Глава 2

Стою перед зеркалом в своей спальне и завязываю галстук. Костюм сидит безупречно – темно-серый, дорогой, подчеркивающий мои широкие плечи. Но руки… Я смотрю на костяшки пальцев – разбитые в кровь, с засохшими корочками. Вчерашний спарринг с боксерской грушей затянулся допоздна. Я бил до тех пор, пока не почувствовал, что ярость немного утихла. Немного. Не полностью. Внутри все еще кипит злость, готовая разорвать меня на части. Если бы можно было, я бы снес этот дом к чертовой матери, разорвал бы в клочья все, что напоминает о ней. О лживой сучке, которая три года играла роль преданной жены, пока я строил империю, пока создавал для нее безопасный мир. Сжимаю челюсти так сильно, что болят зубы. Даже сейчас, спустя два месяца после ее смерти, одна мысль о Камилле вызывает у меня желание убивать. Все это время я считался вдовцом, страдающим от потери любимой женщины. Все это время люди сочувствовали мне, говорили о том, какой несправедливой может быть судьба. Если бы они знали правду. Я узнал об измене случайно, за неделю до того, как ее не стало. Один телефонный звонок от человека, которому я доверяю дела в соседнем городе. Несколько фотографий. Письма, которые Камилла прятала в своей шкатулке. И мой мир рухнул окончательно. Она встречалась с ним давно. Давно изменяла мужу с каким-то ничтожеством – владельцем небольшой строительной фирмы. Писала ему любовные письма, в которых называла меня «тираном» и «чудовищем». Планировала уйти. Хотела забрать с собой Аишу. Аишу. Смотрю в зеркало на свои глаза. Карие, почти черные, сейчас в них пляшут демоны. Маленькая девочка со светлыми волосами и голубыми глазами. Совсем не похожа на меня. Я всегда списывал это на материнскую наследственность, но теперь… Теперь каждый раз, глядя на дочь, я задаюсь вопросом: мой ли это ребенок? Тот мужчина, любовник Камиллы, был блондином. У него были такие же голубые глаза, как у Аиши. Я бы мог сдать анализы на отцовство, но не делаю этого: не знаю, как отреагирую. Отворачиваюсь от зеркала и прохожусь по комнате. Шаги тяжелы, как у хищника в клетке. Вот почему я так быстро согласился на этот брак. Вот почему я выбрал именно Амину Магомедову – молодую, неопытную, которая будет благодарна мне за каждый добрый поступок. Которая полюбит Аишу как родную дочь и никогда не будет задавать вопросов о ее происхождении. В отличие от Камиллы, избалованной принцессы из влиятельной семьи, Амина будет зависеть только от меня. Она будет моей женой в полном смысле этого слова. Верной. Покорной. Благодарной. Подхожу к окну и смотрю на горы. Сегодня, через несколько часов, я женюсь во второй раз. И на этот раз никаких иллюзий о любви. Только расчет, контроль и абсолютная уверенность в том, что меня больше никто и никогда не предаст. Звук тихо открывающейся двери заставляет обернуться. – Входи, – бросаю я. Аиша. Я мгновенно меняюсь в лице, весь гнев исчезает, уступая место мягкой улыбке. Какими бы ни были мои подозрения, эта малышка уже полтора года называет меня папой. Она протягивает ко мне ручки, когда просыпается по ночам. Она не виновата во всем этом кошмаре. – Иди сюда, принцесса, – приседаю на корточки, раскрывая объятия. Двухлетняя Аиша в розовом платьице неуверенно топает ко мне, и я подхватываю ее на руки. Она обнимает меня за шею своими маленькими ручками, лепечет что-то непонятное, но я чувствую в ее голосе радость от встречи со мной. – Па-па, – выговаривает она одно из немногих слов, которые уже освоила. Я чувствую, как в груди что-то сжимается. Зарема, сестра Камиллы, помогает мне с ребенком последние месяцы. Она винит меня в ее смерти, считает, что это я ее убил, узнав об измене. Хорошо, пусть так и считает. Аиша смотрит на меня серьезными голубыми глазами, и я вижу в них такое доверие, что сердце болит. Эти глаза… не мои. Но может быть, это и к лучшему. Может быть, так будет