лицо. Только не видно, кто там.

- Ладно, поеду домой, кое-какие дела образовались.

Немного разочарована. Нет, конечно, это не свидание. И у нас просто дружеская встреча с расшаркиваниями в любезностях и жирной точке в конце. Потому что мы, всё же, друг другу никто. Только как-то не хочется прощаться, и я корю себя за свои странные чувства.

- А вечером можем пересечься, - предлагает, поворачивая, проходящей мимо парочке, своё лицо, чтобы они могли оценить, и ребята выкидывают большие пальцы вверх. – Это она, - негромко шепчет Роман, кивая в мою сторону головой, и парочка делает сердечки.

- Вот оно – современное искусство. На улице уже и отсердечили, и отлайкали, - усмехается Роман, а я вспоминаю Макса. Всегда серьёзный. Шутки в стороны. Деньги и ещё раз деньги. Важно, кто и что скажет, как посмотрит. А этот спокойно с мимо проходящими разговор завязывает. И как-то легко и непринуждённо. По итогу девчонка фотографирует его с портретом и уходит.

- Ну так что там по вечеру? – напоминает мне.

- Ээээ. Вечером? – да, да, ну конечно, я хочу! Только у меня ребёнок, негодяй муж в статусе – женаты. И в такие минуты хочется быть свободной ото всего и просто жить. – Я не могу, - разочаровываю и его, и себя. Только так правильно. Наверное, так правильно.

- Заеду за тобой в семь, - будто не слышит он.

- Я не могу, - повторяю.

- Ну да, я понял. В семь.

Уже без спроса он кладёт руку на мою талию, будто проделывал это уже сотню раз, и целует меня в щёку. Опять же непринуждённо и без намёка на какой-то интим. А что так можно было?

- Ещё раз спасибо, - поднимает портрет и отправляется к своей машине.

Надо же, как у некоторых всё просто. А мы всё строим сложные алгоритмические уравнения, размышляя над тем, правильно это всё или нет.

Но я не пойду, да. Потому что…

- Ты дурочка, - хмыкает Лиза, когда я рассказываю ей о встрече. – Да забей ты на Макса. Пройденный вариант. Или ты намерена с ним остаться?

- Что? Нет, конечно же нет.

- Ну и кто тогда тебе сказал, что нельзя пойти и просто пообщаться?

- Мы только что разговаривали.

- Нет, если он тебя раздражает…

- Не раздражает.

- Тогда не понимаю. Ты же не в свинг-клуб на вечеринку. Или туда?

Она смотрит на меня выжидательно, а я не сразу понимаю, что она сказала.

- Ой, да ну тебя, - толкаю сестру в плечо, и она начинает хохотать.

– Рви пластырь, Карин. Макс о тебе не думал, когда нашёл себе женщину и заделал ей ребёнка.

- Не ори так, Кир дома.

Вот так у мужиков всё просто. Можно любить всех, если хватает денег. По мне у них всё упирается именно в это. Жёны дома сыты, в тепле – что ещё надо? Можно и две, и три, если позволяет кошелёк и совесть.

- Мне всё же непонятно, почему между нами всё так быстро произошло, - размышляю вслух.

- Не так спроси. Приди и скажи: слушай, мужик. А чего тебе от меня надо?

- Ты не помогаешь.

- Уверена? – хмыкает сестра. – Смотри. Мы с тобой остались без тех, кто был нам дорог. Но, - поднимает палец вверх, - не ноем, - загибает первый, - не сетуем на судьбу, - следует второй, - видим, что жизнь идёт дальше, - хлопает себя по коленям. – Я у себя одна, Карин, - внезапно заявляет. – У тебя тоже, между прочим. Наломала дров, зажгла такой костёр, что из-за Уральских гор видно. Но не ставить же крест, да?

Лиза укладывает руки на живот, задумчиво глядя в потолок.

- Будет девочка, назову в честь мамы – Дашкой.

- А мальчик?

- Не знаю, не думается. Такое чувство, что все мужские имена разом стали неприятны. Ещё времени вот столько, - рисует черту ладонью над своей головой.

- Это так кажется. Завтра очнёшься – а у тебя арбуз, - смеюсь, смотря на её ещё не показавшийся живот.

- Иди собирайся. Вечер обещает быть томным.

Первое, что я сделала – написала Роману, чтобы он не приезжал, сама доберусь. Не хватало ещё мне разговоров от соседей. А потом в который раз открыла шкаф, прикидывая, что надеть. Он написал, что мы просто посидим в клубе. И как давно я не была в таких местах?

У нас с Максом в основном гости, банкеты по случаю открытия филиалов, дни рождения и прочее. Ночной клуб забылся, как дневной детсадовский сон. Словно, не со мной, а в другой жизни это было. Только боюсь нарваться на каких-нибудь знакомых. Одно дело сидеть за столом в ресторане и другое отдыхать в клубе, когда в статусе всё ещё сложно.

Добираюсь до места, а потом пересаживаюсь в машину к Роману.

- Почему здесь? – не понимаю, для чего он написал адрес, если ехать следовало дальше.

- Просто захотел тебя забрать, ты же от дома не позволила, - усмехается, выжимая скорость, и машина тут же, приятно урча, отъезжает от парковки. – Так, смотри. К родителям знакомиться пока рано, да и они в Питере, так что как-нибудь потом, - начинает он в знакомой уже манере с юмором, - ко мне домой не приглашаю, вдруг согласишься, а у меня не убрано, - бросает мимолётный взгляд, будто ожидая ответа. – Нет? – уточняет, и я качаю головой с улыбкой. – Просто попробовал, мало ли, - пожимает плечами, переключая скорость. – Есть клуб, он исключительно для мажоров и братвы. Закрытый, в общем.

- И, - растягиваю букву, - мы с тобой первое или второе?

- Посередине, - усмехается.

- Ресторан, - размышляет дальше. – Шаурма. Давай, выбирай. Здесь ещё неподалёку блины обалденные готовят, кстати. А потом будем кататься по ночному городу.

Он внезапно паркуется и поворачивается ко мне.

- Ну, так что выберем?