Глава 16

Проснувшись, Вика потянулась:

— Как же хорошо, — прошептала она и потянулась ещё раз. К постели тут же подбежал Бакс и тихо заскулил. — Сейчас, мой хороший. Сейчас я встану, и мы пойдём гулять.

Бакс радостно запрыгал у кровати, норовя лизнуть ей руку. Вика поднялась с постели и, потрепав пса по голове, ушла в ванную, напевая что-то себе под нос.

Она вела машину и пела. Войдя в офис, столкнулась с Потёмкиным — тот едва успел подхватить её, чтобы не упала, и нарочито удивлённо поднял брови:

— Мой самый серьёзный сотрудник поёт с утра? Это замечательно! Не иначе, это любовь.

Вика, смущённо улыбнувшись, кивнула, в сотый раз удивляясь проницательности босса.

— Похоже на то.

— Я рад. Поздравляю. Прекрасное, скажу я вам, Виктория, чувство, эта самая любовь. А если она ещё и взаимна… — У Потёмкина зазвонил телефон, он подмигнул Вике и кивком попрощался. — Рад слышать твой голос, любимая! — Услышала Вика за спиной.

Она не удержалась и оглянулась — Павел Александрович улыбался блаженно-идиотской улыбкой. Вика с трудом сдержала смех и поспешила в приёмную.

За работой день пролетел незаметно. Подходя к машине, она в который раз вытащила из сумки телефон — Вадим за весь день так ни разу и не позвонил. Вика улыбнулась телефону.

«Наверное, страдает, — подумала она, но, глядя вчера вечером на растерянное лицо Абрамова, с трудом сдержала себя, чтобы не подойти к нему и не прижаться к его груди. И только потому, что если бы она не сдержалась, Вадим остался бы утра. — И что в этом такого, это же всё равно должно было случиться? Должно, — повторила Вика и включила зажигание автомобиля. — Сердце, тебе не хочется покоя», — запела она во весь голос, выезжая со стоянки.

Страдания Вадима начались, как только он открыл глаза. Войдя в кухню, он буркнул сестре «Привет» и уселся за стол. Алёна поставила перед ним тарелку с завтраком и села напротив:

— Ты мне скажешь, наконец, что вчера произошло?

— Нет.

— Ты Вике в любви объяснился?

— Нет.

— А что же ты там столько времени делал?

Вадим отвёл глаза и, положив вилку на тарелку, обхватил голову руками. Алёна ахнула и закрыла рот ладонью:

— Ты долго думал? — произнесла сестра, придя в себя.

— Времени на раздумья не было.

— Мой брат… — Алёна закрутила головой, подбирая слово. — Идиот мой брат.

— Ты думаешь?

— Ой, Вадим! Так чем всё закончилось?

— Она меня домой отправила. Так и сказала — иди домой.

— И ты пошёл?

— Алёна, не зли меня.

— Да-а-а, братик!

Весь день служба равнялась и строилась без всяких приказов Вадима. Взгляд подполковника Абрамова пронизывал и метал молнии. Подчинённые знали: будить лихо командира себе дороже. Все разом подтянулись и принялись за служебные дела, и не делая вид, а по-настоящему.

Николай, видел, что с другом творится что-то неладное, но с расспросами не лез, несмотря на то что молчание всегда давалось ему с большим трудом. После обеда Орлов не выдержал и позвонил Ирине:

— Ирин, ты сегодня с Викой общалась?

— Да, а что?

— И как у неё настроение?

— А почему тебя её настроение интересует?

— Почему⁈ Да потому, что у нас сегодня народ только по-пластунски не ползает. Все ждут команды упасть-отжаться.

— Это почему? Подполковник Абрамов гневаться изволит?

— Спаси бог, до этого не дошло. У нас мужики с утра «Отче наш» читают. Все на выходные хотят. Но Вадим сам не свой. Так как там Вика?

— Замечательно!

— Правда?

— А какой смысл мне тебе неправду говорить?

— И то верно. А она тебе ничего не рассказывала?

— Коля, даже если бы мне Вика что и рассказала, то ты об этом вряд ли узнал.

— Это почему?

— А зачем тебе девчоночьи разговоры?

— Интересно… Значит, ты ничего не знаешь.

— Нет. Но настроение у Вики хорошее, песни напевает.

— Песни напевает? Какие песни?

— Ну, я точно не помню. Что-то из репертуара Утёсова. Кажется, «Любовь нечаянно нагрянет».

— Да ты что⁈ Как интересно! Всё, милая, до встречи. Целую нежно, много и долго.

Орлов вошёл в кабинет Абрамова. Вадим отвлёкся от монитора и, глянув мельком на друга, вернул взор обратно. Николай походил по кабинету. Наконец, остановившись в центре, засунул руки в карманы и, раскачиваясь с пятки на носок, начал насвистывать мелодию песни, которую пела Вика.

— Тебя службой озадачить? — на этот раз, не поворачивая головы, поинтересовался Вадим.

— Не хотелось бы мне сейчас службой голову свою занимать, я уже мыслями на озере. Сейчас с Ириной разговаривал.

— Да? И что?

— Ириночка говорит, Вика песни поёт о любви. Радостная такая вся из себя. — Орлов перестал раскачиваться и замер. — Ладно, Абрамов, озадачивай меня службой. Начну в конце рабочего дня гореть на работе.

— Поёт, говоришь?

— Ага. «Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь». Нет, не эту. «Сердце, тебе не хочется покоя, спасибо сердце, что ты умеешь так любить» — эту она пела. Ну, или что-то из них. Так мне идти службу работать или организацией нашего выезда на отдых заниматься? А в котором часу мы выезд планируем? Нам же ещё шатры нужно установить. Ведь с нами не только дети будут, но и женщины. И мы не должны в грязь лицом ударить. Как ты считаешь?

— Коля, езжай домой, собирайся — и за Ириной. Я заканчиваю.

— Как скажешь, командир. Лечу!