Глава 31

Анвар Не думаю, что кто-то из нас смотрел хоть минуту фильма внимательно после того, как ушел мой брат. На самом деле, я не знал, с чего начать. В голове было так много мыслей, что если бы я открыл рот сразу, то непонятно к чему это все привело. Когда Сания ушла после нашего разговора в кабинете, я хотел пойти за ней, но остановился, увидев Динару, спешащую за моей женой, и оставался в кабинете еще какое-то время. Мое признание и те слова, что я произнес, отдавались эхом. Не было реальных причин, чтобы открыть глаза Сании на то, что творилось в самом деле. Все, скорее всего, решил страх. Вот только я не мог отделить страх остаться одному от страха быть без нее. Это не было чувством любви. Нет. Я знаю, что это такое. И при мысли о том, что скажу нечто подобное своей молодой жене, у меня болит в области сердца. Скитания по своим мыслям привело снова к чувству вины. Теперь это относилось не только к Лейле, но и к Сании. Потому что… даже я знал, как эгоистично я думаю в ее отношении. Вернувшись в гостиную, где был брат, я не стал даже отвечать на его взгляд. Просто сказал ему заняться чем-нибудь до вечера и поднялся к жене. Она спала, свернувшись в центре кровати в крошечную раковину. На мгновение постель представилась мне миром, и она была в центре его… Одна… Динара быстро вышла, как только заметила меня, и я наконец прошел в комнату. Ощутив прохладу, тут же вытащил теплое одеяло и накрыл ее им, а после лег рядом и просто смотрел на ее лицо. Я говорил ей правду. С Лейлой был ориентир. Был план. Не путешествий, а план жизни. Даже после того, как мы узнали диагноз. Она решила быть здоровой. «Тебе придется меня любить и быть мною любимым всю жизнь, потому что какой-то рак не сможет меня напугать», – сказала она и улыбнулась. Но я видел, как она дрожала от страха. В итоге, спустя год после ее ухода, я пытаюсь наладить свою жизнь и даже не знаю, с чего начинать. И дело не в возрасте. По идее, взрослые знают, куда идти, как держать дорогу. Все должно быть просто, не так ли? Но это не так. Вот только я знал еще кое-что, если Сания уйдет, то я вряд ли смогу сделать хотя бы шаг вперед. Отвлекшись от телевизора, я посмотрел на свою жену, которая делала вид, что титры на экране стоят ее внимания. Поэтому я взял пульт и нажал на кнопку выключения. Экран засветился и погас, оставив единственный источник света – огонь в камине. Девушка повернула голову в его сторону, а после глубоко вздохнула, прежде чем сесть лицом уже ко мне. Ни в один из тех раз, что мы пили с ней вино, она не просила второго бокала и отказывалась, если я предлагал. Поэтому я посмотрел на него и увидел, как она отрицательно машет головой. – Я понял. Она засмотрелась в одну точку, прежде чем задать свой первый, и, наверное, главный вопрос: – Почему ты не хочешь оформлять развод, Анвар? – Сначала ответь, почему хочешь его ты? – возвращаю вопрос, обдумывая свой ответ. – Это же очевидно, – она пожимает плечами. – С моим уходом у тебя ничего не поменяется. Прислуга будет подавать завтраки и ужины. Работай сколько хочешь. Никаких неловкостей с той, что в твоем доме до сих пор случайная. – Случайная? – хмурюсь. – Почему ты так говоришь? – Потому что ты не хотел на мне жениться. Потому что на меня указали пальцем, ты или твой отец, я не знаю. Разве было не так? Я прикрыл глаза и потер их пальцами, ненавидя то, как далеко все зашло. – Сания, многое было сделано не в то время и неправильно… – Как и наш брак. Поверь, я все прекрасно знаю. Твоя жена рассказала мне обо всем и о его причинах в том числе. Услышав от нее эти слова, я встал и обошел диван, потому что не мог усидеть и она это видела. Я вспомнил тот самый день, когда увидел Санию, идущую в часть дома Лейлы. – Прости, мне не стоило… – Это ты прости, за все что было – перебиваю ее. – Тогда я был сам не свой. – Я не осуждаю тебя за твою любовь и боль. Меня не должно было там быть в то время, как и сейчас… здесь, – жена отводит взгляд. – Так почему же? – Потому что… – запинка. – Всевышний, – она встает и, забавно взмахнув руками, как и я встает позади второго дивана, копируя меня, сейчас в ней проснулась та вторая Сания, что уперта и бесстрашна в своих словах и эмоциях. – Потому что я хочу нормальную семью. Не хочу отвечать на неловкие вопросы о детях, счастье и любви. Ее слова внезапно сдавили грудную клетку. Это те самые вещи, что я не в полной мере успел испытать с Лейлой и в то же время не могу дать Сании. – Анвар, я больше не хочу ждать, потому что… знаю, что не дождусь. – Чего? – Тебя, – голос девушки становится выше. – Я больше не жду тебя. Здесь, – она прикладывает ладонь к груди, там, где бьется сердце, – все успокоилось. Я снова хмурюсь и раздумываю над ее словами. Неужели у нее были какие-то чувства? Были… как много всего в моей жизни, что имеет прошедшее время. Но я не хочу, чтобы и она была в этом времени. И пусть не могу конкретно ответить на ее вопрос почему, но не хочу. – Сания, ты хочешь, чтобы я дал тебе сроки? Отмерить время, когда я стану прежним? Сказать, что через время я отвечу тебе тем же? Она горько вздыхает и запрокинув голову к потолку долго в него смотрит. – Не на все вопросы я смогу тебе ответить, слышишь? – Угу. – Я просто хочу, чтобы ты была здесь. В этом доме, в моей жизни, – говорю ей то, на что у меня хватает слов. Она тут же опускает голову и сталкивается со мной взглядом. – Ну, в этом наши с тобой желания сильно расходятся, Анвар. Быть здесь и быть с тобой Я не хочу. Твои слова о разводе после отъезда Ленура мне подходят больше, чем все то, что ты сказал мне позже. Закончив, она направляется в сторону лестницы, но я двигаюсь к ней в ту же секунду и останавливаю. – Сания, – голос становится тверже сам по себе, неконтролируемо. – Я имею право на развод, как и на нормальную семью, да и жизнь в целом, – говорит задержавшись. – А ты, – поворачивает ко мне голову и смотрит взглядом, переполненным боли, – ты уже выбрал то, что тебе подходит, Анвар. В этом мы разные. Сания уходит и я ее больше не останавливаю. И не поднимаюсь в спальню, потому что нам нужно побыть немного порознь. Уверен, что, когда я соберусь спать она все еще будет ворочаться в кровати, потому что есть о чем подумать. Я выхожу на улицу и брожу по двору. Я люблю эти блуждания. Полюбил в одно время, и это стало привычкой. Сам не замечаешь, как погружаешься в свои мысли, и ощущение такое, словно это полноценный диалог с самим собой, даже если потом ты не вспомнишь ни одной поднятой темы. Когда я останавливаюсь, почувствовав, что мне холодно, на улицу выходит Сания. – Анвар, ветер, а ты раздет, – в ее голосе укор. Я смотрю на нее почти не моргая. Не знаю, видит ли она мое лицо и немой вопрос, почему ее это так волнует. Вежливость, или что-то большее? – Заболеешь, – говорит будто в ответ и уходит, а на диванчике, подвешенном на цепях, лежит ветровка.