проще. – Скоро у тебя появится новая мама, малышка. Молодая, добрая. Она будет заботиться о тебе, – говорю, поглаживая дочь по волосам. Аиша лепечет что-то в ответ, прижимается ко мне крепче. Она еще слишком мала, чтобы понимать, что происходит, но чувствует мое напряжение. – Руслан Муратович, – в дверь заглядывает мой помощник Тимур. – Пора выезжать. Киваю и ставлю Аишу на пол. – Иди к тете Зареме, принцесса. Скоро мы вернемся, и ты познакомишься со своей новой мамой. Когда ребенок убегает, мое лицо снова становится суровым. Смотрю на разбитые костяшки пальцев и решаю надеть перчатки. Невеста не должна видеть следы моей ярости в первый же день. Дорога до дома Магомедовых занимает полчаса. Еду на черном внедорожнике, за мной следует еще одна машина с охраной. Я не параноик, но осторожность в моем положении – не роскошь, а необходимость. По дороге я думаю о предстоящей встрече. Я видел Амину только на фотографии, которую показывал ее отец. Хрупкая девушка с большими голубыми глазами и длинными волосами. Красивая, но очень юная. Почти ребенок по сравнению со мной. Именно это мне и нужно. Молодость означает податливость. Неопытность – благодарность за науку. А главное – у нее не будет прошлого, которое могло бы встать между нами. Когда мы подъезжаем к дому Магомедовых, вижу толпу гостей. Вся родня собралась на праздник. Для них это счастливый день – их Амина выходит замуж за одного из самых влиятельных людей в регионе. Если бы они знали, что этот брак – не что иное, как сделка. Защита моей репутации в обмен на безбедную жизнь девушки. Выхожу из машины и сразу чувствую на себе восхищенные и немного испуганные взгляды. В своем дорогом костюме, высокий и широкоплечий, я выгляжу именно так, как должен выглядеть успешный мужчина. Но те, кто знает меня лучше, могли бы заметить стальной блеск в моих глазах и напряжение в каждом движении. Магомед Исаевич встречает меня у порога, расплываясь в благодарной улыбке. – Руслан Муратович, добро пожаловать в наш дом. Все готово, как вы и просили. Киваю, пожимая руку будущему тестю. Чувствую, что он слегка дрожит. Хорошо. Страх – отличный мотиватор для лояльности. – Где невеста? – спрашиваю, оглядывая собравшихся гостей. – Амина готовится. Еще несколько минут, и она выйдет. Прохожу в гостиную, где уже сидят родственники и друзья семьи. Все встают при моем появлении, кланяются, выражают почтение. Я отвечаю сдержанно, вежливо, но мысленно считаю минуты. И вот она появляется. Амина стоит в дверях гостиной в белом платье, которое делает ее еще более хрупкой и юной. Оно закрывает все ее тело – длинные рукава, платок на голове. Большие глаза опущены, длинные ресницы отбрасывают тени на бледные щеки. Сложенные перед собой руки слегка дрожат. Она как ангел, эта мысль сама приходит в голову, но я ее тут же прогоняю. Внимательно изучаю ее, как покупатель изучает товар. Красивая – это несомненно. Молодая – именно то, что нужно. Испуганная – еще лучше. Испуганная жена будет послушной. Медленно подхожу к ней. Амина поднимает глаза и встречается со мной взглядом. В ее глазах я вижу страх, но также и что-то еще – достоинство. Несмотря на весь ужас ситуации, она держит голову прямо. Интересно. – Ассалому алейкум, Амина, – тихо говорю, протягивая руку. – Ва алейкум салям, – отвечает она еще тише, вкладывая свою маленькую ладонь в мою большую руку. Ее рука холодная и дрожит. Я сжимаю ее пальцы – не больно, но достаточно крепко, чтобы она поняла: теперь я главный в ее жизни. – Ты готова стать моей женой? – спрашиваю, глядя ей прямо в глаза. Амина кивает, не произнося ни слова. Хорошо. Очень хорошо. Через час мы станем мужем и женой. И впервые за много месяцев я чувствую, что полностью контролирую ситуацию. На этот раз никто не сможет меня предать. На этот раз я буду знать о каждом шаге своей жены. На этот раз все будет по моим правилам.