Глава 43

На смену родителей Анвара и его брата прилетела Лале. Признаться честно, быть в доме со свекровью и не иметь при этом возможности быть хозяйкой и показать ей, как я рада такой гостье, было пыткой. Это настолько неловко, что я порой была на грани слез из-за своей беспомощности. Анвар в один из вечеров это заметил и мягко спросил, обнимая в постели перед сном. – Что с тобой? Ты сама не своя, – говорить ему о своих мыслях очень не хотелось, но в то же время мне нужно было быть с ним откровенной, хотелось говорить, а не как я привыкла ходить молча. Сейчас все иначе, я это не только вижу, но и чувствую теперь. – Эта ситуация на меня давит. Твоя мама приносит мне чай, Анвар – это ужасно. – Что ужасно? Чай или то, что она это делает? Ирония в его голосе заставила улыбнуться, но лучше не сделала, когда я повернулась к нему лицом и он навис слегка. – Мама ведь не требует ничего и все понимает. Мне вообще кажется, что ей в радость о ком-то заботиться, – муж, рассматривая мое лицо, принялся убирать мои буйные волосы в стороны. – Мы с Ленуром давно взрослые, а она скучает. – Но это… так… – Нормально, – закончил он за меня предложение и коснулся своей начисто выбритой щекой моего лица. Когда Анвар побрился, все в семье в тот момент смотрели на него, выпучив глаза. Первым пришел в себя Ленур, очевидно, сопоставив факты, и рассмеялся. Зарема, весьма тактично сказала, что ему очень идет новый стиль, и отдельно от мужчин спросила, как поживает моя кожа. А я… а мне понравилось. Ему очень шло. Хотя, признаться, он был, одинаково красив без бороды и с ней. И вот, нам больше ничего не мешало наслаждаться поцелуями. Поцелуи, которые заставляли каждую клетку тела гореть и желать… по-настоящему желать большего, даже не стыдясь этого. Но я не могла просить первой о близости, а он, скорее всего, ждал пока заживет моя нога. Да и… предстать перед Анваром впервые, хотелось идеально, а не с гипсом и неполноценным душем. Нет, я ни за что этого не допущу. С утра Лале села в самолет, и вот я ждала ее в аэропорту вместе с Анваром, потому что первая неделя прошла и мне было позволено немного активности. Сестренка почти бежала с чемоданом за спиной, как только увидела меня. Мы не виделись… очень давно, и я расплакалась, когда она меня обняла. – Сани… Сани… Всевышний, как я рада тебя видеть. – И я тебя. Поверить не могу. Затянувшиеся объятия разорвал муж, прокашлявшись, и Лале выпрямилась. – Здравствуй, Анвар. – Здравствуй. Он взял ее чемодан одной рукой, а второй катил мою коляску. По дороге домой мы с сестрой сидели сзади. Когда она заметила на моем пальце второе кольцо, то не додумалась спросить о его появлении потише. Анвар столкнулся со мной взглядом и улыбнулся. – Я кое-что хочу тебе подарить, Сани, – сказал он вчера, сев на кровать, когда я только проснулась и вытащил коробочку с этим кольцом. Когда мне приносили от его имени украшения до свадьбы, когда он надевал мне на палец кольцо – это делал посторонний мужчина, которому было наплевать, он их даже не покупал. Кольцо, которое было на моем пальце сейчас, было от моего мужа. И оно было сейчас самым ценным подарком на моем теле. – Анвар подарил, – ответила я сестре, и она с тихим «о-о-о» успокоилась. Дома Анита показала Лале комнату, которую приготовила для нее после отъезда родителей мужа и брата. – Какой красивый дом, сестренка, – она восхищенно прохаживалась по гостиной, выглянула на задний двор, кухню, но в кабинет я попросила ее не входить, так как это было местом работы и уединения моего мужа, на что она кивнула и пошла дальше. – Спасибо, мне он тоже очень нравится. – Мама была бы в шоке от такой архитектуры и убранства, но мне нравится. Так, по-другому смотрится. Хочу тоже жить здесь, работать, учить язык, – она мечтательно села на диван. – Закончу учебу и перееду сюда. – Если твой муж, как Анвар будет работать в России, то это будет здорово. – Пф, – она фыркнула и посмотрела с горящими глазами. – Я не хочу выходить замуж у себя. Как думаешь, папа разрешит уехать к тебе не замужней? – Лале, – шикнула на нее. – Прекрати, папа ни за что этого не позволит. Он отпустил тебя только потому, что я в таком положении и он хотел, чтобы со мной была