39

Клейранн Я думала, что умру от тоски и беспокойства с уходом Сайрена. Так мало нам довелось пробыть рядом. Мне нужно было больше его рук, его поцелуев, его самого. Казалось, что без него я окажусь в ужасающей пустоте. Но неожиданно выяснилось, что в его маленьком домике полно интересных занятий. Приготовить себе еду — я не делала этого целых десять лет. Подбросить дров в камин, радуясь, что ещё помню, как при этом не затушить угасающий огонёк. Поймать себя на том, что улыбаюсь, хотя для этого нет никакой причины. Сайрен будто вернул мне саму себя, ту девушку с побережья, о которой я успела забыть за десять лет в замке Ледяных Истоков. Даже сейчас, когда Сая не было рядом, его убежище помогало мне вспомнить себя настоящую. Густой туман окутывал домик, не позволяя рассмотреть, что за окном. В том месте, где я выросла, он считался дурным предзнаменованием: в тумане рыбацкие лодки терялись, натыкались на острые камни, рыбаки не могли найти берег. Жители побережья не ждали от тумана ничего хорошего, а моя тётя была особенно тревожной туманными вечерами. Но сейчас, вопреки старым приметам, я чувствовала себя в полной безопасности. Так, будто Сайрен был рядом и защищал меня от всего мира. А кроме того, помимо обыденных вещей, которые окружали меня сейчас, было ещё кое-что. Временами я замечала перед собой что-то, напоминающее золотую нить. Со временем мне удалось понять, что это не обман зрения, и даже проследить, как она уходит из домика наружу — в туман. Несколько раз я порывалась притронуться к сияющей золотом струнке, но что-то останавливало меня. Должно быть, это одна из тех Нитей, которые видят Туманные и Возрождённая. Только почему она одна? В ожидании, пока вернётся Сайрен, я пыталась понять, как сделать так, чтобы видеть её дольше и яснее. И понемногу у меня получалось. Сай будет рад, когда узнает, что я теперь тоже могу видеть Нити. Ивар Он облетел всю территорию Ледяных Истоков — никаких признаков того, что Клеа была поблизости. Теперь уже не оставалось сомнений, что ей помогли сбежать — сама она, не зная местности и без привычки к полётам, не улетела бы так далеко. Выходит, тот туман, что раздражал его последние несколько дней, появился неспроста. Ивар мог почти наверняка сказать, чьих поганых рук было это дело. Ещё одно подтверждение встретило его в кабинете, куда он вернулся злой после многочасовых и безрезультатных поисков. В стеклянной сфере лежало извещение о том, что Туманный дракон Сайрен Райгар подал прошение о его с Клеа разводе на правах… На правах кого?!! Ивар почувствовал, что воротничок рубашки впился в горло, пытаясь его задушить. Краснея, рванул ворот, тяжело дыша поморгал, пытаясь прогнать с глаз мутную пелену. Снова вчитался. Нет, ему не показалось. "На правах мужа, признанного магией и старыми богами", — значилось в документе. У Ивара отчего-то вырвался нервный смешок. Мелькнула мысль о том, что только дурак мог пытаться удержать в пальцах ветер. За это он и полюбил Клеа — за независимость, смелость, решимость. Правда, от всего этого он старательно отучал её все годы совместной жизни. Пытался сделать из неё покорную жену и достойную раэну. И вот результат. От груди к горлу поползла жгучая разъедающая тошнота. Муж. Как это вообще возможно? Поддельную метку сразу бы распознали. Значит, брак всё-таки настоящий. Значит, этот белобрысый Туманный целовал её у алтаря. Не украдкой, как любовник, а с полным правом, как законный супруг. Как сам Ивар целовал её все эти годы. Ему перестало хватать воздуха. Пошатнувшись, дракон снёс со стола стеклянную сферу для писем. Та со звоном разлетелась по полу осколками, но он даже не обратил на это внимания. Этот серый ублюдок целовал её… А потом, когда подал на развод, потащил её в свою постель. Иначе просто быть не могло. Ивару показалось, что его сейчас стошнит желчью. Нутро словно рвало когтями. Возможно, прямо сейчас его Клеа обнимает другого, стонет в его объятиях, смеётся над тем, как ей удалось провести прежнего мужа. Он сжал виски руками, лихорадочно оглядываясь. Он не просто потерял жену. Сторонники Совета кланов, конечно же, уже знают о её побеге и втором замужестве. Он потерял влияние, надежду на лучшую долю для всего клана. Нахлынувшая злость слегка прочистила мозги. Ивар сжал кулаки, чувствуя, как металлический обод перстня больно впивается в палец. Он всё ещё её муж. И всё ещё её верховный. Он найдёт способ её вернуть. Вторая брачная метка, пусть и полученная по всем правилам, не должна долго продержаться. Их союз уже приговорён. И потом, ребёнок! Клеа носит его наследника! Это достаточно веский повод, чтобы оспорить прошение о разводе. Осталось только их разыскать. С рычанием набросав ответное заявление, Ивар бросился в свои покои, где была ещё одна сфера для писем. Лив уже немного пришла в себя. При виде него она испуганно опустила глаза и сжалась в комочек на кровати. В стеклянном шаре его дожидалась записка. Достав её, дракон подождал, пока его письмо исчезнет в непрозрачном дыму, и обернулся к жене. — Надеюсь, ты поняла, что совершила большую ошибку? Как тебе только пришло в голову такое? — Я просто хотела… — прошептала девушка со слезами в голосе. — Просто хотела, чтобы ты был мой. Только мой. Ивар ухмыльнулся, чувствуя, как злость начинает остывать. По крайней мере эта жена верна ему до дурости. Но больше он не позволит ей своевольничать. Он развернул записку, пробегая её глазами. Один из его соратников сообщал, что его жена ушла из Дворца Совета порталом в Вольный город. Губы растянула улыбка. По крайней мере, теперь понятно, откуда начинать поиски. — Клеа что-нибудь говорила тебе? Куда она собиралась? Лив помотала головой и подползла поближе к нему. — Ты больше не сердишься? Дракон с трудом сдержал желание причинить ей боль — намотать золотые локоны на руку и показать, кто здесь сильнее. Так, чтобы запомнила навсегда. Вместо этого он смял записку и сунул её в карман. — Что ты, милая. Но тебе придётся хорошенько постараться, чтобы я тебя простил. Не отводя от него взгляда, девушка покорно потянула за ворот платья, обнажая одно плечо. Но Ивар её остановил. — Нет-нет, дорогая, не так. Собирайся в дорогу. Ты поможешь мне найти и вернуть Клеа.