семья, да и Анвару доверяет. Не делай глупостей, иначе мы с тобой будем видеться раз в год. Она расстроенно поморщилась. – А у вас я смотрю все хорошо, а? – Да, – на моих щеках заиграл румянец. – Ах… расскажи, расскажи… Вы что… вы это? – Лале, – теперь я даже не шикала, а прикрикнула на нее. – Ты как маленькая. – Фу, Сани, ты такая скучная стала. – А тебе стоит повзрослеть. – Ладно-ладно. А гулять когда пойдем? Я покачала головой, сдаваясь: она была такой… Лале. После вкусного обеда, приготовленного Анитой, нам позвонила мама, папа был все еще на работе. Анвар работал и просто с пониманием оставил нас с сестрой наедине. Мы на тот момент как раз вышли на улицу и расположились в тени. – Привет, мама. – Ох… мои девочки. Лале, все в порядке? – Да, мам, я долетела, а Сания и Анвар встретили меня в аэропорту. Она перевела взгляд на меня и словно пыталась заглянуть глубже. Я знаю, что она искала. Ей нужно было знать, что брак с Анваром не рассыпается как песок. – У меня тоже все хорошо, – улыбнувшись, я не стала вдаваться в подробности. – Спасибо за подарки, дочка. Впрочем, думаю, Зарема рассказала все что успела увидеть. – Лале, я надеюсь, что ты будешь хорошей гостьей в доме сестры и зятя. – Ну мам… – Лале, – она была бескомпромиссна. – Мы с папой ждем от тебя достойного поведения. – Я же уже пообещала. – Я вижу это по твоей непокрытой голове. Ты в доме Анвара… – Мам, – поспешила ее успокоить. – Анвар не против платков, но не заставляет их носить. Все в порядке. Она лишь прикрыла глаза. – Сания, присмотри за ней. Лале вскочила и пошла громким топотом до конца дорожки. – Мам, все будет хорошо. Анвар не строг, у него брат такого же возраста. – И он мужчина. Я не хочу собирать гордость по крупицам на улицах нашего города. Спорить с ней было бесполезно, поэтому пришлось лишь кивнуть и согласиться. – Хорошо. Попрощавшись, я взялась за колеса и поехала к ней. – Ну вот почему они такие? – Какие? – Я не знаю… им главное – репутация. – Они так живут, так жили наши бабушки и дедушки. Лале, мы с тобой росли в традиционной семье. Это наше все. Но ты сама знаешь, как быстро теряется репутация, если ты совершаешь одну ошибку. Не хочу, чтобы тень пала на нашу семью. – Еще недавно ты хотела развод. – Пожалуйста, не сравнивай. – Ага, как только это касается тебя, так это другое, а как меня так позор и все? – Лале… – Да я еще ничего не сделала. А тут уже шум. – Мы просто тебя любим и переживаем. – Ага. Вернувшись в тень деревьев, мы немного помолчали, затем сестра снова стала собой. Долго она не могла ни обижаться, ни молчать. – Анвар предложил поужинать сегодня в ресторане недалеко от нашего дома. – Круто. А я тебе говорила, что начала учить язык? – Какой? – Русский. – Зачем? – Я же говорю, хочу сюда приехать жить с тобой. Вздохнув, я просто промолчала. Неисправимая девчонка и все. Планы на вечер расстроились из-за боли в ноге. Ее выкручивало и в итоге пришлось выпить обезболивающее. Я была не рада такой перспективе и грустному выражению лица сестры, но я не могла ничего поделать. Анвар строго запретил мне даже шевелиться этим вечером, но позволил сделать заказ сестре из ресторана, и она довольная поедала свой ужин перед огромным телевизором в гостиной. Анвар сидел рядом со мной и пока не видела сестра гладил по руке или целовал в щеку или висок, крепко прижимая к себе. На следующий день к нам пришла Динара, и девчонки ушли в торговый центр. Я, конечно, переживала отпускать Лале одну с ней, но отказать не смогла, да и Анвар позволил, но попросил Нару звонить, если что вдруг. – Я завтра уже на работу выхожу, – сказал муж, когда мы остались одни. – Так, быстро, – мне стало грустно, и я показала эту эмоцию ему, потому что не хотела расставаться с мужем. Это время, пока он был рядом, почти каждую минуту, сблизило нас. Почти две недели такого тесного контакта и вот, я уже позабыла о разводе, о своих планах… Но мне было несложно поверить в то, что этот самый шанс работал и нам удавалось справляться с каждым этапом близости, двигаясь медленно. – Справишься без меня? – Конечно, можешь не волноваться. Он уперся в мой лоб своим. – Не могу. Ты только не бойся звонить, если вдруг понадобится помощь, хорошо? – Хорошо.